Алексей Сергеевич открыл глаза и сразу зажмурился от яркого света. Голова гудела, во рту пересохло, тело будто налилось свинцом. Он попытался пошевелиться, но острая боль в груди заставила его застонать.
— Лежите спокойно, не двигайтесь, — послышался женский голос.
В поле зрения появилась медсестра. Она проверила капельницу, посмотрела на монитор над кроватью.
— Где я? — хрипло спросил Алексей.
— В реанимации. Вас привезли с огнестрельным ранением. Пуля прошла навылет, но задела лёгкое. Вам повезло, что вовремя успели.
Алексей попытался вспомнить, что случилось. В памяти всплывали обрывки: засада, крики, выстрелы. Они ехали арестовывать подозреваемого в убийстве. Операцию планировали тщательно, но что-то пошло не так. Кто-то предупредил преступника. Была перестрелка. И боль. Резкая, обжигающая боль в груди.
— Сколько я здесь?
— Четвёртые сутки. Вы были без сознания.
Четвёртые сутки. Господи, Маша! Его дочка осталась одна!
— Мне нужен телефон. Срочно. У меня дочь дома одна.
— Успокойтесь. О вашей дочери позаботились. Всё в порядке.
— Кто позаботился?! Мне нужно позвонить!
Медсестра вышла из палаты, вернулась с врачом. Доктор осмотрел Алексея, проверил показатели.
— Алексей Сергеевич, вам нельзя волноваться. Ваше состояние стабилизировалось, но любое напряжение может привести к осложнениям.
— Где моя дочь?
— Ваши коллеги сообщили, что о ребёнке заботятся. Она в безопасности, здорова. Сейчас самое главное, чтобы вы поправились.
Врач сделал ему укол, и Алексей почувствовал, как накатывает сонливость. Он пытался сопротивляться, но глаза сами закрывались.
Когда он очнулся снова, за окном была ночь. В палате горел только ночник. Алексей осторожно повернул голову. Рядом с его кроватью в кресле спал его напарник Игорь.
— Игорь, — позвал Алексей тихо.
Напарник вздрогнул, открыл глаза.
— Лёха! Ты очнулся! Как ты?
— Нормально. Где Маша?
Игорь встал, подошёл ближе.
— Она в порядке. Серьёзно, не переживай.
— Кто с ней? Я же один её воспитываю. У меня никого нет в городе.
Игорь замялся, почесал затылок.
— Ну как тебе сказать... Ты удивишься.
— Говори уже!
— Помнишь Ларису Ковалёву?
Алексей нахмурился. Ларису Ковалёву он помнил прекрасно. Она была адвокатом, они сталкивались в суде несколько раз. Умная, принципиальная, жёсткая. Они спорили, ругались, никак не могли найти общий язык. Последний раз виделись полгода назад на громком процессе, где она защищала обвиняемого, а Алексей был следователем по делу. Они тогда крепко поссорились прямо в зале суда.
— При чём тут Ковалёва?
— Она взяла Машу к себе.
— Что?! Как это взяла?!
— Слушай, успокойся. Когда тебя ранили, мы начали искать, кому оставить Машу. Родственников у тебя нет, соседи отказались. Я бы сам, но жена в больнице лежала тогда. И тут Лариса узнала о ситуации. Сама предложила помощь.
— Откуда она узнала?
— Видимо, по своим каналам. Адвокаты же всё знают. Короче, она приехала, забрала Машу к себе. Сказала, что будет заботиться о ней, пока ты не поправишься.
Алексей не мог поверить. Ковалёва? Та самая Ковалёва, которая обвиняла его в предвзятости? Которая говорила, что он плохой следователь? Зачем ей это нужно?
— Игорь, ты уверен, что всё в порядке? Может, она хочет использовать Машу?
— Для чего? Лёх, я сам удивился сначала. Но съездил к ней проверить. Маша там счастлива. У Ларисы квартира хорошая, она кормит её, в школу водит. Вообще заботится, как о родной.
