Читинская республика – уникальное государство рабочих и солдат, просуществовавшее с 22 ноября 1905 по 22 января 1906 года в самом сердце имперской Сибири. Этот 2-месячный эксперимент стал апогеем революции в Забайкалье и ярчайшим примером того, как далеко могла зайти «смута», будь у нее чуть больше времени и ресурсов.
Что если бы эта республика устояла? Могла ли она стать плацдармом для новой, советской Сибири за 12 лет до Октября? Давайте перенесемся в ту морозную зиму, когда Чита на время перестала быть окраиной Империи и стала ее альтернативным будущим.
Забайкалье – пороховой погреб
Чтобы понять феномен Читинской республики, нужно увидеть уникальный социальный ландшафт Забайкалья начала XX века. Этот регион был классической «пороховой бочкой» империи по 3 причинам:
- Край каторги и ссылки. С 1826 года Забайкалье, с его Нерчинской каторгой, было главной тюрьмой России для политических преступников. Через тюрьмы Акатуя, Зерентуя, Кадаи прошли народники, социал-демократы, эсеры. После отбытия срока многие оставались на поселении, формируя уникальный контингент грамотных, идейных и озлобленных против системы агитаторов.
- Пролетариат Транссиба. Строительство Великой Сибирской магистрали (1895-1900) привлекло в регион тысячи квалифицированных рабочих. Они были более грамотны, мобильны и уже имели опыт забастовочной борьбы в европейской части России. Читинские главные ж/д мастерские стали не только крупнейшим предприятием, но и настоящим «революционным университетом». Именно здесь в 1898 году был создан первый в Забайкалье социал-демократический кружок.
- Военный гарнизон и социальный взрыв. Чита была крупным военным центром. Но русско-японская война (1904-1905) обострила все противоречия: инфляция, рост цен, потоки раненых и разочарованных солдат. Когда известие о «Кровавом воскресенье» 9 января 1905 года достигло Читы, реакция была мгновенной. Уже 14 января двухтысячный митинг в мастерских выдвинул политические требования, предполагающие свержение самодержавия, созыв Учредительного собрания, прекращение войны.
К октябрю 1905 года, на волне Всероссийской политической стачки, власть в городе начала ускользать из рук губернатора. Забастовали не только железнодорожники, но и служащие почты, телеграфа, учителя. Создавались первые органы новой власти – Совет рабочих дружин и Смешанный комитет по перевозкам, без санкции которого не мог пройти ни один поезд. Контроль над транспортом стал ключом к успеху.
Рождение республики
Переломный момент наступил 22 ноября. В этот день был создан Совет солдатских и казачьих депутатов. Местный гарнизон (а это около 5 тыс. солдат), распропагандированный агитаторами, фактически перешел на сторону революции, заняв нейтралитет. Теперь у восставших были не только молоты и гаечные ключи, но и штыки.
Лидеры республики
Фактическую власть осуществлял Читинский комитет РСДРП во главе с фигурами, чьи имена стали легендарными:
- Антон Костюшко-Валюжанич – председатель Совета рабочих дружин, главный организатор вооруженных сил республики.
- Виктор Курнатовский – опытный революционер, ссыльный, идейный вдохновитель и первый редактор газеты «Забайкальский рабочий».
- Иван Бабушкин – ученик Ленина, опытный революционер, занимавшийся организацией и агитацией.
Их власть была настолько реальной, что 24 ноября 5-тысячная демонстрация прошла по городу, и власти были вынуждены выпустить на свободу арестованных товарищей. Также был введен 8-часовой рабочий день.
Две реальности жизни в «красной Чите»
С декабря 1905 по январь 1906 года в Чите существовало двоевластие. Номинально оставались губернатор И.В. Холщевников и его администрация, но реальные рычаги управления контролировали революционные органы. Это был удивительный сплав стихийной демократии и партийного руководства.
Республика не была изолирована. Она вела активную «внешнюю политику», например, отправляла эшелоны с оружием в Верхнеудинск, на Мысовую и Слюдянку для поддержки единомышленников. Освободили из Акатуйской тюрьмы 15 матросов-черноморцев, участников восстания на «Пруте». Читинская республика стала центром притяжения для всех недовольных в Восточной Сибири.
А что если...
