История криминальных империй часто похожа на драму в 3-х актах: блистательный взлет, яростная борьба за власть и, наконец, неизбежное угасание. Судьба клана Тариэла Ониани, более известного как вор в законе «Таро», стала хрестоматийной иллюстрацией этой траектории. Противостояние, вершиной которого стали выстрелы на Большой Никитской, завершилось вовсе не триумфом, а тихим распадом. Уход главного противника – патриарха Аслана Усояна, более известного как вор в законе «Дед Хасан», зимой 2013 года не открыл для Ониани и его ближайших соратников врата в новое царство. Вместо этого он стал прологом к долгому и бесславному закату, где тюрьма заменила трон, а влияние растворилось в безвозвратно ушедшем времени.
Утраченный фундамент: арест лидера и крах «испанской прачечной»
Пока в Москве киллеры охотились за «Дедом Хасаном», сам «Таро» находился в ином плену – за решеткой. Его арест в 2009 году и последующий приговор к 10 годам заключения за похищение человека стали первым сокрушительным ударом по целостности ОПГ. Без своего харизматичного и жёсткого лидера «кутаисская» группировка начала терять стержень, а главное – контроль над финансовыми потоками, которые были её жизненной силой.
Настоящей катастрофой стало разрушение «испанской прачечной» - сложной сети компаний для отмывания криминальных доходов, в создании которой участвовал Тариэл Ониани. Испанская полиция еще в 2005 году в ходе масштабной операции «Оса» нанесла по этой системе мощнейший удар, арестовав сообщников и конфисковав имущество. Без легальных финансовых каналов и европейской операционной базы клан «Таро» лишился экономического фундамента. Оставшись без денег и лидера, некогда грозная группировка превращалась в разрозненные островки влияния, уязвимые перед лицом более сплоченных конкурентов и правоохранительных органов.
Новый противник на старом поле: «Шакро Молодой» и битва за наследие
Вакуум, который образовался после ухода «Деда Хасана», недолго оставался таковым. На авнсцену стремительно вернулся тот, чьи интересы и стали когда-то одной из причин конфликта – Захарий Калашов, более известный как «Шакро Молодой». Выйдя на свободу, он не просто унаследовал роль патриарха, но и предъявил права на активы и сферы влияния, за которые прежде боролись старые враги.
Для сторонников Тариэла Ониани, и так ослабленных, это означало вступление в новое противостояние, но уже с позиции явной слабости. Война кланов, где некогда сталкивались равные по силе гиганты, сменилась методичным отступлением. Старые соратники «Таро», такие как влиятельный Мераб Джангвеладже, более известный как вор в законе «Мераб Сухумский», вынуждены были отбиваться уже не в наступлении, а в обороне, теряя людей и позиции. Империя, которую строил «Таро», тихо дробилась и поглощалась новой, более актуальной иерархией, возглавляемой «Шакро Молодым».
Изгнание как приговор: тюрьма, лишение гражданства и забытье
Личная судьба самого Тариэла Ониани после 2013 года стала злой иронией, символом полного поражения. Его освобождение весной 2019 года из колонии «Чёрный дельфин» оказалось не началом возвращения, а лишь кратким перерывом между тюремными камерами. Российское гражданство, которое криминальный авторитет получил в 2006 году, было аннулировано еще в 2010-м, и он стали лицом без гражданства. Выйдя на свободу, он практически сразу был задержан по запросу Испании, где его ждали новые обвинения, и экстрадирован осенью 2019 года.
Но, будучи пусть и не долго, но на свободе, криминальный авторитет уже не был тем непреклонным «вором в законе». В 2022 году, как сообщалось, в Черногории его публично избил другой криминальный авторитет, что немыслимо для статуса, которым он обладал в былые времена. Этот эпизод красноречиво свидетельствовал о полной утрате былого авторитета. Жизнь Тариэла Ониани окончательно замкнулась в цикле «тюрьма-краткая свобода-новый срок».
История клана вора в законе «Таро» - это рассказ о победе, которая обернулась полным фиаско. Устранив одного патриарха, он не смог ни занять его место, ни даже сохранить собственную империю. Его наследство – не власть и не богатство, а тюремные сроки, разрозненные остатки было структуры и клеймо проигравшего в самой масштабной криминальной битве нулевых.
Их падение обозначило больше, чем личный крах. Оно подвело черту под целой эпохой, где противостояние строилось на личном авторитете, клановой преданности и прямом силовом противостоянии. Мир, в который безуспешно пытался вернуться «Таро», уже канул в Лету. На смену ему прили иные правила, иные игроки, и в этой новой игре для старых наследников, оставшихся у разбитого корыта, не нашлось ни роли, ни места.