— Если ты разведешься — мой сынок заберет половину фирмы! — визгливо крикнула Ольга Павловна, сжимая в руке ручку от входной двери. — Пусть рискнет!
Анжела устало прикрыла глаза. Этот разговор повторялся в ее голове снова и снова, как заезженная пластинка, хотя прошел уже не один месяц. Но началось все гораздо раньше, с, казалось бы, невинной просьбы.
— Ольга Павловна, я не могу принять на работу Полину, — осторожно, стараясь подбирать слова, произнесла Анжела.
Они сидели на кухне в квартире Анжелы и Бориса. Свекровь, женщина крупная, с высокой прической, которая, казалось, держалась исключительно на силе воли и лаке для волос, уже третий раз за вечер заводила разговор о трудоустройстве своей дочери.
— Но почему же? — Ольга Павловна отставила чашку с чаем, и фарфор жалобно звякнул о блюдце. — Она смышленая девочка. Закончила институт, замужем, серьезная. Если думаешь, что она будет сидеть на больничном, то ошибаешься. Если внучка заболеет, я посижу, мне не трудно.
Анжела вздохнула, поправляя салфетку на столе. Ей совершенно не хотелось ссориться, но и уступать в вопросах бизнеса она не привыкла.
— Не в этом дело, Ольга Павловна, — как можно спокойнее ответила она. — У меня в компании жесткие правила: я не беру на работу родственников. Ни своих, ни чужих.
— Что за глупые правила? — обиженно протянула свекровь, поджимая губы. — Родные люди должны помогать друг другу!
— К сожалению, правила эти придуманы не мной, а горьким опытом поколений, — твердо сказала Анжела. — У меня два принципа: первое — не давать в долг друзьям и родне, и второе — не работать с ними. Это всегда, абсолютно всегда приводит к конфликтам. А мне конфликты на работе не нужны, мне нужен результат.
Чтобы как-то сгладить повисшее напряжение и уйти от темы, Анжела поднялась из-за стола.
— Я подогрею чайник, — бросила она и скрылась в рабочей зоне кухни.
В гостиной, слыша весь этот разговор, сидел Борис, муж Анжелы. Он листал ленту новостей в телефоне, стараясь делать вид, что происходящее его не касается. Но как только хозяйка дома вышла, Ольга Павловна тут же переключилась на сына.
— Ну что ты смотришь в этот экран? — зашипела она, наклоняясь к нему. — Это же твоя сестра! Давай, надави на жену. Скажи свое мужское слово!
Борис неохотно оторвался от телефона.
— Мам, ну уж нет, — тут же возразил он, поморщившись. — Если Анжела сказала «нет», то лучше не стоит. Она в этих делах упертая. А с другой стороны, неужели Полина сама не может найти себе работу? Вакансий сейчас кучи. Выбирай любую — и вперед.
— И ты туда же! — всплеснула руками мать. — Родная сестра, а ты...
Ольга Павловна обиженно проворчала что-то про неблагодарных детей, но настаивать больше не стала. В конце концов, Анжела являлась единственным владельцем предприятия и имела полное право самостоятельно решать, кого принимать в свой штат. Свекровь понимала, что давить сейчас — только портить отношения окончательно, но обиду затаила.
Время шло, жизнь текла своим чередом. Анжела пропадала на работе, строя свою небольшую, но стабильную империю. Борис занимался своими делами, перебиваясь случайными заработками и пытаясь запустить очередной «гениальный стартап».
Однако спустя месяц до Ольги Павловны дошли слухи, которые заставили ее буквально задохнуться от возмущения. Галина, родная сестра Анжелы, оказывается, уже полгода работала в фирме невестки.
В тот же вечер свекровь примчалась к молодым с визитом, даже не позвонив заранее.
— Значит, своим — всё, а нам — ничего? — с порога заявила она, едва сняв пальто.
— Мы же этот вопрос уже обсуждали, — с ноткой раздражения ответила Анжела, понимая, к чему идет разговор.
— Но у тебя ведь работает твоя сестра! — парировала свекровь, торжествующе глядя на невестку. — Или это другое?
— Наверное, не буду отрицать, — спокойно кивнула Анжела. — Но Галина работает по профессии, она отличный бухгалтер с десятилетним стажем. А у Полины какая квалификация? Она историк. Зачем мне историк в логистической компании? Придется обучать с нуля. А это время, деньги и нервы. Я принимаю на работу только готовых специалистов.
