Сапоги у задержанного были хорошие, офицерские, но сильно сношенные, видно, что исходил он в них не одну сотню вёрст...
Сотрудник НКВД повертел их в руках, постучал по подошве и вдруг нахмурился: каблук отходил, а под ним что-то поблёскивало. Через минуту на столе лежала медаль «Золотая Звезда» номер 304.
«Откуда это у партизана Березовского?» - спросил следователь, и человек напротив понял, что домой он уже не вернётся.
Но до этого дня было ещё несколько лет, за которые деревенский парень из Минской губернии успел стать Героем Советского Союза, боевым лётчиком-истребителем, а потом предателем и командиром эскадрильи в армии Власова.
Звезда за финскую
Марковцы - деревенька в Минской губернии, каких на карте СССР было сотни. Там, в крестьянской избе, и появился на свет Бронислав Антилевский в июле 1916-го года. Мальчишка оказался головастый, одолел семилетку, потом подался в Минск, в техникум народно-хозяйственного учёта, где выучился на счетовода. Сидел бы всю жизнь над ведомостями, щёлкал на счётах, но осенью 1937-го года пришла ему повестка из военкомата.
В армии парня приметили и отправили в Монино, в училище авиации особого назначения. Готовили там стрелков-радистов для дальних бомбардировщиков. Через год Антилевский уже летал в составе экипажа ДБ-3 в 21-м дальнебомбардировочном полку.
Тут началась финская война.
О той войне вспоминать не любят. Потери были страшные, неразбериха полная. Шестого января 1940-го года два финских «Фоккера» сбили семь наших бомбардировщиков из одной группы.
Семь машин за один вылет!
Но Антилевскому везло, он выполнил больше двадцати боевых вылетов и записал на свой счёт два сбитых финских самолёта. Бил из турельного пулемёта, с задней точки. Для стрелка-радиста, который и пилотом-то не был, результат отменный.
Война с Финляндией закончилась в марте, а седьмого апреля 1940-го Антилевскому присвоили звание Героя Советского Союза. В конце месяца он стоял в Кремле, и Михаил Иванович Калинин прикреплял к его гимнастёрке Золотую Звезду, за номером 304. Тут же вручили орден Ленина.
Вот так в двадцать четыре года Антилевский стал Героем.
Калинин пожал ему руку и сказал что-то напутственное, мол, служи честно, Родина своих героев помнит.
Родина и вправду запомнила, только не так, как мечталось.
От бомбардировщика к истребителю
После финской Антилевский решил переучиться на лётчика-истребителя. Поступил в Качинскую авиашколу, одну из лучших в стране.
Учился старательно, хотел летать сам, а не сидеть за пулемётом в хвосте чужой машины.
Диплом получил в апреле 1942-го года, когда уже шла война. Младшего лейтенанта Антилевского отправили в 20-й истребительный полк. Летал на Як-9, дрался под Ржевом.
Герой Советского Союза воевал храбро. В декабре 1942-го стал лейтенантом и командиром звена, 3 августа 1943-го получил орден Красного Знамени за пятьдесят шесть боевых вылетов.
В августе сорок третьего он был уже старшим лейтенантом и командиром эскадрильи. Молодой офицер, двадцать семь лет, со Звездой Героя на груди. Казалось бы, живи и радуйся.
Двадцать восьмого августа 1943-го года его сбили.
Лагерь и «обаятельный» Мальцев
Как его сбили, толком неизвестно. Зенитный снаряд или очередь «мессера», какая теперь разница, важно другое.
Старший лейтенант Антилевский, Герой Советского Союза, командир эскадрильи, попал в плен живым.
Поначалу держали под Сувалками, в общем лагере, потом перевели в Морицфельде, где собирали лётчиков отдельно. Условия там были чуть полегче, кормили сносно, на работы не выгоняли. Немцы к авиаторам присматривались, имели на них свои виды.
Однажды в лагере объявился новый человек. Он говорил по-русски, носил мундир полковника ВВС, держался уверенно. Звали его Виктор Иванович Мальцев. До войны он командовал авиацией Сибирского военного округа.
Немецкий историк Хоффманн потом напишет, что Мальцев обладал «редким обаянием». Видимо, так оно и было, иначе трудно объяснить, скольких он сумел переманить.
Биография у полковника была занятная. В 1938-м его взяли по «делу военных», продержали полтора года в ашхабадских подвалах. Следователи требовали признаний, он упирался.
Когда Ежова сняли, Мальцева выпустили, но карьера на том кончилась. Бывшего начальника округа отправили в Ялту заведовать санаторием «Аэрофлота». Из командиров авиадивизий в директоры курортного домика.
После освобождения Мальцев написал брошюрку под названием «Конвейер ГПУ». Там была такая фраза:
«Моё желание сводилось к одному - работать для родины и открывать глаза наивным на оборотную сторону советской демократии».
Когда немцы в ноябре 1941-го заняли Ялту, Мальцев сам пришёл в комендатуру. При полном параде, в форме с орденами и объявил, что желает воевать против большевиков. Немцы сперва не знали, куда его приткнуть, сделали бургомистром города, а потом нашлось дело поважнее, вербовать в лагерях советских лётчиков для будущих «русских ВВС».
