Зинаида Игоревна стояла у подъезда и пыталась оборудовать импровизированное место для приема пищи. Кормить она планировала маленького котенка, отчаянно жмущегося к бетонной стене. Котенок был красивый: с большими глазами, чуть вздыбленной серой шёрсткой и забавно стоящими ушками.
- Кис, кис, кис, иди сюда, не бойся, - позвала котенка Зинаида, накладывая ему влажный корм из пакета. Корм она купила для своих котов, но пройти мимо маленького голодного животного не смогла.
Котенок подошел с недоверием, осторожно понюхал угощение и стал есть.
В этот момент из соседнего подъезда вышла Марфа Васильевна – женщина с суровым взглядом и вечно ворчливым настроением. Пройти спокойно мимо Зинаиды Игоревны Марфа не могла. Она остановилась и начала:
- Доброе утро, Зинаида. Ты опять с уличными котами возишься? У тебя ж дома и так три кота. Ты еще и этих подкармливаешь? Зачем, Зина? Пенсия три копейки, сама говорила, что львиная часть уходит Анатолию на лекарства, - Анатолием звали мужа Зинаиды, - а ты еще с котами валандаешься, деньги на них тратишь…
Зинаида вздохнула, она не любила общаться на такие темы, да и, вообще, не любила негатив, но ответить грубо не позволяли воспитание и природная мягкость.
- Доброе утро, Марфа, - ответила Зинаида. – Пенсия у меня, конечно, небольшая, да и на лекарства Толика уходит много, инвалидность ведь просто так не дают… Но нам дочь помогает, не забывает, а коты… коты – это отдушина. Вот придет Васька, ляжет на ноги и так тепло становится и, вроде, болит меньше…
- Болит меньше… - покачала головой Марфа с недоверием.
- А деньги… - между тем продолжила Зинаида. – Мы справляемся. Жизнь у меня никогда легкой не была, но если во всем видеть негатив, то с ума сойти можно. Я, например, по радио сегодня слышала, что с 1 февраля пройдет индексация социальных выплат и страховых пособий на 5,6 % . И идти никуда не надо, все автоматически.
- Ага. На пять процентов повысят выплату, на десять – цены, - сморщилась Марфа.
- Может и так, - пожала плечами Зинаида, - спорить не буду. Поживём – увидим.
Она наклонилась и погладила котенка, который в знак благодарности за еду ластился к ногам женщины.
- Ох, Зина, вечно ты живешь в каких-то розовых мечтах. Блаженная. Вот знаю тебя уже лет двадцать, наверное, а ты не меняешься, вроде и старость уже пришла, а… - Марфа Васильевна махнула рукой и пошла прочь. Не разделила она энтузиазм соседки, ее позитивный настрой и любовь к животным. Странно это все и противоестественно. Именно так считала Марфа.
А Зинаида… она и не спорила. Посмотрела вслед удаляющейся соседке и точно знала, что все будет хорошо, главное – верить, а плохое… зачем его звать, и так придет, не спросит…
- Мяу! – отвлек от размышлений Зинаиду котенок. - Мяу, - повторил он и вновь потерся об ногу доброй женщины.
- И что мне с тобой делать? – спросила Зинаида с мягкой улыбкой. – Хороший ты дюжа, ласковый. Иди сюда.
Подозвав котенка, который успел немного отбежать, поближе, Зинаида наклонилась и подняла его.
— Мальчик! – чуть прищурившись, констатировала женщина. – Значит, Марсиком будешь. Где три кота, там и четыре. В сущности, кому какая разница, если мои животные никому не мешают, запаха от них нет, а счастья – море. А корм… корм мы купить сможем, вон, индексацию обещали, все у нас будет хорошо… Главное – не унывать, — говорила Зинаида Марсику, открывая подъездную дверь и чувствуя, что все делает правильно.
А Марфа Васильевна… пусть ворчит. У каждого свой способ справляться с трудностями. Зинаиде нравилось видеть хорошее, даже когда его, казалось бы, совсем нет. И в этом, Зинаида Игоревна была уверена, кроется настоящая сила.
© Баранова А.А., 2026