— Но пусть она пока на полставки работает и учится! — не унималась Ольга Павловна. — Она быстро схватывает!
— Нет и всё, — отрезала Анжела. — Потому что кому-то придется ее учить, отвлекаться от своих обязанностей. И этот «кто-то» будет получать у меня зарплату, а значит, я должна оплачивать обучение Полины из своего кармана, теряя эффективность сотрудника. Это не благотворительный фонд.
— Всё понятно с тобой, — с глубокой обидой в голосе произнесла свекровь. — Зазналась ты, девочка. Ох, зазналась.
То, что невестка отказала ей в просьбе пристроить дочь, Ольгу Павловну не просто расстроило, а по-настоящему разозлило. Она привыкла, что ее слово в семье закон, а тут какая-то девчонка смеет перечить.
На следующий день, найдя свободное время и вооружившись ручкой и листком бумаги, Ольга Павловна села за стол. Она старательно, высовывая кончик языка от усердия, стала выписывать адреса государственных контор, куда могла бы пожаловаться на предприятие Анжелы. Налоговая, пожарная инспекция, трудовая комиссия...
Уже к обеду она написала три заявления. Что это ей даст, она толком не знала. Хотела просто маленькой мести, чтобы невестка побегала, понервничала. «Чтоб не зазнавалась», — злорадно подумала про себя свекровь, заклеивая конверты.
Через пару недель, когда страсти немного улеглись, Ольга Павловна решила зайти с другой стороны. Она пришла в гости с пирогом, вся такая домашняя и уютная, словно и не было никаких конфликтов.
— Ну, как у тебя дела на работе? — полюбопытствовала она у Анжелы, разливая чай.
— Много дел, — коротко ответила молодая женщина. Она не любила говорить о своей работе с родственниками, хотя бы потому, что никто в ней ничего не понимал, а вникать в суть собеседники вовсе не хотели. Им был интересен только результат — деньги. Поэтому она всегда обходила эту тему стороной.
— Твой свекор, царство ему небесное, — Ольга Павловна картинно перекрестилась, глядя на икону в углу, — не дожил до этого момента. Он много трудился над нашим домиком на даче, душу вкладывал. Но теперь дом обветшал, покосился... Хочу попросить тебя помочь привести его в порядок.
Тон свекрови был настолько уверенный, что больше походил на приказ, чем на просьбу. Анжела, которая умела вести жесткие переговоры и научилась этому еще у своего отца, сразу отказывать не стала. Она решила выяснить детали.
— А что именно там нужно сделать? — спросила она, откусывая кусочек пирога. — Какие деревья на участке? Какой фундамент у дома? Крыша течет или просто шифер поменять нужно?
Свекровь с готовностью начала рассказывать. Из долгого разговора Анжела поняла, что с домиком, в принципе, все в порядке. Фундамент крепкий, стены стоят, крыша не течет. Требовался скорее косметический ремонт: покрасить, обои переклеить, может быть, веранду обновить. Каприз, а не острая необходимость.
— Да, я могу помочь, — наконец произнесла молодая женщина, взвесив все «за» и «против». — Но только из своей личной зарплаты. И только если Борис будет согласен, ведь это наш семейный бюджет.
Услышав такой ответ, Ольга Павловна опешила. Она всегда считала, что бизнесмен имеет какой-то отдельный бездонный счет, «тумбочку», откуда можно спокойно брать пачки денег в любое время дня и ночи. А тут — «зарплата».
— Какая еще зарплата? — удивилась она. — Ты же хозяйка!
Словно прочитав ее мысли, Анжела дополнила:
— Да, у меня есть зарплата. А остальное — это оборотные средства, трогать которые нельзя. Мой доход — это процент от прибыли, и он варьируется в зависимости от отчетов. Бывает густо, а бывает и пусто. Поэтому, если Борис согласится урезать наши семейные расходы, я смогу выделить денег. Но немного.
На последнем слове она сделала особый акцент. Однако Ольга Павловна поняла это по-своему. В ее картине мира невестка просто жадничала.
Уже на следующий день она решила серьезно поговорить со своим сыном.