— Я не понимаю. Мы же враги.
— Были врагами. А сейчас у вас общая цель — чтобы твоя дочка была в порядке.
Алексей закрыл глаза. Голова болела от этой информации. Ковалёва заботится о Маше. Невероятно.
— Я хочу её увидеть. Машу.
— Лариса обещала привезти её завтра. Врачи разрешили короткое свидание.
— А с ней... с Ковалёвой я тоже увижусь?
— Ну конечно. Она же Машу привезёт.
Игорь ушёл, оставив Алексея наедине со своими мыслями. Всю оставшуюся ночь он не мог заснуть, прокручивая в голове все встречи с Ларисой Ковалёвой. Она всегда была его противником. Каждое дело, где она выступала защитой, превращалось в настоящее сражение. Они спорили, кричали друг на друга, обвиняли в непрофессионализме.
Но в глубине души Алексей всегда уважал её. Она была хорошим адвокатом, честным, преданным своему делу. Просто они стояли по разные стороны баррикад.
Утром его перевели из реанимации в обычную палату. Врачи сказали, что идёт на поправку быстрее, чем ожидалось. К обеду Алексей уже мог сидеть, опираясь на подушки.
В дверь постучали. Вошла медсестра.
— Алексей Сергеевич, к вам посетители.
Сердце забилось быстрее. Дверь распахнулась, и в палату вбежала Маша.
— Папа!
— Машенька, осторожно! Не прыгай на папу! — остановила её женщина, вошедшая следом.
Лариса Ковалёва выглядела точно так же, как и полгода назад. Высокая, стройная, тёмные волосы собраны в строгий пучок. Только сейчас на ней были не деловой костюм, а обычные джинсы и свитер.
Маша подбежала к кровати, взяла отца за руку.
— Папочка, как ты? Тебе больно?
— Уже нет, солнышко. Я так рад тебя видеть!
— Я тоже! Лариса Петровна сказала, что ты скоро поправишься и мы снова будем вместе!
Алексей посмотрел на Ларису. Она стояла у двери, неловко переминаясь с ноги на ногу.
— Здравствуйте, Алексей Сергеевич.
— Здравствуйте. Спасибо вам. Игорь рассказал, что вы взяли Машу к себе.
— Не за что. Любой бы так поступил.
— Не любой. Особенно учитывая наши с вами отношения.
Лариса присела на стул рядом с кроватью.
— Маша, солнышко, сходи в буфет, купи себе что-нибудь вкусное. Вот деньги.
Девочка взяла купюру, выбежала из палаты. Они остались вдвоём.
— Почему вы это сделали? — спросил Алексей.
Лариса вздохнула.
— Я узнала о том, что с вами случилось, от коллеги. Он рассказал, что у вас дочь, что вы воспитываете её один, что некому за ней присмотреть. Я подумала и поняла, что не могу остаться в стороне.
— Но мы же с вами... мы постоянно ругались.
— Это работа. Мы действительно часто бывали по разные стороны. Но это не значит, что я желаю вам зла. Тем более ребёнку.
— Всё равно не понимаю. Вы могли просто помочь найти няню, оплатить её услуги. Зачем брать чужого ребёнка к себе?
Лариса отвернулась к окну.
— У меня самой когда-то была дочь.
— Была?
— Она умерла. Шесть лет назад. Ей было столько же, сколько сейчас вашей Маше.
Алексей почувствовал, как внутри всё сжалось. Он не знал об этом. Никогда не интересовался личной жизнью Ковалёвой.
— Простите. Я не знал.
— Откуда вам знать? Мы же общались только в суде, кричали друг на друга. После смерти дочери я ушла в работу с головой. Думала, это поможет забыть. Но не помогло. Боль никуда не делась.
— Что случилось?
— Лейкемия. Мы боролись два года, но не смогли победить. Муж не выдержал, ушёл через полгода после похорон. Я осталась одна.
Алексей молчал, не зная, что сказать. Какие слова подобрать, когда человек потерял ребёнка?
