Знаете, когда смотришь кинохронику Великой Отечественной, глаз привычно цепляется за легендарный ППШ с его дисковым магазином. «Папаша», как его ласково звали бойцы, стал символом Победы. Монументальный, с деревянным прикладом, узнаваемый. Но спросите любого бывалого оружейника или ветерана, хлебнувшего лиха в полковой разведке, что бы он выбрал для реального дела в сорок третьем? Ответ многих удивит.
Они бы выбрали угловатую, грубую железку, пахнущую дешевым металлом и оружейным маслом. Они бы выбрали ППС-43 — пистолет-пулемет Судаева.
Почему это оружие, рожденное в голодном, замерзающем Ленинграде, западные эксперты (скрипя зубами, конечно) признают лучшим пистолетом-пулеметом Второй мировой войны? Давайте разбираться детально. Без мифов, только факты и сталь.
Когда дерево дороже золота
Перенесемся мысленно в 1942 год. Ленинградский фронт. Ситуация — хуже некуда. Город в кольце, ресурсы на исходе. Армии нужно автоматическое оружие, причем вчера. ППШ-41 — машина отличная, спору нет, но есть нюанс. Для его производства нужно дерево (приклад), сложная механическая обработка ствольной коробки и уйма времени. А главное — вес. Снаряженный «Папаша» тянул на 5,3 кг. Побегайте с такой «гантелей» по болотам, когда у вас от голода ноги подкашиваются.
И тут на сцену выходит Алексей Иванович Судаев. Человек уникальной судьбы и, к сожалению, трагически короткой жизни. Он не стал мудрить с лоском. Он понял главную заповедь войны: оружие должно быть дешевым, надежным и смертоносным.
Судаев предложил конструкцию, которая для того времени была настоящим прорывом в технологичности. Представьте себе: на изготовление одного ППШ уходило 13,5 часов и 13,9 кг металла. А на ППС-43? Всего 2,7 часа и 6,2 кг стали! Чувствуете разницу? Это не просто цифры, это тысячи дополнительных стволов на передовой.
Анатомия «блокадника»: никаких излишеств
Давайте заглянем внутрь этого зверя, но без скучных таблиц — разберем всё по ходу дела.
ППС-43 — это гимн штамповке. Почти все детали, кроме ствола и затвора, делались методом холодной штамповки из стального листа толщиной 2 мм. Сварка, заклепки — всё грубо, зримо, но чертовски прочно. Никаких винтов, которые имеют свойство откручиваться от вибрации.
Калибр? Наш родной, злой 7,62×25 мм ТТ. Пуля легкая, но с бешеной скоростью, прошивающая ватники и немецкие шинели навылет на дистанциях до 200 метров.
Вес. Вот где собака зарыта. Вместе с полным магазином ППС весит всего 3,67 кг. Для разведчика, танкиста или десантника — это манна небесная. Сэкономленные полтора-два килограмма — это лишние гранаты или сухпаек, который в те годы ценился выше орденов.
Многие ругали его за приклад. Мол, складная «кочерга» — это несерьезно, в рукопашной не огреешь фрица по каске. Верно, приклад там металлический, складывается вверх, на ствольную коробку. Но зато это делало оружие невероятно компактным — длина со сложенным прикладом всего 640 мм. В тесном окопе, в десантном отделении танка или при зачистке городских руин — это решающий фактор.
Главная болезнь ППШ и её лечение
Знаете, какой был главный бич у ППШ-41? Магазины. Тот самый круглый диск («бубен») на 71 патрон. Выглядел он внушительно, но на деле был головной болью. Снаряжать его в бою — мука смертная, пружина садилась, а главное — магазины часто были невзаимозаменяемыми! Диск, подогнанный к одному автомату, мог просто не встать на другой или выпадать.
Судаев решил этот вопрос кардинально. Он отказался от диска в пользу коробчатого рожкового магазина на 35 патронов. Но не простого. В отличие от немецких МП-40 или британских «Стэнов», у ППС магазин имел двухрядный выход патронов. Что это значит на простом языке? Это значит, что патрону не нужно перестраиваться в один ряд перед подачей в ствол. Это в разы снижает риск заклинивания. И снаряжать его можно было без специальных приспособлений, промерзшими пальцами.
Стрельба: мягкая сила
Я держал в руках и ППШ, и ППС. Скажу вам как есть: Судаев был гением эргономики, хотя такого слова тогда и не знали.
