В прошлом году Азербайджан искал пути к укреплению своей независимости и утверждению в качестве значимого игрока на региональном уровне. Стремление Баку усилить собственную субъектность в евразийской логистике сопровождалось как активной дипломатией, так и рискованными политическими манёврами, последствия которых оказались чувствительными не только для самого Азербайджана, но и для всей архитектуры каспийского взаимодействия.
Накопленный потенциал сотрудничества
В рамках развития логистического «Срединного коридора» несколько лет Азербайджан последовательно выстраивал плотную сеть взаимодействия с соседними государствами, делая ставку на энергетику, сопряжение инфраструктур и создание единого нормативного пространства в этих областях. Регулярные визиты высшего руководства в Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Кыргызстан и Таджикистан сопровождались подписанием пакетов межправительственных соглашений, меморандумов о транзите, энергетическом сотрудничестве и координации таможенных процедур.
С Узбекистаном даже был подписан союзный договор, практически аналогичный российско-белорусскому.
Особое значение имели договорённости по развитию «Срединного коридора», модернизации портовой инфраструктуры на Каспии, расширению железнодорожного сообщения и созданию совместных логистических операторов. Азербайджан стремился стать ключевым узлом между Центральной Азией, Южным Кавказом и Европой, усиливая роль Бакинского порта и линии Баку–Тбилиси–Карс.
Параллельно развивались многосторонние форматы – тюркские саммиты, экономические форумы, энергетические платформы, где Баку выступал инициатором интеграционных проектов. Подписание документов по объединению энергосетей через Каспий, обсуждение транзита туркменских энергоресурсов и расширение инвестиционного присутствия в Центральной Азии создавали впечатление устойчивого и выверенного курса, который объективно дополнял существующую региональную систему, в том числе с участием России.
2025-й – год трансформации региональных союзов
В ноябре 2025 года в Ташкенте прошла седьмая консультативная встреча глав государств Центральной Азии (Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан), на которой к группе официально присоединился Азербайджан.
Ранее формат носил больше символический характер и был наполнен социокультурным взаимодействием, но теперь он приобретает явно выраженные экономические черты. Азербайджан заявил, что готов предоставить странам «союза» логистику для поставок их товаров в Европу. Фактически, Азербайджан и страны Центральной Азии формируют «Союз шести». Формат, который долгое время считался сугубо региональным, теперь выходит на международный уровень. Уже сейчас начинается формирование единого правого пространства в сфере экономики и, в первую очередь, в логистике и энергетике.
Таким образом, Азербайджан демонстрирует потенциальным партнерам по развитию «Срединного пути» свои возможности по загрузке этого логистического канала серьезным объемом товаров. Отметим, что лидеры «центральноазиатской пятерки» выразили полную поддержку присоединения Азербайджана, понимая, что это даст им дополнительную точку опоры в балансировании между мировыми державами, в первую очередь Россией и Китаем.
В этом контексте также интересно рассмотреть характер взаимодействия между Азербайджаном и Турцией, ведь Анкара ранее неоднократно давала понять, что Баку является, хоть крайне важным и близким, но все же младшим партнером. Если в 2020-м на пике турецко-азербайджанской дружбы в официальных источниках обеих стран часто использовалась смысловая формула «два государства – один народ», то в 2025-м такая тесная привязка использовалась гораздо реже. Однако, теснейший уровень взаимодействия никуда не делся. Турция оказалась вовлечена в сирийский конфликт, и Азербайджан начал ощущать ограничения формата младшего партнера. Отметим, что во всех важных международных мероприятиях ушедшего года президент Алиев участвовал без активной протекции своего патрона Эрдогана. Выход на новый уровень взаимодействия с мировыми лидерами, включая президента США Трампа, внушил Алиеву мысль о необходимости большей самостоятельности в тесном союзе двух государств.
Попытка отстроится от России
В 2025 году внешнеполитическая линия Азербайджана по отношению к России заметно изменилась. На фоне обострения глобальной конкуренции за транзитные маршруты и желания повысить собственную автономию Баку предпринял попытку дистанцироваться от Москвы, представив себя как альтернативный центр влияния в Каспийском регионе. Формальным поводом для этого стало затянувшееся расследование катастрофы самолета AZAL под Актау, которая произошла в 2024 году. Хотя казалось, что вопрос урегулирован, официальный Баку вновь начал предъявлять претензии к российской стороне. Ситуация была использована как политический аргумент для пересмотра тональности двусторонних отношений. Дополнительным сигналом стала демонстративная информационная кампания, сопровождавшая задержание представителей азербайджанских криминальных структур на территории России. Вместо традиционного негласного урегулирования подобных ситуаций Баку сделал ставку на публичное обострение. Пиком зондирования возможностей по отстройке от России стали «прозрачные намеки» Ильхама Алиева на то, что Азербайджан поддерживает Украину во время встречи с иностранными журналистами на III Шушинском глобальном медиафоруме. Тогда он заявил, что киевский режим не должен «соглашаться на оккупацию» потерянных территорий. Баку стремился использовать эти выпады как способ укрепить позиции в переговорах с западными и региональными партнёрами и давления на политические позиции России в регионе.
Расчёт строился на том, что Россия, находящаяся под санкционным давлением и перегруженная внешними вызовами, ограничится дипломатическими заявлениями. Однако эта стратегия оказалась ошибочной. Москва быстро дала понять, что подобная линия поведения Баку принесет экономические и логистические последствия. Кроме того, такое резкое изменение политики в отношении России не поняли в Китае. Для Пекина действия Азербайджана стали маркером того, что страна дрейфует в сторону интересов Европы, а значит может быть ненадежным партнёром. В результате, Азербайджан оказался в ситуации, когда политическое маневрирование подорвало доверие ключевых региональных партнёров, при этом не принесло ожидаемых дивидендов со стороны Запада. Более того, нестабильность в отношениях с Москвой усилила неопределённость для логистических операторов, работающих в Каспийском бассейне, что негативно сказалось на инвестиционных ожиданиях и планировании грузопотоков.
Последствия для проекта «Срединного пути»
Для Каспийского региона 2025 год стал наглядным примером того, как политические амбиции противоречат здравому смыслу в сфере устойчивой логистики. Региональные маршруты, особенно мультимодальные цепочки, критически зависят от координации между прикаспийскими государствами. Попытка Азербайджана сыграть в одностороннюю геополитическую игру привела к росту транзакционных рисков и снижению предсказуемости.
Оставаясь ключевым участником каспийской системы, Россия продемонстрировала, что любые попытки выстраивать альтернативные конфигурации без учёта её интересов неизбежно сталкиваются с серьезным сопротивлением. Это стало сигналом и для других стран Каспия, подтвердив, что устойчивое развитие логистики возможно только в рамках баланса интересов, а не через политические демарши.
Внешняя политика Азербайджана в 2025 году оказала двойственное влияние на логистические перспективы Каспийского региона. С одной стороны, накопленный потенциал интеграции и инфраструктурного развития сохраняется и его значение даже усиливается. С другой – неудачная попытка резкого выхода из сложившейся системы координат и дистанцирования от России показала Баку пределы допустимого манёвра. Итогом стало подтверждение того, что каспийская логистика остаётся зоной коллективной ответственности, где политические эксперименты быстро превращаются в экономические издержки.