— Когда я узнала про вашу Машу, мне захотелось помочь. Не из жалости к вам, а потому что поняла: есть девочка, которой нужна забота. И я могу дать ей эту заботу. Хотя бы временно.
— Спасибо вам. Правда, огромное спасибо.
Лариса повернулась к нему, улыбнулась грустно.
— Вы знаете, эти несколько дней с Машей были для меня как бальзам на душу. Я снова чувствую себя нужной. Снова готовлю завтраки, провожаю в школу, помогаю с уроками. Это то, чего мне так не хватало.
— Она не доставляет вам хлопот?
— Наоборот. Маша прекрасная девочка. Умная, воспитанная, добрая. Вы отлично справляетесь с её воспитанием.
— Я стараюсь. Жена ушла, когда Маше было три года. Сказала, что не хочет быть матерью, что ей нужна свобода. С тех пор мы вдвоём.
— Это тяжело, я понимаю. Растить ребёнка одному и работать следователем. У вас же ненормированный график, опасная работа.
— Да, непросто. Но я справляюсь. Маша всё понимает, не капризничает. Она мой главный человек в жизни.
Вернулась Маша с шоколадкой в руках. Села на стул рядом с Ларисой, развернула конфету.
— Папа, а ты скоро выйдешь из больницы?
— Скоро, Машуль. Врачи сказали, что через неделю, может, выпишут.
— Ура! Мне так хочется домой! Хотя у Ларисы Петровны очень хорошо. Она вкусно готовит, у неё большая библиотека, мы каждый вечер читаем книги.
Алексей посмотрел на Ларису. Та смущённо улыбнулась.
— У меня много детских книг осталось. Вашей дочке они понравились.
— Лариса Петровна, вы правда будете приходить к нам в гости, когда папа выздоровеет? — спросила Маша.
Лариса растерянно посмотрела на Алексея.
— Ну, я не знаю... Это нужно спросить у папы.
Алексей кивнул.
— Конечно, приходите. Мы будем рады. Правда, Машуль?
— Правда!
Они просидели в палате ещё час. Маша рассказывала отцу про школу, про то, как живёт у Ларисы. Было видно, что девочка привязалась к женщине. А Лариса смотрела на Машу с такой теплотой, с такой любовью, что Алексей чувствовал комок в горле.
Когда они собирались уходить, Маша крепко обняла отца.
— Выздоравливай быстрее, папочка. Я тебя очень люблю.
— Я тебя тоже, солнышко.
Лариса задержалась у двери.
— Алексей Сергеевич, если вам что-то понадобится, звоните. Я оставлю свой номер медсестре.
— Спасибо. И ещё раз спасибо за Машу.
— Это мне спасибо. За то, что позволили мне снова почувствовать себя мамой.
Она ушла. Алексей остался один, переваривая всё услышанное. Ковалёва потеряла дочь. Всё это время она носила в себе эту боль, а он даже не подозревал. Они ругались в судах, обвиняли друг друга, а она страдала от потери ребёнка.
Прошла неделя. Алексей шёл на поправку быстро. Врачи удивлялись его восстановлению. Каждый день приходили Маша и Лариса. Они приносили домашнюю еду, фрукты, книги. Лариса рассказывала, как прошёл день у Маши, что было в школе, какие оценки получила.
Алексей замечал, как между ними троими возникает особая связь. Маша называла Ларису по имени-отчеству, но было видно, что воспринимает её почти как маму. А Лариса расцветала на глазах, становилась более живой, улыбчивой.
Когда пришло время выписки, Лариса приехала за Алексеем с Машей на машине.
— Я отвезу вас домой, — сказала она.
— Спасибо. Вы столько для нас сделали.
— Да бросьте. Мне самой было приятно.
Они приехали к дому Алексея. Лариса помогла ему подняться на третий этаж. В квартире было чисто, пахло свежестью.
— Вы тут убирались? — удивился Алексей.
