Такси резко тормозит у подъезда маминого дома, обдавая бордюр грязной водой. Я выхожу под мелкий, колючий дождь, который тут же начинает щипать лицо, словно тысячи ледяных иголок. В руке вибрирует телефон, но я не смотрю на экран. Мне нужно тепло. Мне нужно, чтобы кто-то сказал, что я человек, а не функция в чужом уравнении. Дверь маминой квартиры открывается мгновенно, стоило мне лишь коснуться звонка. — Победительница вернулась! — Голос Людмилы Сергеевны звенит, как хрустальный бокал. Она распахивает объятия. От неё пахнет дорогим парфюмом и морозной свежестью, как из открытого окна зимой. Я попадаю в эти объятия и чувствую не мягкость материнского тела, а жесткий каркас её корсета и колючую брошь на лацкане. — Ну, проходи, рассказывай! — Она буквально втаскивает меня внутрь. — Ты видела лицо Гальки? Как она? Скорую не вызывали? Я разуваюсь, опираясь о стену. Ноги гудят, словно я прошла пешком полмира с рюкзаком камней. — Мам, мне плохо, — тихо говорю я. — Я только что разрушила сво
Публикация доступна с подпиской
Доступ к продолжению рассказов