— Твоя жена — скупая девка! — она не стала подбирать слова, а сразу же высказала все, что у нее накопилось в душе. — Не может пойти навстречу своей свекрови! У нее огромное предприятие, наверняка деньги гребет лопатами, а мне, твоей матери, отказала помочь! А ведь над домиком работал твой отец! Ты помнишь, как играл в нем маленьким? Он вот-вот развалится, и память об отце исчезнет!
Ольга Павловна умела давить на жалость. Несмотря на то, что Борис закончил институт по специальности «менеджмент», он довольно плохо представлял, как работает реальное предприятие. Поэтому, как и его мать, он считал, что владелец компании без проблем может изымать из кассы любые суммы.
Придя вечером домой, он с обидой в голосе обратился к жене:
— А почему ты не помогла моей маме? Она звонила, плакала. Говорит, дача рушится.
Анжела посмотрела на мужа долгим, изучающим взглядом. Она прекрасно знала о пробелах в его образовании и понимании бизнеса. Впрочем, это касалось большинства ее знакомых, не связанных с предпринимательством.
— Видишь ли, милый, — она налила себе чашку душистого чая с мятой, стараясь сохранить спокойствие. — Не относись к моему предприятию как к чему-то личному, как к кошельку. Это отдельный организм. У него свои экономические законы. Нельзя вот так просто взять и вырвать кусок денег. У меня есть финансовые планы, есть обязательства, которые я должна выполнять. И эти обязательства стоят денег. Это не только зарплата сотрудников и аренда, но и закупка товара, налоги, обслуживание оборудования... Это очень длинная цепочка. Если я вырву оттуда часть денег, эта цепочка может порваться. И тогда плохо будет всем.
— Неужели всё так плохо? — удивленно спросил Борис, присаживаясь рядом.
— Я не говорила, что плохо. Я сказала, что деньги в обороте. У меня нет на данный момент свободного накопительного счета, куда я могла бы складывать миллионы на случай, если вдруг захочется сделать ремонт на даче. У меня каждая копеечка расписана. Поэтому поговори со своей мамой и объясни, что у меня нет той самой волшебной тумбочки, где деньги размножаются сами собой. А если тебе так интересно знать, как работают финансы на предприятии, вот, почитай.
Она достала с полки три увесистых книги по экономике и финансовому планированию и положила их перед мужем.
Борису стало обидно. Во-первых, потому что его мягко, но уверенно поставили на место, как глупого мальчика. Во-вторых, его матери уже второй раз был дан отказ. И в-третьих, то, что его ткнули носом в книги, ударило по самолюбию. Он уважал свою жену именно за то, что она с нуля смогла построить свой пусть небольшой, но стабильный бизнес. Ему бы и самому хотелось подобное иметь, но пока не получалось — все начинания заканчивались провалом.
Через несколько дней Анжела приехала к своей матери. Раза два в неделю она старалась забегать к ней, чтобы проведать и просто поговорить. И несмотря на то, что она уже стала взрослой и самостоятельной, иногда так хотелось снова почувствовать себя маленькой девочкой и попросить совета.
— Меня свекровь достала, — призналась Анжела после того, как они попили чай с домашним вареньем.
— Что-то серьезное? — полюбопытствовала Вера Геннадьевна, поглаживая дочь по руке.
— Даже не знаю... Сперва просила пристроить Полину, затем обиделась, что я приняла Галю. А на днях потребовала деньги на ремонт дачи. И самое неприятное — на ее сторону встал Борис. Ходит надутый, разговаривает сквозь зубы.
— Вот как, — хмыкнула уже немолодая женщина, качая головой. — Это и понятно. У тебя компания, ты работаешь сама на себя. Вот они и думают, что ты — золотая курочка, несущая золотые яйца.
— Курочка... — горько усмехнулась Анжела. — Если бы они знали, какие маленькие яички эта курочка несет, и каким трудом они даются.
— Вот-вот, они не знают. А может, тебе стоит мужа посвятить в процесс своей работы? Показать цифры, расходы?
— Мам, только не начинай. Еще не хватало, чтобы Борис мне диктовал условия, что и как делать. Мне и так хватает головной боли со своими сотрудниками, поставщиками и проверками. А ты хочешь мне добавить проблем дома?
— Но, однако, свекровь — это мать твоего мужа. Может, стоит помочь? Конечно же, в разумных пределах. Ради мира в семье.
