Из практики. «Сейчас я понимаю, что это в какой-то момент коснулось и меня: на мне была стирка на большую семью (машин-автоматов тогда ещё не было), представляете – простыни, пододеяльники, полоскала всё руками... уборка большой квартиры, покупка продуктов, часто готовка, а ещё я была нянькой своей младшей сестры... и тогда я ещё училась в основной школе и колледже».
Когда ребёнку назначаются регулярные бытовые задачи, которые не соответствуют этапам взросления и опережают развитие детской психики, речь идёт об инструментальной парентификации. Нередко это поощряется в нашем обществе: у мамы болит голова, папа много работает; здорово ведь, что старшая сестра нянчится с младшей. Это же забота!
Из практики. 11-летний подросток с немалой нагрузкой в гимназии. Объёмные домашние работы плюс тренировки несколько раз в неделю и изучение двух языков с репетитором; дома играл каждый вечер с маленькой сестрой, пока родители после ужина отдыхали; мыл посуду, выгуливал собаку... И это ещё не полный перечень его обязанностей. Понятно, почему любимым его времяпрепровождением («что было хорошего») были поездки к бабушке. Где он мог побыть просто ребёнком, любимым безусловно.
Если же приходится быть для родителя постоянной эмоциональной опорой, утешать, поддерживать, быть вовлеченным в конфликт между отцом и матерью – речь об эмоциональной парентификации. Она покрывает психологические потребности родителя – маме и папе нужны компания, помощь, поддержка, утешение. И ребёнок закрывает эти потребности из позиции взрослого. А в норме детско-родительских отношений должно быть наоборот. Самые здоровые семьи – это те, где ребёнку позволяют насладиться детством.
Итак, парентификация – это психологический процесс, при котором ребёнок/подросток вынужден брать на себя роль и зоны ответственности взрослых членов семьи. По сути это попытка сделать ребёнка взрослым насильно. И тогда инфантильный взрослый сохраняет для себя позицию зависимого и маленького, что весьма удобно для его психики в его «непростой и тревожной жизни».
Считается, что эмоциональная парентификация опаснее инструментальной, но надо учитывать, что так или иначе в отношениях между детьми и родителями могут присутствовать в разной степени смешения обе.
В нынешнее время парентификация приобретает и другой оттенок. Если одно, другое поколение прошли через родительскую власть, где могла быть и тирания, и унижения (поколенческая травма), то сегодняшние родители маленьких детей и подростков, посчитав, что те вполне себе уже личности, отдают принятие решений детям. И это уже родительская инфантильность, отказ от взрослой родительской ответственности.
*Причины парентификации – поколенческая травма и инфантилизм.
Если мама перед каждым занятием уже перед дверью кабинета спрашивает четырёхлетку «Хочешь зайти или домой пойдём?» или по окончании «Ну что, понравилось? Придёшь еще?», это, конечно, и выбор не возрасту (ребёнок в растерянности – могу пойти, могу истерику закатить), и беспомощность мамы, её незрелость.
Как видит это мама: «Я забочусь о своём ребёнке, я интересуюсь его мнением» и т. п. А по сути это ложная демократия – перекладывание ответственности и принятия решения на ребёнка. Плюс избегание напряжения, которое может проявиться, если мама будет настаивать.
И такой малыш уже заточен на возможную изолированность от сверстников, боязнь публичных выступлений (тот же стишок рассказать), походов на детский день рождения; может испытывать стресс, тревогу, иметь проблемы с формированием здоровых личных границ.
А теперь представьте взрослого, внутри которого по-прежнему прячется перенапряжённый ребёнок, которому всё так же страшно и больно от того, что приходилось нести на своих детских плечах немалый груз ответственности. И этих нередко внешне успешных и сильных, умеющих со всем справляться людей совершенно не утешают, не дают поддержки фразы типа «Ты справляешься, у тебя получается», «Ты взрослая и успешная», «Вы сделали отличный отчёт». Им всё кажется, что это не про них, что они недостойны, и это какая-то ошибка.
Они не могут расслабиться, не умеют отдыхать, у них постоянный контроль всего и вся.
Что делать такому взрослому? Попытаться «допрожить» детство, сепарироваться от родителей, научиться просить о помощи, доверять, находить то, что радует, наполняет жизнью. То есть осознать себя отдельной взрослой личностью. Конечно, работать с постоянной тревожностью и гиперконтролем. И признать, что вокруг, рядом есть люди, взрослые люди, на которых можно опереться.
Карта из колоды МАК «Аниби. Мой внутренний ребёнок»
Автор: Глухова Татьяна Владимировна
Психолог, Клинический психолог Интегративный
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru