Как вы думаете, к каким текстам применимо словосочетание «Талантливо сделанный перевод»? Ответим сразу – к художественным. К прозе, или, паче чаяния, к поэзии. Ведь само по себе владение языком, даже усвоенным в абсолютном совершенстве, без погружения в бытовую культуру и, что важнее, в архетипную психологию его носителей значит не слишком много. То есть мало рукописи Шекспира и рубаи Хайяма читать и переводить литературно. Одни и те же фразы, тем более — отвлеченные понятия и идиомы, могут трактоваться абсолютно по-разному, если переводчик хотя бы год не прожил в самом тесном взаимодействии с теми, с чьего языка он решил сделать переложение поэмы, романа или былины. Желательно при этом ещё и жаргоном разных социальных страт владеть.
Однако есть тексты, где языковые тонкости не так несущественны. Но изощрённости ума требующие ещё большей, чем при переложении смыслов прозы или поэзии. Это – всевозможные инструкции, справочники и руководства по эксплуатации. А также научные труды по медицине, например, или криминалистике, для узкого круга посвящённых. Такие труды, для которых не требуется научно-популярное переложение. Вот там да – на одной эрудиции не вывезешь. Тем более на литературном таланте, он там вообще не требуется. Попробуйте, владея лексикой профессора Хиггинса, выступить на симпозиуме по… ну, например, кибернетике? Или морскому праву. Или даже просто перевести инструкцию по эксплуатации судового дизеля так, чтобы понял даже имеющий за плечами 8 классов моторист. Это всё равно, как если бы Эллочка-людоедка из «12 стульев» с её соответствующим словарным запасом взялась за перевод шекспировской «12-й ночи».
Что интересно, искусственный интеллект (ИИ в дальнейшем) здесь не помощник. Вернее – он может выдать БАЗУ, которую потом придётся «причёсывать» имеющимися мозгами на белковой структуре. То бишь нашими с вами. А то получится как в широко известном примере, когда студент лингвистического университета, взявшись за «шабашку», перевёл It is the presente of other chemicals in the liquid that accelerate attack как «это является наличие других химических веществ в жидкости, что ускоряет наступление».
Получается, что преподавание такой специальной дисциплины, как «технический перевод», требует и особых методик? Да нет, это не «язык на уровне свободного разговорного» или «синхронный перевод». Здесь всё-таки, скрепя сердце, придётся признать необходимость того же подхода, что и с переводами художественных произведений. Хотя бы в первом приближении. То есть вернуться к старому доброму подходу «литературности». А вернее – необходимости строить предложения так, чтобы они не резали глаз и ухо. Вот примерисходного текста:
The unique properties and distinct chemical composition of KEVLAR distinguish it from other commercial, man-made fiberst
Что делает наш Гугл-всемогущий со своим машинным подходом? А вот что:
Уникальные свойства и отличается химический состав КЕВЛАР отличить его от других коммерческих, искусственных волокон.
Здесь стоит сделать небольшое отступление-уточнение, связанное с тем, что лучше бы Гуглу, конечно, оставить за скобками высокомерие по отношению к «варварскому языку этих русских». Но это, понятно, для него не более чем наше наивное пожелание. В этих условиях кому, как не переводчику, отринуть попытку исправить получившийся уродливый конструкт ручным подходом? А не прибегнуть к попытке исправить машинное машинным, заменив перевод от Googleпереводом PROMT. Потому что получилось вот такое:
Уникальные свойства и отличный химический состав КЕВЛАРа отличают его от других коммерческих, искусственных волокон.
Ну, здесь уже есть хотя бы робкая попытка «причесать» текст, вывести его из состояния фразы-кадавра. Жаль, что попытка всё ж не удалась, и в первую очередь в связи с тем, что семантически слова «отличный» и «отличают» между собой имеют мало чего общего. Первое слово связано с превосходной степенью, а второе с различием свойств предмета или явления.
Потом за дело взялся вдумчивый студент или даже преподаватель, приведший, наконец, перевод к удобочитаемости и внятному смыслу:
Уникальные свойства и особый химический состав КЕВЛАРа отличают его от других коммерческих, искусственных волокон.
В итоговом варианте поспорить можно разве что о том, ставить или не ставить запятую после слова «коммерческих».
Да, к шедеврам лингвистики конечный вариант не отнесёшь. Но в нём хотя бы уважение к пользователю перевода чувствуется.
Усугубить положение может также и разность германских, романских и славянских языком. Здесь может обнаружиться масса синтаксических, грамматических, стилистических и лексических отличий, то есть практически на всех уровнях.
Скажем, в грамматических – неизбежность использования модальных глаголов, а также частая необходимость замены действий и событий (глаголов) на имена существительные, когда действия заменяют на предметы и образы. Действие «To store», например, на понятие «для заправки», когда речь шла о системе питания горючим механического транспортного средства.
Или необходимость замены очень популярного в английском повелительного наклонения на инфинитив, неопределённую форму глагола. Есть ведь разница между категоричным «Снимите всю проволоку и/или упаковочный материал!» с «Снять всю проволоку и/или упаковочный материал». Второй перевод уже отменяет необходимость вытянуться во фрунт и приложить руку к козырьку, не так ли? А всего-то и дел было, что перевести корректно пункт инструкции «Remove oll wiresend/or banding material».
Хотя повелительное наклонение всё-таки бывает оправданным, особенно в переводах инструкций к бытовой технике. Инфинитив же используют чаще в переводе руководств промышленного оборудования. Имея, наверное, в виду, что уровень мышления технических специалистов при эксплуатации такого оборудования не позволит им запихнуть живого, но мокрого кота в микроволновку, чтобы его высушить. Бывали, знаете ли, прецеденты просто оттого, что в инструкции к микроволновке на бытового пользователя не прикрикнули фразой «не сметь!»…
Так что не об опыте перевода шекспировских текстов идёт речь. А «всего лишь» о необходимости использовать весь арсенал богатства русского языка, от достопочтимого Даля до въедливо-ироничного Розенталя. Ну и о соответствующей интонации при этом.