— У мамы, Ольги Павловны, есть сын. Поэтому я считаю, что он должен помогать ей, а не я. У меня есть ты, Галина, брат, а еще племянница, которым я помогаю. Мой ресурс не бесконечен.
— Это хорошо, дочка. Но Борис — твой муж, и у него есть мать. Подумай хорошо. Худой мир лучше доброй ссоры.
— Мам, я подумаю, — согласилась с ней Анжела.
Она и сама уже была не против помочь свекрови, просто чтобы та отстала. Но, вспомнив ее приказной тон, задумалась. А стоит ли? Ведь если она сделает первый финансовый взнос по первому требованию, то Ольга Павловна поймет, что метод работает. И через какое-то время обязательно потребует еще. И еще. И аппетиты будут расти.
И все же, как ни крути, этот вопрос надо было решать.
Борис за это время немного полистал книги, что дала ему Анжела. Что-то понял, а что-то было так мудрено написано, что решил отложить на потом. Придя к своей матери, он постарался своими словами, как умел, объяснить, как работает бизнес, и что у Анжелы есть финансовые обязательства перед партнерами.
— Врет она всё! — безапелляционно заявила мать после того, как Борис закончил свою мини-лекцию. — Ты вспомни! Твоя теща летом ездила в дом отдыха? Ездила. Кто спонсировал? Твоя жена. И сестрица ее не осталась в стороне.
На пару секунд она замолчала, чтобы Борис осознал сказанное.
— Жене твоей она ремонт сделала? Сделала. А своей матери купила холодильник. И сейчас делает ремонт в ванной. А я тут... — она демонстративно развела руки в стороны, показывая на старые обои, — сижу у разбитого корыта.
— Да... — растерянно протянул Борис. Он сразу же припомнил, как Анжела подарила своей племяннице новый детский гарнитур, а теща почти месяц ходила на платный массаж спины.
Ему стало невыносимо обидно, что его мать осталась в стороне, обделенная вниманием и деньгами. Поэтому, придя домой, он перед женой, словно учитель в школе перед провинившейся ученицей, стал читать лекцию о справедливости.
Анжела не прерывала его. Она сидела в кресле, скрестив руки на груди, и слушала. Ей было даже любопытно узнать, как это себе представляет Борис.
— Мы семья, наверное? — закончил он свои рассуждения вопросом, положив ладони на стол.
— Согласилась, — кивнула молодая женщина.
— А в семье всё должно быть поровну, верно? Тогда почему ты помогаешь только своим родным, а игнорируешь просьбу моей матери? Это несправедливо!
— Ах, вот оно что... — Анжела нежно, но с грустинкой улыбнулась. — Видишь ли, милый, для меня моя мама всегда будет ближе. Ты уж не обижайся, но это биологический факт. Точно так же, как и твоя мать для тебя останется всегда самой главной женщиной. Поэтому я в первую очередь думаю о своих родных.
— Но почему бы тебе не помочь своей свекрови? — тут же спросил ее Борис, повышая голос. — У тебя же есть возможности!
Анжела была искренне удивлена такой короткой памяти мужа.
— Разве не я подарила ей стиральную машину на юбилей? — тихо спросила она.
Борис запнулся.
— Ну... да.
— А кто, по-твоему, поставил кондиционер в ее зале прошлым летом, когда она жаловалась на жару? Ты?
Она посмотрела прямо в глаза мужу. Он тут же опустил взгляд в пол.
— А кто поменял окна в ее спальне, чтобы не дуло? Ты?
Лицо Бориса стало пунцовым. Ему было стыдно, но признавать поражение не хотелось.
— Но это сделала ты... потому что у тебя есть деньги! — выпалил он.
— Согласна, — кивнула Анжела. — Но теперь я меняю правила. Я готова помогать твоей маме. Но только 50 на 50. Ты вкладываешь сто рублей — я вкладываю сто рублей. Ты даешь тысячу — я даю тысячу. Однако не забывай про наш общий семейный бюджет, в который ты тоже должен вкладываться. Ну что, ты согласен?
Она вопросительно посмотрела на мужа. Он невольно кивнул головой. Конечно же, Борис был не глупым малым и прекрасно понимал, что жена загнала его в ловушку. Он зарабатывал немного, и свободные деньги у него водились редко. А значит, его матери теперь мало что достанется. Но возразить было нечего — предложение звучало справедливо.
