Изабелла попыталась было противиться, но её, словно маленькую хрупкую щепочку, понесло общим течением. Лишь добежав до Невского проспекта, она вдруг замерла посреди этого безумного потока, словно наткнувшись на невидимую стену. Широкий, величественный проспект, всегда такой знакомый и безопасный, сейчас казался долиной, ведущей прямо в ад. На юге всё небо было залито багрово-чёрным заревом, оно пульсировало, как живое. Солнце, садившееся где-то с другой стороны, уже не могло соперничать с этим рукотворным, дьявольским светом, его розовые лучи бессильно гасли в ядовитой мгле. И тут, сквозь гул толпы и далёкие хлопки, Изабелле вспомнился не просто мамин голос, а её руки, завязывающие кривые банты, и её шёпот: «Прямо домой». И образ маленькой Ани, которая наверняка плачет, испугавшись гула и маминой немой тревоги. Мысль о сестре стала якорем. Дальнейший бег показался бессмысленным. Она не потушит пожар. Не спасёт то, что полыхает далеко-далеко. Её место сейчас – дома, за той дверью, где
Публикация доступна с подпиской
Избранные произведенияИзбранные произведения