Начало:
Предыдущая:
В тот вечер колдун в своём шатре в одиночестве находился, всех разогнал, чтобы думать не мешали. Несколько дней ещё – и его покои царские построены будут, а это означало, что нужно подумать над тем, что дальше делать. Склонился он над самодельной картой, разглядывая её и чувствуя, как в душе торжество и ликование разливается – вот ведь какой умный! Сделал то, что у деда и прадеда не получилось, превзошёл их, получается!
И превосходство он это терять не хотел, если бы он знал, что девушка тогда беременная от него сбежала, позаботился бы об этом! Это уже в этих местах оказавшись он узнал о том, что сын у него имеется. Но никакой радости по этому поводу он не испытал, заледенело всё внутри, болезненно за душу куснуло – а ну как он сильнее окажется?! И неважно кто его воспитывал, наверняка эта дурная ему в уши ерунду всякую налила! Откуда же Савве было знать, что сына его совершенно другая женщина воспитывала, да и хорошо у неё это получилось. Но то, что его найти никак не могут нервировало, словно чуяло его нутро прогнившее, что есть от этой пропажи какая-то опасность. А вот с другой стороны охрана у него хорошая, да и он постарался, защитил себя, так что какой-то мальчишка его точно не сможет одолеть!
Интересно, куда она делать, подруга его бывшая? Когда он её в деревне тогда встретил, даже глазам своим не поверил, а вот она удрать попыталась. Странно это было, но шевельнулось что-то в душе Саввы – любил он эту женщину, и любил даже сейчас, после её предательства. Потому и приказал её с собой забрать, особенно после разговора с той старухой, в чей дом по приглашению зашёл. Степанида её вроде звали? И чай у неё был вкусный, душистый такой, давно он такого не пил. Глядела на него старуха, да спокойно выспрашивала кто он, и откуда, по какой надобности гадости такие творит? Спокойная женщина, напомнила ему о чём-то, что он тщательно от себя гнал. Поэтому он больше в деревне той ничего не тронул, а снарядил двух своих людей, чтобы Степаниду до родни довезли. Самого корёжило от доброты такой собственной, но и по-другому поступить не мог. Деревня, в которую Степанида уехала далеко отсюда была, может и дойдёт он до неё, да только это в другой стороне.
Словно подсознательно пытался беду отвести, уж больно ему по нраву Степанида пришлась, ну или нашла она правильные слова. Да и дом, в котором его сын жил он тоже осмотрел, с удивлением рассматривая деревянные игрушки, вот только ничего в душе не было. Машка тогда обплевалась вся, да и из лагеря Саввы сбежала сразу, как только возможность выдалась. Колдун её искать не стал, тем более она уже мало походила на ту, которую он когда-то полюбил. Вот только любовь свою выказывать никак не умел правильно, вот и не сложилось у них ничего. Хотя у баб всегда ветер в голове!
Колдун поморщился, да отогнал от себя назойливые мысли. Что-то его на ностальгию пробило, а нужно о делах думать. Так что он продолжил карту изучать, пока какие-то крики снаружи не отвлекли его от этого действия. Нахмурившись, он выпрямился, да подошёл к пологу, что вход в шатёр закрывал, откидывая его. И застыл, в изумлении глядя на то, как его творение, его величайший терем медленно пожирает бушующее пламя! Даже с такого расстояния чувствовался неистовый жар, что охватил такое большое количество дерева, и утихать он совершенно не собирался.
В зареве пожара суетились люди, пытаясь хоть немного угомонить стихию, да вот только ничего у них не получалось, даже подойти было невозможно.
- Савва, горим! – подлетел к колдуну воевода, и тот только зло глянул на него:
- Без тебя вижу! Почему допустили? Почему не тушите?! – прорычал он, чувствуя, как в груди аж тесно становится от нахлынувшей ярости. Воевода стушевался, голос его задребезжал, словно медные тарелки, и видно было, что ему страшно нести дурную весть колдуну:
- Подпалили с нескольких сторон. Давно дождей не было, сухое дерево, вот и вспыхнуло! Пока пытались сбить огонь, да водой его залить, но он всё сильнее расходился! Люди подойти не могут, шибко жарко!
- Ничего доверить нельзя, - проскрипел зубами Савва, и направился к пожару. Вот только огонь действительно сильно разошёлся, ревёт, словно голодный зверь, жадно пожирая сухое дерево, которое ему в таком щедром количестве здесь оставили. Жар такой шёл, что и сам колдун близко подойти не мог, и от бессилия сжал руки в кулаки, чувствуя, как от ярости перед глазами темнеет. Явно ведь было, что подпалили его терем прекрасный, кто-то это намеренно сделал! Но кто осмелился?! А куда воеводы смотрели, почему ничего не сделали, не следили за порядком?!
