Берсеркерами в Империи называли северных варваров, проживающих на Седых островах, изначально обитающих в Гномьих горах, вдоль Даррского хребта.
На заре становления Империи с их родами был заключён договор. В задачу берсеркеров входило следить за «ушедшим под землю» союзом гномьих уний, называемых «Кадаромом фригаристари дуэргарами», что с гномьего языка переводилось как «Королевства свободных дуэрдинов».
После поражения от людей и Кровавой жатвы у Пика Дварфа, гномы спустились в свои пещеры-катакомбы, чтобы перевести дух и восстановиться.
Берсеркеры же, прозванные в Империи «Стражами Севера», должны были своевременно предупредить Императора, если гномы вновь выберутся из своих подземных городов на поверхность и сдерживать их экспансию и продвижение вглубь людских земель до прихода имперских сил.
За их службу, варварам было разрешено, негласно, конечно же, совершать редкие и незначительные набеги на близлежащие княжества и грабить их, уводя в полон женщин и детей. Одних чтобы продолжать род, других чтобы воспитывать воинов. Частота набегов разнилась от года к году, но никогда не превышала одного набега в сезон.
Со временем количество набегов и «аппетиты» берсеркеров увеличились, и император Сагарт Второй вынужден был организовать карательную экспедицию в Гномьи горы, чтобы наказать зарвавшихся северян.
Берсеркеры были разбиты в нескольких сражениях и изгнаны с континента. Остатки их родов осели на голых и необитаемых островах в заливе Лисы.
Император посчитал, что на этом проблема с варварами решена и вернул войска по домам.
Но северяне поняли, что более не связаны обязательствами с Империей и через какое-то время взялись за старое. Они продолжили грабить приморские города и селения дистриктов Империи, и уводить в плен их жителей.
Новый император не стал вмешиваться в дела северных княжеств, предоставив им полную самостоятельность в решении данного конфликта.
Графы же и бароны приняли это как должное, и в дальнейшем сами пытались справиться с угрозой вторжения берсеркеров. Иногда княжеские ополчения могли противостоять варварам и тогда северяне уходили ни с чем, иногда нет, и тогда пылали города, и скорбный плач матерей погребальным дымом стелился по пропитанной кровью земле.
Основным направлением набегов берсеркеров были графства Ямариль и Юргамыш, баронство Околом и баронство Ми Су Сэй.
В набег всегда уходило не более половины от взрослого населения рода. В случае если боевое подразделение рода погибало в бою во время набега, то вторая половина не звалась в следующий рейд целый год и другие рода поддерживали этот род, помогая ему едой и всех необходимым для жизни.
Проживали все пять родов берсеркеров на Седых островах, архипелаге из более чем тридцати островов в Заливе Лисы.
Было ещё таинственное и мифическое племя медведей-оборотней, которые обитали намного севернее, где-то в Океане. От каждого рода, когда приходило время, к ним уходил самый сильный, самый отважный и самый безрассудный воин, чтобы стать наездником одного из медведей-оборотней. Полярная сова указывала на дом того воина, кому выпала честь стать хамрамром (меняющим шкуру), а впоследствии и ярлом.
И именно ярлы на медведях-оборотнях приходили к родам берсеркеров каждый сезон и звали их в очередной набег.
К набегам присоединились и волки-тени, мифическая стая хищников, пришедшая однажды с северо-востока, и ставшая жить рядом с северянами на Седых островах.