Прошло несколько дней. Похоже, Борис поговорил со своей матерью и объяснил новую позицию жены. Однако Ольгу Павловну такой расклад категорически не устроил. Понимая, что с сына взять нечего, она решила пойти ва-банк и сама поговорить с невесткой.
Она выбрала момент, когда Анжела была дома одна, и пришла без звонка. Поговорив пару минут о погоде и ценах на продукты, свекровь перешла в наступление.
— Если не дашь деньги на мою дачу, то я настрою Бориса против тебя, — заявила она, глядя исподлобья. — И тогда неизвестно, как долго вы будете жить вместе. Уж поверь мне, я знаю, на какие кнопки давить.
— Мне пора идти, — тут же холодно произнесла Анжела, вставая. Ей стало физически противно находиться рядом с этой женщиной.
— Подумай хорошенько! — крикнула ей в спину Ольга Павловна. — Или деньги, или семейное благополучие!
Это было впервые, когда свекровь открыто поставила ультиматум. Анжела верила в Бориса, хотя в последнее время он слишком часто принимал сторону матери. Но сейчас ругаться с Ольгой Павловной, опускаясь до базарного уровня, ей не хотелось. Она направилась в коридор, открыла дверь и выразительно посмотрела на выход. Свекровь, фыркнув, ушла.
Вечером Анжела решила поговорить с мужем, но перед этим позвонила лучшей подруге Жанне. У той тоже был свой бизнес, и наверняка она сталкивалась с подобными проблемами.
— Как я решаю? — переспросила Жанна в трубку. Она вместе со своим мужем Павлом организовала туристическую компанию, специализирующуюся на экстремальных турах по заброшенным местам. — Да вроде все нормально. Каждый из нас ведет «листок заказов», если так можно выразиться. Куда мы вписываем пожелания своих родителей. А потом совместно решаем, что из них требует незамедлительного вмешательства, а что может подождать. Но это не означает, что мы всё перекрываем. Конечно же, я помогаю своим родителям, а он своим. Я не против, если он тратит на мать, но не в ущерб нашей семье.
— Красиво сказано, — вздохнула Анжела. — Ведь именно это я и предлагала Борису. А он почему-то из-за этого разозлился.
Злость на свекровь никуда не пропала. В голове вертелись слова угрозы. Возможно, Ольга Павловна уже поговорила с сыном, начала свою «обработку». Игнорировать проблему было нельзя.
Когда Борис вернулся домой, Анжела сразу приступила к разговору.
— Твоя мама сегодня приходила. Она настроена агрессивно, потребовала деньги. Угрожала, что поссорит нас. Почему именно она обращается ко мне, а не к тебе?
Анжела внимательно следила за реакцией мужа. Тот отвел глаза.
— А тебе разве трудно ей помочь? — холодным тоном спросил он, снимая галстук. — Для тебя это копейки.
— Ты, наверное, так и не понял, откуда я беру деньги, — устало покачала головой жена. — Это не копейки, это кровь бизнеса.
В тот вечер они опять поругались. Крупно, с криками и взаимными обвинениями. Борис, как заведенный, настаивал на том, что богатая жена обязана содержать его бедную мать. Анжела пыталась достучаться до его разума, но тщетно. Между ними словно выросла стена.
На следующий день Анжела встретилась с сестрой Галиной в кафе.
— Ты говоришь, что твоя свекруха хочет долю от твоего пирога? — с усмешкой спросила Галина, размешивая сахар в кофе.
— Типа того, — кивнула Анжела.
— И твой муженек на стороне своей мамаши? Точно? Он что, дурной? Ладно мой, хоть зарабатывает, а твой сидит на зарплате, да еще и на тебя рот открывает.
— Ты права, — с печалью в голосе произнесла Анжела. — Я не знаю, что делать.
— Ты посмотри на себя со стороны. Давай представим так: у тебя есть подруга, у которой свой успешный бизнес. И вот муж и свекровь начинают требовать, чтобы она их содержала, шантажируют разводом. Что ты на это скажешь?
Анжела задумалась. Со стороны ситуация выглядела не просто некрасиво, а абсурдно.
— Мне кажется, — продолжила сестра, наклоняясь ближе, — он и женился-то на тебе из-за денег или перспектив. Думаю, дальше будет только хуже. Наверняка он захочет часть твоего бизнеса. Подумай об этом.