— Ну да. Вчера приезжали с Машей, навели порядок. Чтобы вам было приятно возвращаться.
Алексей осмотрелся. Всё на своих местах, всё аккуратно. На кухонном столе стояла кастрюля с борщом.
— Это вы тоже приготовили?
— Приготовила. Вам нужно хорошо питаться, чтобы окончательно восстановиться.
Маша обняла Ларису.
— Спасибо вам за всё!
Лариса погладила девочку по голове, в глазах её блестели слёзы.
— Спасибо тебе, солнышко. За эти дни ты дала мне больше, чем я тебе.
Алексей подошёл к ним.
— Лариса Петровна, останьтесь поужинать с нами. Пожалуйста.
Она хотела отказаться, но Маша стала умолять:
— Ну пожалуйста! Давайте поужинаем все вместе!
Лариса согласилась. Они накрыли стол, сели втроём. Ели борщ, разговаривали. Атмосфера была тёплой, домашней. Как будто они были одной семьёй.
После ужина Маша пошла делать уроки. Алексей остался с Ларисой на кухне за чаем.
— Вы удивительная женщина, — сказал он.
— Почему?
— Потому что смогли простить мне все наши ссоры, все обиды. Взяли мою дочь, заботились о ней, хотя могли просто пройти мимо.
— Я не держала на вас зла. Мы просто делали свою работу. Вы следователь, я адвокат. У нас разные задачи.
— Но вы обвиняли меня в предвзятости.
— А вы меня в том, что я защищаю преступников.
Они помолчали.
— Может, нам стоит начать сначала? — предложил Алексей. — Познакомиться заново. Не как враги, а как обычные люди.
Лариса улыбнулась.
— Мне бы хотелось.
— Меня зовут Алексей. Я следователь, вдовец, воспитываю дочь. Очень люблю книги и классическую музыку.
— Очень приятно. Меня зовут Лариса. Я адвокат, тоже была замужем, потеряла дочь. Люблю готовить и читать детективы.
Они рассмеялись. Как же странно складывается жизнь. Ещё неделю назад он считал эту женщину врагом. А теперь сидит с ней за одним столом, пьёт чай и чувствует благодарность, тепло, что-то большее.
— Лариса Петровна, а можно вас кое о чём попросить?
— Конечно.
— Не исчезайте из нашей жизни. Маша к вам привязалась. Да и я... я тоже буду рад нашему общению.
Лариса посмотрела на него внимательно.
— Вы уверены? Всё-таки мы коллеги, будем встречаться в судах.
— Пусть встречаемся. Днём мы противники, а вечером можем быть друзьями. Или даже больше.
Последние слова вырвались сами собой. Алексей смутился, но Лариса не отвела взгляд.
— Больше? — тихо переспросила она.
— Я не знаю. Может быть. Если вы не против.
Лариса протянула руку через стол, накрыла его ладонь своей.
— Я не против.
Из комнаты выбежала Маша.
— Папа, иди помоги мне с задачкой! А, Лариса Петровна ещё здесь! Здорово! Тогда вы помогите, вы же умная!
Они пошли в комнату Маши. Сидели втроём над учебником математики, решали задачу про скорость и расстояние. Маша смеялась, когда у неё не получалось, Лариса терпеливо объясняла, Алексей смотрел на них и чувствовал, как внутри растёт что-то новое. Надежда? Любовь? Или просто счастье от того, что рядом есть человек, который понимает, который готов быть рядом.
Когда Лариса собралась уходить, Маша крепко обняла её.
— Вы правда придёте завтра?
— Обязательно приду. Обещаю.
Алексей проводил её до двери.
— Спасибо за всё. Правда.
— Это вам спасибо. За то, что позволили быть частью вашей семьи. Хотя бы немного.
Она ушла. Алексей закрыл дверь, прислонился к ней спиной. Кто бы мог подумать, что пуля, которая чуть не убила его, приведёт к встрече с женщиной, которая изменит всё. Жизнь полна сюрпризов. И иногда они бывают хорошими.