Однажды британский офицер очнулся на операционном столе и услышал, как симпатичная ирландская медсестра предлагает отправить его к праотцам. Мол, типичный немецкий шпион, пусть хирург не заморачивается.
Как немецкий язык стал опасен для здоровья
Капитан Гарри Олдхэм из полка Западного Йоркшира в 1917-м неплохо владел немецким языком. И это знание чуть не стоило ему жизни, причем не от немцев, а от своих.
Дело было в октябре 1917-го, во время Третьей битвы при Ипре. Олдхэм командовал ротой в 9-м батальоне на Западном фронте. Наступление на Пашендельском хребте — то самое, которое вошло в историю как образец военного безумия. Сражения проходили в болотистой местности, к тому же постоянно шли дожди. Войска с обеих сторон фактически «утонули в грязи».
А Олдхэм получил тяжелое ранение в живот. Полтора дня он провалялся в воронке от снаряда, заполненной грязью, вместе с пятью своими солдатами. Все пятеро умерли. В какой-то момент на капитана наткнулась группа немецких солдат. Один уже занес штык над беспомощным британцем, но его остановил старший по званию — видимо, решил, что добивать уже необязательно. Выглядел Олдхэм не очень жизнеспособно. В итоге санитары с белыми флагами вытащили его среди других выживших.
Когда слова на операционном столе решают твою судьбу
Олдхэма доставили в военный госпиталь в Йорке. На операционном столе, в полубреду от ранения и боли, он начал бормотать по-немецки. И тут появляется она — молодая ирландская медсестра Хизер Орлофф из добровольческого отряда VAD (Voluntary Aid Detachment). Девушка сразу решила: раз говорит по-немецки — значит, шпион. Ее вердикт был прост и беспощаден: не стоит тратить силы на спасение врага.
К счастью, хирург оказался профессионалом и проигнорировал этот совет. Олдхэм выжил.
Золотая свадьба с той, что хотела тебя убить
В 1919 году, через два года после этого эпизода, Гарри Олдхэм и Хизер Орлофф поженились. У них родилось трое детей. Позже семья эмигрировала в Ванкувер, где Олдхэм управлял Британским торговым центром и получил орден Командора Британской империи.
В 1969 году, больше чем через полвека после той операции, Олдхэм записал свои воспоминания. Там он с юмором отметил: «Несколько месяцев назад мы с этой, казалось бы, кровожадной молодой ирландской медсестрой отпраздновали золотую свадьбу».
Олдхэм умер в 1973 году, Хизер пережила его на пять лет.
Интересная деталь: студенты-историки из Университета Лидса нашли в архивах не только воспоминания Олдхэма 1969 года, но и его письма домой, написанные прямо с фронта. Разница между ними — как между рекламой курорта и реальностью.
В письмах Олдхэм бодро рассказывал семье о том, как здорово на фронте, всё в духе патриотизма и оптимизма.
А в воспоминаниях 1969 года — совсем другая история. Про Пашендель он с сарказмом и отчаянием писал так:
Всё было грязью и опустошением, и там наверняка были достигнуты глубины человеческого страдания, сyи*дaльной бессмысленности и отчаяния. Потери были ужасающими; мертвые казались в лучшем положении, чем живые. О, какая прекрасная война.
Атаку он описывал как "отвратительную неудачу" в "мерзких и невозможных условиях... по колено и за*ницы в грязи".
Маленькая деталь о человечности
Студенты, изучавшие архивы, откопали еще один момент. Оказывается, до того инцидента с немцами в воронке, Олдхэм сам спас жизнь семнадцатилетнему раненому немецкому солдату. Его ротный сержант-майор уже занес штык, но Олдхэм остановил его. Почти зеркальная ситуация, только наоборот.
Так что когда немецкий офицер остановил своего солдата от убийства Олдхэма — это была своего рода карма. Что посеешь, то и пожнёшь, даже на войне.
История Гарри Олдхэма — это не просто романтическая байка про любовь. Это ещё и напоминание о том, насколько абсурдной и непредсказуемой может быть жизнь.