После того разговора прошла целая неделя. Анжеле некогда было размышлять над чувствами — конец квартала, отчеты, поставки не давали передышки. Однако к концу недели, когда она пришла домой чуть пораньше, в гостиной ее ждал сюрприз. Ольга Павловна сидела на диване, а Борис, нервно расхаживая по комнате, явно ждал прихода жены.
— Борис может по случайности, а может и преднамеренно, задерживался с открытием своего дела, — начала свекровь мягким, елейным голосом, едва Анжела вошла. — А почему бы тебе не рассмотреть такой вариант?
Голос свекрови был на удивление ласковым, и именно это напрягло Анжелу больше всего.
— Что вы имеете в виду?
— Ведь мой сын — твой муж. Вы живете душа в душу. А если так, то почему бы тебе не привлечь Бориса к своему бизнесу по-настоящему? Сделать его совладельцем? Он хочет чувствовать себя хозяином, а не приживалкой.
— Сразу отвечу — нет, — твердо сказала Анжела. — Я не смешиваю личное и рабочее.
— Вы хотите сказать, чтобы я отписала ему долю? — уточнила она, глядя на свекровь.
— Ну что же, я не против такого варианта, — улыбнулась Ольга Павловна. — Это было бы справедливо.
— Хорошо, — вдруг сказала Анжела. — Я могу ему продать 10% акций.
— Продать? — Ольга Павловна чуть не поперхнулась воздухом. — Жене мужу?
— Конечно, продать. Компания стоит денег, это актив. По моим оценкам, 10% — это около шести миллионов рублей. Не так уж и много за вход в готовый бизнес. Как вы считаете?
Лицо свекрови пошло красными пятнами не то от наглости невестки, не то от услышанной цифры.
— Но ведь это же несправедливо! Требовать деньги от мужа!
— Почему же? — невозмутимо спросила Анжела. — 10% — это товар. А любой товар стоит денег. Если он хочет стать партнером, пусть вкладывается.
Ольга Павловна еще полчаса пыталась убедить, пристыдить, уговорить Анжелу просто подарить «любимому мужу» часть активов. Но невестка была скалой. Свекровь, злобно зыркнув на прощание, ушла, громко хлопнув дверью.
Какое-то время Анжела сидела в тишине, переваривая произошедшее. Пазл складывался. Любви там, похоже, не осталось, был только холодный расчет.
Она вспомнила, как познакомилась с Борисом на конференции молодых предпринимателей. Тогда она только выиграла грант, глаза горели. Борис тоже был полон идей, красиво говорил, был обаятелен. Она влюбилась. Но если она пахала по двадцать часов в сутки, он быстро остыл к трудностям. Свое первое дело он закрыл через год, сказав, что «рынок не готов». И вот теперь он опять зарегистрировал новую компанию с другом, но прибыли там не было и в помине.
Через день, ближе к вечеру, Ольга Павловна снова «нарисовалась» в гостях. Видимо, решила брать измором. Анжела только что приняла душ и с мокрыми волосами встретила родственницу. Борис суетился вокруг матери.
Минут через пятнадцать, когда чай был выпит, свекровь снова завела свою шарманку.
— Ну так ты поможешь мне с дачным домиком? Лето скоро.
Анжела не спешила отвечать. Она внимательно посмотрела сперва на мужа, который отвел взгляд, а затем стала рассматривать чаинки в своем стакане.
— Ты чего молчишь? — не выдержав паузы, спросила свекровь.
— А чем помог ваш сын? — тихо спросила Анжела. — Ей действительно было любопытно узнать, сколько денег Борис дал своей матери.
— Не юли! — раздраженно произнесла Ольга Павловна. — Ты же знаешь, что он только начал свой бизнес, ему надо встать на ноги. А вот ты, уважаемая бизнес-леди, финансово состоятельна и можешь выступить спонсором.
В этот момент внутри Анжелы что-то оборвалось. Щелкнул невидимый тумблер. Она поняла: ничего не изменится. Никогда. Она всегда будет для них только функцией, банкоматом. Она посмотрела в злые, требовательные глаза мужа. Он ждал от нее денег.
— Я завтра приеду к вам в шесть вечера и сделаю уникальный подарок, — вдруг сказала она, улыбнувшись какой-то новой, незнакомой им улыбкой. — Такой, который решит все ваши проблемы.
