Приезжая в Павловск, всегда подходим к дворцу, к памятнику Павлу I, смотрим на окна, галереи и мы уходим в парк. Палладианский стиль завораживал и манил, но зная о судьбе Павловска и дворца, от посещения императорской резиденции отказывалась много лет. Осенью решила, что в новогодние праздники обязательно поедем во дворец.
Одиночных посетителей в музей не пускают, поэтому в ожидании экскурсовода мы накапливались в Египетском вестибюле. Сразу прониклась интерьером, понимая, что вижу оригиналы статуй, символизирующие 12 месяцев года, созданные уже после пожара.
Забегая вперед скажу, что ступая по частично воссозданному паркету, не раз мысленно возвращалась к личности директора музея Павловска Анне Ивановне Зеленовой. Благодаря ей мы видим то, что видим, - после Победы правительство приняло решение, что восстановить музейный комплекс невозможно. Руины хотели законсервировать или восстановить фасады и в зданиях организовать санатории и дома отдыха.
Экскурсоводом у нас была взрослая женщина, с мягким спокойным голосом. Сначала не слушала, а смотрела в окна на заснеженный парк, потом повествование увлекло, и я лишь изредка отставала от коллектива. Мы поднялись на второй этаж в парадную анфиладу залов. Нас встретил великолепный Итальянский зал, стилизованный под Пантеон, который проектировал Камерон. Из купольного пространства в отверстие проникал мягкий январский свет, создавая в помещение чувство неги и тепла. Хотелось остаться, чтобы посмотреть на античные статуи в нишах, но мы двигались вперед.
От библиотек остались помещения, стены которых по периметру заполнены картинами, стульями и скульптурами. В Парадной библиотеке Павла сохранился подарок Марии Федоровны, который она преподнесла супругу на день рождения. Стол интересен тем, что часть деталей для него делала императрица, которая преуспела не только в вышивке и резьбе, но иногда стояла у токарного станка. На стене библиотеки ростовой портрет Марии Федоровны в возрасте 32-х лет.
Все компенсировала библиотека Росси, восстановленная в нашем веке. Когда-то здесь было около 20 тысяч книг на разных языках, в витринах хранилась уникальная графическая коллекция. Само помещение с цилиндрическим сводом построенное Росси оставило яркое впечатление.
Запомнились три зала, связанные общим замыслом. В первом помещении - зале Войны я задержалась надолго. В интерьере использовано два цвета – белый и золотой. Торшеры стилизованы под ионические колоны и украшены щитами и шлемами. Все восьмигранное пространство наполнено воздухом и торжественными символами. После восшествия на престол Павел использовал зал как тронный.
Из зала Войны дверь ведет в Греческий зал, который соединяется с залом Мира. Греческий зал считается один из самых красивых залов дворца, был создан в конце 18 века и оформлен Бренна. От колонн глаз не отвести, - зеленый мрамор, ниши, вазы, все продумано и гармонично.
В зале Мира установлены кресла без спинок - символ власти в Древнем Риме (аналог трона). Сохранился стеклянный жертвенник, чаша которого, напомнила нежный лепесток.
Еще одно великолепное помещение – это Картинная галерея, которая находится в южном полуциркуле и выполняла роль парадного коридора. Помещение насыщено окнами, простенки между которыми заполнены картинами. Здесь надо ходить, смотреть, вглядываться, но следом шла группа, и пришлось покинуть галерею.
В одном из проходных кабинетов мне необыкновенно понравилась ваза и камин с зеркалом. Навстречу шли посетители, переждала их в углу под неодобрительным взглядом смотрителя, и вернулась рассматривать расписанные стены.
Тронный зал декорировал Гонзаго с размахом, начиная от дверей и заканчивая росписью плафона. 400 квадратных метров торжественности предназначались и для парадных обедов. На столе два сервиза, один из них из севрского фарфора. Из убранства в зале сохранились светильники, изготовленные в Петербурге. Наша группа ушла, а я осталась рассматривать кариатид. Увлеклась и не сняла видео. Обратно возвращалась одна и успела еще раз взглянуть на картину «Святое семейство» и догнала группу в дворцовой церкви.
