Есть такая изумительная формула. «Мужик — голова, женщина — шея. Куда шея повернет, туда голова и смотрит».
Красиво, правда? Поэтично.
И очень унизительно для обоих.
Представьте. Вы — шея. Ваша функция — быть гибкой, незаметной, но стратегически важной. Вы не можете просто сказать: «Эй, голова, повернись налево». Нет. Вы должны создать условия. Наклониться так, чтобы голове самой захотелось посмотреть в нужную вам сторону. А если голова упрется? Ваша вина. Недошея. Недотанцевала с бубном.
Это не власть. Это — тюрьма для двоих.
Как играют в эту игру?
Классика жанра — «угадайка». «Если он любит, то сам догадается, чего я хочу». Молча страдать из-за некупленных цветов. Злиться из-за неправильно выбранного ресторана. Ждать, когда он прочтет ваши мысли как устав авиакомпании. Бред? Еще какой. Но так «принято».
Валюта в этом царстве кривых зеркал — не слова.
Постель? («Не сегодня, я обиделась»).
Обида. (Знаменитое молчание на трое суток).
Лесть. («Ой, только ты, такой умный, можешь разобраться со стиральной машиной!» — сказано в надежде, что он, наконец, разберется).
Страх сказать прямо — как стена. «Я хочу переехать». «Мне не нравится, как ты со мной разговариваешь».
Нет, лучше намекнуть. Сделать грустные глаза. Начать мыть полы с агрессивным усердием. Надеяться, что он заметит и спросит.
А подруги подливают: «Ты просто не умеешь им управлять». Управлять. Словно он — сложный дрон, а вы — пилот с правами категории «тайное влияние».
Тупик одиночества вдвоем
Моя клиентка, Ирина. 45. Брак 20 лет. Умная, стратегический ум. Пришла с фразой: «Я не знаю, любит ли он меня или удобную иллюзию».
Она главный режиссер их жизни. Выбирает школу, квартиру, марку машины, маршрут отпуска. Но каждое решение она оборачивает в ритуал: «Дорогой, как ты думаешь? Может, вот это?» И ждет, пока он «озвучит» ее же готовый вердикт. Она устала. Выгорела. От вечного спектакля.
Она потеряла уважение к нему. Ну а что уважать? Марионетку? И к себе — тоже. За участие в этом цирке.
В итоге — глубокое, леденящее одиночество. Они живут в идеально обставленной, абсолютно тихой пустоте. Он инфантилен и пассивен. Она — заложник собственной режиссуры. Любви нет. Есть сговор двух актеров, забывших оригинальный текст.
Что она делает? Изучает режиссуру глубже!
Идет на тренинги «Как управлять мужчиной». Штудирует НЛП. Осваивает «техники обольщения для достижения целей». Она совершенствует механизмы тюрьмы, в которой сидит. Кладет на решетку позолоту.
Почему не выходит? Да потому что это просто усложнение лжи. Отношения превращаются в театр абсурда, где оба играют, боясь сорвать маску. Он — «главу семьи». Она — «мудрую шею». Свободы воли нет ни у кого. Есть только пантомима.
Что реально помогает? Взять и сорвать эту маску.
Рискнуть быть прямой. Грубо. Неудобно. Честно.
Заменить манипуляцию на переговоры. Не «у меня голова болит» (когда не хочешь интимного общения), а «я не хочу сегодня, я устала».
Не намекать на переезд, а сказать: «Я хочу переехать в другой район. Давай обсудим, как это сделать».
Фраза-прорыв: «Я приняла решение сменить работу. Мне важна твоя поддержка, но я это сделаю в любом случае».
Это — акт свободы. Это страшно до тошноты. Потому что это ставит вас перед правдой: а ваш ли это человек? Выдержит ли он вас настоящую?
И — принять. Что он может сказать «нет». Может не согласиться. И это его право. А не конец света. Это начало настоящих отношений. Или их честный финал.
Что происходит в кабинете? Учимся говорить. Без купюр.
Мы разбираем её главный страх: быть прямой = быть отвергнутой. За ним стоит детская вера: «Меня могут любить, только если я буду удобной, милой, незаметной в своей власти». Если я покажу свою волю — я стану неправильной. И останусь одна.
Мы ищем корень. Часто это отец, которого мама «обводила вокруг пальца». Или мать, которая твердила: «Мужчину нужно беречь, ему нельзя указывать».
Потом — репетиция. Я играю роль её мужа. Она тренируется говорить то, что боится.
— Мне не нравится, как ты это сказал.
— Я не согласна.
— Я хочу вот это.
Сначала голос дрожит. Потом — крепчает.
Я поддерживаю её не в «удержании» отношений. А в их переводе из фарса в реальность. Здоровые отношения — это не игра в кукловода. Это союз двух воль. Иногда они спорят. Иногда уступают. Но всегда — видят друг друга. Настоящих.
Результат всегда честный. Либо он, испуганный, но заинтригованный, начинает видеть в ней наконец-то человека, а не функцию. И они начинают говорить. По-настоящему. Либо он отпрянет, потому что ему нужна была не жена, а тихий режиссер его комфорта. И это — тоже победа. Освобождение.
Жить шеей — значит обречь голову на иллюзию, а себя — на вечную кривую спину.
Быть человеком — значит встретиться взглядом на одном уровне. Страшно? Еще бы. Зато честно.
А играть в куклы можно и в одиночку. Это хоть творческий процесс.