Свекровь расплылась в улыбке. Борис посмотрел на жену уже не со злостью, а с надеждой и даже нежностью.
На следующий день Борис сразу после обеда уехал к матери — ждать подарка. Он был уверен, что это деньги или документы на оплату ремонта.
Анжела, как и обещала, приехала ровно в шесть. Вместе с ней зашел грузчик и занес две огромные картонные коробки, перевязанные розовой подарочной лентой.
— Что это? — жадно поинтересовалась Ольга Павловна, потирая руки.
— Мой вам подарок, — спокойно ответила невестка.
Борис засуетился, хотел сам открыть, но мать его опередила. Она схватила нож и с азартом разрезала скотч. Откинула крышку... и обомлела.
В коробке лежали рубашки, брюки, свитера. Старые джинсы. Носки.
— Что это? — прошептала она.
— Это вещи вашего сына, — пояснила Анжела. — Я собрала всё.
— Зачем они здесь? — наивно, все еще не веря своим глазам, спросила Ольга Павловна.
— Это самый драгоценный подарок для вас, который я могу сделать. Я возвращаю вам вашего сына. Целиком и полностью. Безвозмездно.
На лице Бориса исчезла улыбка. Он побледнел.
— Ты так много говорил про бизнес, Боря, но ничего не сделал, — глядя ему в глаза, сказала Анжела. — У тебя было время и деньги, но ты все профукал. Я просила тебя урезонить аппетиты матери, но ты встал на ее сторону. Поэтому, мой милый, я возвращаю тебя как самую большую драгоценность той, кто тебя ценит больше всех. Твоей маме.
— Что ты этим хочешь сказать? — голос свекрови задрожал от ярости.
— Я подаю на развод.
— Что?! — выдохнул Борис.
— К тебе я финансовых претензий не имею. Вещи твои здесь. Живи с мамой, делайте ремонт, стройте планы.
— Если ты разведешься — мой сынок заберет половину фирмы! — визгливо закричала Ольга Павловна. — Он у тебя отсудит половину предприятия! Мы тебя по миру пустим!
— Ты тоже так считаешь? — Анжела повернулась к Борису.
— Это будет справедливо, — буркнул он, пряча глаза. — Мы же были семьей.
— Пусть рискнет! — жестко бросила Анжела. — Встретимся в суде.
Она развернулась и молча ушла, чувствуя невероятную легкость.
Судебный процесс был тяжелым и грязным. Ольга Павловна нашла каких-то юристов, Борис пытался доказать, что вкладывался в бизнес жены. Но у Анжелы все было задокументировано идеально. Брачный договор они не заключали, но предприятие было создано до брака, а вся прибыль реинвестировалась согласно строгим протоколам. Борису ничего не удалось отсудить от фирмы. Он остался ни с чем.
А вот Анжела пошла на принцип. Она доказала, что дорогая иномарка, на которой ездил Борис, была куплена на общие средства в браке, причем 90% денег внесла она. Суд постановил: либо Борис компенсирует 50% стоимости машины, либо продает ее и делит деньги.
Денег у Бориса не было. Ему было жалко терять статусную машину, и он предложил Анжеле земельный участок, который купил много лет назад, еще до свадьбы, где-то в глуши. Он считал его бесполезным активом. Анжела согласилась.
А уже через месяц она продала этот участок крупному застройщику, который планировал там коттеджный поселок. Цена сделки в три раза превысила стоимость машины Бориса.
Узнав об этом, Ольга Павловна слегла с давлением, а потом долго ругалась с сыном, называя его неудачником.
— Махать кулаками после драки бесполезно, — огрызался он.
Спустя какое-то время Борис, расстроенный и злой, сел за руль своей любимой машины пьяным и разбил ее вдребезги. Сам отделался ушибами, но страховая отказала в выплате из-за алкоголя в крови. Свое новое предприятие он закрыл через месяц.
Анжела была свободна. Она сидела в кафе с сестрой Галиной и подругой Жанной, пила вино и смеялась.
— Пора бы присмотреть тебе нового мужа, — подмигнула Жанна.
— Ну уж нет, — улыбнулась Анжела. — Пока я поживу для себя. Куплю, наконец, дачу. Но только для себя. А там посмотрим.
Если вам понравилась история просьба поддержать меня кнопкой палец вверх! Один клик, но для меня это очень важно. Спасибо!