Мы спустились на 1-й этаж в жилые комнаты. Если 2-й этаж произвел впечатление своей парадностью и изысканностью, то здесь почувствовала пустоту и переделки. Трудов вложено много, но фотографировать не хотелось, все что попало в объектив камеры получилось вкривь и вкось. В памяти остался Малиновый кабинет, он же личный кабинет Павла Петровича, почти мемориальный и лаконичный, единственное украшение которого камин.
Общий кабинет старались вернуть к жизни и возродить в нем бывший фамильный музей. Когда-то его стены украшали почти две сотни произведений живописи, среди которых были рисунки Марии Федоровны и детей. На одной из стен картина «Семейный портрет», где можно увидеть всю семью Павла I.
Все залы перечислять нет смысла, заканчиваются жилые комнаты Танцевальным залом. Во время пребывания в Париже великий князь Павел Петрович заказал Роберу четыре картины в модном тогда стиле «античных руин».
В следующем году музейному комплексу Павловска исполнится 250 лет. В повествование экскурсовода постоянно вплетались короткие рассказы об эвакуации музейных ценностей и о возрождении после ВОВ. В Кавалерском зале сохранилась скульптура 1 в.н.э. «Римлянин». Сотрудницы музея волоком тащили ее вниз, чтобы закопать в парке. Потемневшая, с утраченными фрагментами она вернулась во дворец, который был отреставрирован первым среди пригородных резиденций Ленинграда.
Вернувшиеся после освобождения Павловска музейщики увидели развалины дворца. Гатчинский дворец сохранился лучше, на парадной лестнице наши солдаты увидели надпись: «Здесь мы были, сюда мы больше не вернемся, когда придет Иван, все будет пусто». Павловск оккупировали в сентябре 41 года, во дворец немцы вошли со списками, знали что где находится, поэтому действовали быстро.
"Все уцелевшее сохранилось только в фрагментах. Помпея не выглядела горестней. Высоко над зияющими провалами висят печи Зала Войны с их ликторскими связками и фигурой орла на ядрах и Зала Мира с гирляндами цветов с павлином в венке, который свешивает свою голову к еще дымящимся внизу балкам перекрытий. Словно распятые, стоят прижатые к стене почерневшие статуи времен года Египетской передней. На уровне арийского роста им раздроблены кисти рук, колени, бедра" (из письма Зеленовой друзьям).
Парк Павловска был вырублен, район Большой Звезды полностью, Старая Сильвия частично. Место исторических пейзажей заняли воронки, траншеи, ДОТы, блиндажи. Не хватало рабочих рук, но голодные, жившие в землянках горожане, приходили разбирать завалы и сажать новый парк «пень в пень», который в годы оккупации был запретной зоной.
Из дворца мы пошли по Липовой аллее, зашли в кафе и снова шли, попирая ногами останки Голубой дивизии.
«Как хорошо, что Павел продолжает стоять спиной ко дворцу, с какой радостью, наверное, смотрит он на 2000 крестов вдоль Тройной липовой аллеи, где на месте бывшего его Зверинца немцы выбрали себе место погребения». А. И. Зеленова
Расставаться с парком всегда трудно, но холод и сумерки гнали в тепло и скоро мы вновь проехали Египетские ворота.
Эмоций от дворца много, и гордость, и досада, и нежность, и ярость, но главное - наследие с нами, до него можно дотронуться, увидеть и дышать неистребимым русским духом. В эти январские дни 43 года шла операция «Искра» по прорыву блокады Ленинграда. До освобождения Павловска оставался год.
Рекомендую вашему вниманию 30-минутный документальный фильм «Наше наследие. Сохраненное и возрожденное».
Спасибо, что прочитали!