- Вы думаете, вас дома ждут? - говорил он. - Вам уже вынесли заочные приговоры. Двадцать пять лет или расстрел. Назад дороги нет.
Антилевскому было двадцать семь лет. Он сидел в бараке, голодный и растерянный. Рядом сидел другой Герой Советского Союза, капитан Семён Бычков, ещё один сбитый ас со Звездой Героя.
Мальцев работал с обоими.
На послевоенном следствии Бычков рассказывал, что его избивали, что Антилевский сам бил его вместе с другими власовцами. Правда это или попытка спастись за счёт товарища, теперь не разберёшь.
Известно одно, что оба Героя Советского Союза согласились надеть немецкую форму.
Русские против русских
Весной 1944-го в газетёнке «Доброволец» напечатали открытое письмо за двумя подписями. Под текстом стояли имена: Герой Советского Союза капитан С. Бычков и Герой Советского Союза старший лейтенант Б. Антилевский.
Они писали, что попали в плен в честном бою, что немцы их не мучили, а наоборот, отнеслись «тепло и товарищески», с уважением к погонам и орденам.
Это письмо потом читали вслух в других лагерях, агитируя пленных вступать к Власову. Два настоящих Героя с боевыми наградами служили лучшей рекламой.
К зиме 1944-го Антилевский уже командовал эскадрильей. Сначала она называлась 2-й штурмовой, потом её перекрестили в 8-ю ночных бомбардировщиков. Под его началом было шестнадцать самолётов и несколько десятков человек лётного состава.
Четвёртого февраля 1945-го года Власов устроил смотр своим авиаторам на аэродроме под чешским городком Эгер. Раздавали награды. Антилевскому достался немецкий знак «За заслуги» третьей степени. На следующий день объявили о присвоении ему капитанского чина ВС КОНР.
Что это были за звания и чего они стоили, вы и сами понимаете.
В апреле 1945-го власовская авиация получила боевое крещение. Тринадцатого числа 1-я дивизия РОА пошла в атаку на советский плацдарм «Эрленгоф». Место это располагалось на Одере, южнее городка Фюрстенберг. Плацдарм был небольшой, три километра по фронту, полтора в глубину. Держали его две роты 415-го батальона 33-й армии.
Авиаподдержку наступления обеспечивали ночные бомбардировщики, те, которыми командовал Антилевский.
Атака захлебнулась, власовцы потеряли около трёхсот пятидесяти человек и откатились назад. До Берлина оставалось меньше ста километров, и всем было ясно, что война кончается.
Антилевский мог бы улететь. Самолёт Fi-156 «Шторх» стоял готовый к вылету, и на нём можно было добраться до Испании или Швейцарии, но он почему-то пошёл на восток.
«Неоднократно имел возможность перелететь на самолёте через линию фронта, - показывал он потом на следствии. - Не делал этого из-за боязни ответственности за содеянное».
Партизан Березовский
В мае 1945-го, когда Германия капитулировала, Антилевский раздобыл фальшивые документы. Помог ему партизанский отряд «Красная искра». Была там, видимо, неразбериха такая, что выдали справку не глядя. По этой справке бывший капитан ВС КОНР стал партизаном Борисом Березовским.
Забавно, что настоящего партизана из того отряда тоже звали Борисом.
С этими документами Антилевский двинулся на восток. Надеялся, наверное, затеряться в послевоенной суматохе, вернуться к мирной жизни, забыть всё как страшный сон.
Двенадцатого июня 1945-го года его задержали при проверке документов. Обыскали и нашли в каблуке сапога Золотую Звезду номер 304, ту, что вручил Калинин пять лет назад.
- Откуда у партизана Березовского медаль Героя? - спросил следователь.
Антилевский молчал, отвечать ему было нечего.
Почему он её не выбросил? Почему тащил с собой все эти годы? На этот вопрос он, наверное, и сам бы не ответил. Может, надеялся на что-то, а может, просто не смог расстаться.
Но эта звезда его и погубила.
Вместо эпилога
В конце июля 1946-го Военный трибунал МВО вынес приговор.
Бронислава Романовича Антилевского приговорили к расстрелу.
И тут в деле обнаруживается странность. Записи о том, что приговор привели в исполнение, в папке нет.
Расстреляли ли его, и если да, то когда именно, неизвестно, а звания Героя лишили лишь в пятидесятом году, спустя четыре года.
Подельник его, Бычков, на суде вёл себя жалко, уверял, будто специально пошёл к немцам, чтобы при случае застрелить Власова или самого Гитлера.
Суд этой выдумке не поверил. Бычкова расстреляли в ноябре сорок шестого.
Мальцева американцы выдали советским властям летом сорок пятого. При аресте он предпринял попытку свести счёты с жизнью, но врачи успели его спасти. "Героя" вылечили, судили вместе с Власовым и казнили первого августа сорок шестого.
Полвека спустя, в две тысячи первом году, Главная военная прокуратура вернулась к делу Антилевского. Проверяли, нет ли оснований для пересмотра. Полковник юстиции Потёмкин написал в заключении коротко:
«Осуждён законно. Реабилитации не подлежит».
Золотая Звезда номер 304 и сейчас лежит где-то в архивных папках. Хозяина у неё давно нет.