Пронзила его вдруг мысль – а ежели это ведьма с Прохором задумали против него гадость? Напрямую ведь навредить не могут, вот и придумали способ. Повернув голову, наткнулся колдун на взгляд Морены. Снежная ведьма смотрела на него со злобным торжеством, огненные всполохи плясали на её лице, и она совершенно не обращала внимания на то, как вокруг суетятся люди. Мелкая девчонка, та самая что воевода притащил, рядом с ней стояла, вцепившись в рукав платья Морены, а вот она колдуна явно боялась.
- Ты… это ты сделала? Я тебя сгною, я с тобой такое сделаю, ты в муках будешь сотни лет томиться, - прошипел Савва, делая шаг к Морене и потянувшись пальцами к своему ожерелью. Вот только оглохнув от собственной ярости, он не сразу понял, что кто-то рядом с ним стоит. И этот кто-то схватил его за кисть, не позволяя прикоснуться к ожерелью.
Вздрогнул колдун, голову повернул, и встретился взглядом со своими собственными глазами! Не взирая на жар от пожара, что продолжал бушевать, его словно ледяной водой окатили. Догадался Савва, что стоит перед ним его собственный сын, да ещё и остановить его пытается! Взгляд упрямый, в глазах ни намёка на страх не видно, только решимость плещется. Пока колдун стоит, тянется Яромир второй рукой к его ожерелью, хватает его, чувствуя, как боль пронзает ладонь. Видать не так просто сорвать его будет, но ничего, справится Яромир. А Савва видит, что у сына иной дар, не такой как у него, да и у всех в роду был. Что-то другое плещется в его нутре, совсем непривычное, и на колдуна никак не откликается. Почувствовав, как вцепился сын в ожерелье, колдун снова начал в ярость приходить, стряхнув с себя недоумение от такой встречи неожиданной.
- Ты что задумал, щенок? – прошипел он, чувствуя, что защита, которую он плёл с такой тщательностью поддаётся чужому напору. Растерянность уже прошла, а вот парень от ожерелья отцепляться явно не думал.
- Я тебя сейчас по земле размажу, будешь знать. Я отец тебе, потому лучше сам в сторону отойди, подобру-поздорову. Может и жив останешься!
- А не отойду я. Отец ты мне только по рождению, а по сути – никто. Ожерелье отдашь, тогда в сторону и отойду, погляжу на что ты способен, окромя злобы и разрушения!
- Да я тебя… - колдун почувствовал, как парень ожерелье рванул, да вот только защита, что он наплёл выдержала, пока что. А у Яромира – лицо упрямое, продолжает он с чужой шеи пытаться украшение колдовское сорвать, не взирая на то, что руке больно становится. Словно тот самый волк её кусает, вот только сильнее и много раз! Значит, вот как колдовство Саввы работает?
Между мужчинами завязалась борьба. Яромир вцепился в ожерелье, и никак не хотел пальцы разжимать, а колдун пытался его от себя отцепить. Вот только крутило и всех те, кто с ожерельем был повязан, Морену согнуло, но ведьма изо всех сил старалась стоять прямо, чтобы ничего не упустить! Вот только на помощь она никак прийти не может, а Ведана так перепугалась, что не может отцепиться от её рукава. Винить девчонку не в чем – будь Морена послабее, тоже бы перепугалась. Вокруг и другие люди мечутся, от паники, не понимая, что им делать, ведь огонь дальше расползается, и явно он непростой. А колдун, пользуясь тем, что Яромир менее опытный, повалил его на землю, да держит за воротник рубахи, свободной рукой в горло вцепившись. В жилах кровь кипит, удавит сейчас этого щенка, а потом со всеми остальными разберётся!
То, что колдовство его собственное во все стороны брызжет, словно молоко из разбитого кувшина нисколько Савву не волнует, пока что. Ведь не в состоянии он себя контролировать, вот и хлынула сила, уже больше ничем не сдерживаемая, ад огонь подпитывая.
Что Морена, что Прохор, пытаюсь чуть ближе подойти, да крутит обоих, не даёт колдовство помешать! Ведана было тоже дёрнулась, преодолевая собственный страх, да с грохотом обрушилась часть постройки, отрезая их от борющихся.
Что же делать, как Яромиру помочь?
Продолжение следует...