Здесь мы подходим к главному вопросу нашего канала. Был ли у республики шанс? Рассмотрим ключевые развилки, где история могла пойти иначе.
«Если бы не декабрьское поражение в Москве»
Пик максимальной силы Читинской республики пришелся на декабрь 1905 года, когда в Москве уже было подавлено вооруженное восстание. Царское правительство, развязав себе руки в центре, бросило все силы на подавление периферийных очагов.
А что, если бы Московское восстание устояло или затянулось?
У Читы появились бы драгоценные недели, чтобы укрепить оборону, лучше организовать распределение колоссальных арсеналов (те самые 36 тысяч винтовок) и, возможно, договориться о координации с другими революционными центрами.
«Если бы гарнизон выступил единым фронтом»
Хотя Совет солдатских депутатов существовал, далеко не все воинские части были готовы к открытому бою против карательных экспедиций.
А что, если бы удалось полностью переподчинить себе все регулярные части гарнизона?
На пути карателей, двигавшихся по единственной железной дороге, можно было бы выстроить серьезную оборону. Генералу Ренненкампфу пришлось бы не «восстанавливать порядок», а вести полноценную войну в сложнейших зимних условиях.
«Если бы родился «Дальневосточный фронт»
Карательные экспедиции генералов Меллер-Закомельского (с запада) и Ренненкампфа (с востока, из Маньчжурии) действовали разрозненно.
А что, если бы читинским лидерам удалось организовать не оборону, а наступление?
Имея такой арсенал, можно было попытаться разгромить отряды по отдельности, захватить ключевые станции и объединиться с революционными силами в Иркутске или даже попытаться создать коридор к центру России. Фантастика? Возможно. Но в январе 1906-го такой призрачный шанс существовал.
Каратели и закат
В нашей реальности эти сценарии не реализовались. После падения Москвы правительство бросило на подавление Читы лучшие кадры. С запада, из Иркутска, двигался отряд генерала А. Н. Меллер-Закомельского. С востока, из Маньчжурии, где недавно закончилась война с Японией, шли закаленные в боях части генерала П. К. Ренненкампфа – того самого, что позже прославится в Первую мировую.
Руководство республики, понимая, что в открытом бою не устоять, приняло трагическое решение. Было решено не вступать в безнадежное сражение, а распустить дружины, спрятать оружие и перейти к партизанской борьбе. Но организованный отход в условиях тотального преследования был почти невозможен.
Каратели действовали стремительно и жестоко, наводя ужас на пути следования. На станции Мысовая 18 января был схвачен и немедленно расстрелян Иван Бабушкин. На станции Борзя расправились с членом комитета А.И. Поповым.
22 января 1906 года экспедиционный отряд генерала Ренненкампфа вошел в Читу. Читинская республика пала.
Расправа была скорой и беспощадной. Арестовали около 400 человек. Военно-полевые суды вынесли 77 смертных приговоров. 2 марта у Титовской сопки, той самой, где когда-то проходили маевки, были расстреляны лидеры республики: Антон Костюшко-Валюжанич, И. А. Вайнштейн, П. Е. Столяров и Э. В. Цупсман. Виктору Курнатовскому смертную казнь отменили, заменив каторгой пожизненно. В железнодорожных мастерских всех рабочих уволили и начали новый набор.
Памятник у сопки и нереализованное будущее
Сегодня на склоне Титовской сопки в Чите стоит памятник. Он отмечает место расстрела и напоминает о 62 днях, когда город жил по иным законам. Читинская республика не была утопией. Это была отчаянная и жестокая попытка переустроить жизнь снизу, в условиях войны и кризиса империи.
Ее опыт – максимально сжатая, ускоренная модель тех процессов, которые через 12 лет пройдет вся Россия: двоевластие, создание Советов, попытка солдатского братания, рабочий контроль на производстве. Она показала, как быстро может рухнуть государственная машина в отдаленной провинции, если на ее сторону встанут армия и транспорт. И она же показала, с какой беспощадной эффективностью эта машина может восстанавливаться.
А что, если бы...? История не знает сослагательного наклонения. Но иногда, глядя на такие короткие вспышки, как Читинская республика, понимаешь, насколько хрупок привычный мир и как много возможных сценариев будущего таится в каждом моменте кризиса.
Понравилось путешествие в эту историю с альтернативными выводами? Подписывайтесь, чтобы не пропустить новые материалы!