Представьте, что вы сидите на сундуке, доверху набитом золотом, но умираете от голода, потому что потеряли ключ. Именно так можно описать нынешнее положение Венесуэлы. Эта латиноамериканская страна — официальный рекордсмен по доказанным запасам нефти. Под ее землей скрывается 303 миллиарда баррелей «черного золота».
Это больше, чем у Саудовской Аравии, больше, чем у России и США. При текущих темпах потребления этих запасов хватит всей планете на десятилетия, а самой Венесуэле — на 3500 лет безбедной жизни (при условии, что деньги равномерно распределят народу). Но вместо процветающего «Дубая в тропиках» мы видим страну, борющуюся с гиперинфляцией, дефицитом топлива и разрушенной инфраструктурой.
Почему обладатель главного энергетического джекпота мира оказался на обочине? Давайте разберемся в этой ситуации без сложных экономических терминов.
Пояс Ориноко: Нефть, похожая на патоку
Цифра в 303 миллиарда баррелей впечатляет, но дьявол кроется в деталях. Главная сокровищница страны — Пояс Ориноко (Faja Petrolífera del Orinoco). Это огромная территория площадью более 55 000 квадратных километров.
Проблема в том, что местная нефть кардинально отличается от той, что бьет фонтаном в песках Аравии. Саудовская нефть — легкая, жидкая, ее довольно просто добывать и дешево перерабатывать. Венесуэльская нефть — сверхтяжелая. По консистенции она ближе к жидкому асфальту или густой патоке.
Чтобы поднять это сырье на поверхность и отправить по трубам, его нужно разбавлять. Раньше для этого использовали специальные растворители (прямогонный бензин), которые Венесуэла закупала у США. Когда ввели санкции, логистическая цепочка рухнула. Без растворителей венесуэльская нефть превратилась в бесполезный битум, который невозможно транспортировать. Добыча здесь — это дорогой и технологически сложный процесс, требующий миллиардных инвестиций и передовых технологий, которых у государственной венесуэльской компании PDVSA сейчас критически не хватает.
Хроника пикирующего бомбардировщика
Падение нефтяной империи не случилось за одну ночь. Еще в начале 2000-х Венесуэла добывала более 3 миллионов баррелей в сутки и была одним из богатейших государств Южной Америки. Сейчас добыча с трудом подбирается к отметке в 900–950 тысяч баррелей.
Эксперты выделили две главные причины катастрофы, которые сработали как «идеальный шторм»:
- Внутренний коллапс PDVSA. Задолго до жестких санкций государственная нефтяная компания начала терять опытных сотрудников. Национализация отрасли привела к оттоку иностранных специалистов, а доходы от нефти направлялись не на разведку и ремонт буровых, а на социальные программы. Оборудование изнашивалось, скважины консервировались, а профессиональные кадры уезжали из страны.
- Санкционная удавка. С 2019 года США ввели нефтяное эмбарго, фактически отрезав Венесуэлу от мировой финансовой системы и рынков сбыта. Это добило и без того хромающую отрасль.
Результат выглядит сюрреалистично: страна с крупнейшими запасами нефти вынуждена закупать бензин у Ирана, потому что ее собственные нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) стоят без запчастей и обслуживания.
Эффект Chevron и осторожный оптимизм
Ситуация начала меняться в 2023–2024 годах. Глобальный энергетический кризис заставил Вашингтон смягчить риторику. Миру нужна нефть, и игнорировать гигантские запасы Венесуэлы стало невыгодно.
Ключевым игроком возвращения стала американская корпорация Chevron. Получив специальную лицензию от властей США, компания возобновила добычу и экспорт венесуэльской нефти. Это сделка была продиктована прагматизмом: PDVSA получила возможность погасить часть долгов, а мировой рынок — дополнительные баррели тяжелой нефти, которая идеально подходит для сложных американских НПЗ на побережье Мексиканского залива.
Благодаря этому партнерству добыча в стране впервые за долгое время показала рост, приблизившись к психологической отметке в 1 миллион баррелей в сутки. Это далеко от исторических рекордов, но уже не дно.
Геополитический покер
Венесуэльская нефть остается заложницей большой политики. За влияние на Каракас борются крупнейшие мировые игроки:
- Китай и Россия — главные кредиторы Венесуэлы, которые годами поддерживали экономику страны в обмен на будущие поставки нефти.
- США пытаются зажать страну в тиски: им нужно сдерживать цены на бензин у себя дома, но они не хотят давать слишком много свободы нынешнему правительству. К 2025 году ситуация усугубилась — США ввели морскую блокаду, перекрыв доступ нефтяных танкеров в венесуэльские порты. С апреля 2025 года любая страна, импортирующая венесуэльскую нефть, рискует столкнуться с 25% тарифом на свои товары в США. Кульминацией геополитического противостояния стал захват в заложники Николаса Мадуро.
Результат очевиден. В декабре 2025 года PDVSA начала экстренно закрывать скважины в бассейне реки Ориноко. Причина абсурдна — в стране просто не осталось резервуаров для хранения добытой нефти. Предприятия не могут продать продукцию из-за санкций, но продолжают качать нефть, чтобы сохранить пластовое давление. Это похоже на то, чтобы собирать воду в решето.
В январе 2026-го в Каракасе заговорили о реформах. Парламент обсуждает закон, который отдаст больше свободы иностранным компаниям. Государство хочет отпустить контроль над месторождениями. Американские фирмы уже присматриваются, особенно после политических сдвигов. Министр энергетики США намекнул, что производство может подскочить на 30% в ближайшее время, если всё сложится.
Масла в огонь подливает и конфликт с соседней страной Гайаной за регион Эссекибо. Ирония в том, что в Гайане недавно нашли огромные запасы легкой, качественной нефти, добыча которой растет взрывными темпами. Это создает для Венесуэлы опасную конкуренцию прямо у ее границ.
Останется ли сокровище под землей?
Главный риск для Венесуэлы — время. Мировая экономика постепенно берет курс на «зеленый переход». Спрос на нефть, по прогнозам аналитиков, достигнет пика к 2030 году, а затем может пойти на спад.
У страны есть гигантские ресурсы, но для их извлечения нужны десятки миллиардов долларов инвестиций и годы стабильной работы. Если политическая и экономическая турбулентность продолжится, эти 303 миллиарда баррелей рискуют так и остаться «мертвым грузом» в недрах пояса Ориноко. Венесуэла стоит перед историческим выбором: срочно модернизировать отрасль и успеть монетизировать свои богатства или окончательно превратиться в музей упущенных возможностей.
Уважаемые читатели, если для вас данная статья была полезной, пожалуйста подпишитесь, это поможет начинающему автору и каналу в продвижении.