У ППС-43 есть дульный тормоз-компенсатор. Простая железка на конце ствола, но как она работает! При выстреле газы бьют в наклонные стенки и толкают оружие вперед и немного вниз, гася отдачу. В результате ППС при стрельбе очередями почти не задирает.
Кстати, о стрельбе. Темп стрельбы у него снижен до 600 выстрелов в минуту (у ППШ молотило под 1000). Это позволило отказаться от переводчика огня. Зачем он нужен, если при должной сноровке опытный боец коротким нажатием на спуск легко отсекает одиночные выстрелы? Убрали лишнюю деталь — повысили надежность. Меньше деталей — меньше чему ломаться.
Прицельные приспособления простые, как мычание: перекидной целик. Одно положение — 100 метров, другое — 200. Всё. Больше пистолету-пулемету и не нужно, чай не снайперская винтовка Мосина.
А что у конкурентов? Битва титанов
Сравнивать так сравнивать. Давайте посмотрим на оппонентов.
Немецкий MP-40. То, что мы привыкли называть «Шмайссером» (хотя Хуго Шмайссер к нему отношения не имел, это разработка Генриха Фольмера). Хорошее оружие? Безусловно. Эргономичное, складной приклад, калибр 9 мм. Но! Темп стрельбы ниже (500 выстр/мин), что неплохо, но начальная скорость пули меньше, чем у нашего ТТшного патрона. Баллистика у 7,62×25 мм по настильности лучше. К тому же, MP-40 боялся грязи. А его магазин с перестроением патронов в один ряд был ахиллесовой пятой — клинил при малейшем загрязнении. Ну и, конечно, незащищенный ствол — хвататься за него при интенсивной стрельбе было чревато ожогами. У ППС ствол закрыт кожухом.
Американский Thompson M1928/M1A1. «Томми-ган». Красив, дорог, харизматичен. Калибр .45 ACP (11,43 мм) — останавливающее действие чудовищное, слона с ног собьет. Но вес... Почти 5 кг пустого железа! Плюс дорогие патроны, сложнейшее производство (фрезеровка) и чувствительность к загрязнению. Для гангстерских разборок в Чикаго — отлично. Для грязи Восточного фронта — спорно. К тому же, дальность прицельного огня у «Томми» оставляла желать лучшего, пуля летела по крутой траектории, как камень из рогатки.
Британский STEN. Вот тут по технологичности они с ППС похожи. «Стэн» — это буквально кусок водопроводной трубы с пружиной. Дешев до неприличия (стоил около 2 фунтов стерлингов). Но эргономика там отсутствовала как класс, а надежность была предметом мрачных солдатских шуток. ППС по сравнению со Стэном — это как «Мерседес» против телеги.
Почему Судаева считают гением?
Алексей Судаев лично выезжал на полигоны, и не только на полигоны. Он был на Ораниенбаумском плацдарме, общался с бойцами, смотрел, как ведет себя его детище в реальном бою. Он видел, как замерзает смазка, как клинят затворы, и тут же вносил изменения.
Например, предохранитель. На ППС он расположен прямо перед спусковым крючком. Его можно выключить движением указательного пальца, не отрывая руки от рукоятки. Секунда выигрыша — жизнь солдата.
Или возьмите возвратную пружину. Направляющий стержень пружины одновременно работает как выбрасыватель гильз. Изящное инженерное решение.
К сожалению, сам Алексей Иванович сгорел на работе. В прямом смысле. Язва желудка, обострившаяся в условиях блокадного перенапряжения, и дикие нагрузки свели его в могилу в 1946 году. Ему было всего 33 года. Представьте, что бы он еще мог создать, если бы не война и ранняя смерть? Многие эксперты уверены: если бы Судаев был жив, история автомата Калашникова могла бы пойти по другому сценарию. Ведь именно Судаев создал первый прототип автомата под промежуточный патрон (АС-44), который на испытаниях показывал блестящие результаты.
Вердикт истории
Так был ли ППС-43 лучшим?
Если мы берем критерий «эффективность — стоимость — простота», то равных ему не было.
Немцы, которые знали толк в оружии, с огромным удовольствием использовали трофейные ППС. Финны, известные своим прагматизмом, скопировали его (модель M/44). Даже после войны, когда появился АК-47, ППС еще долго служил в армиях Китая, Польши, Северной Кореи. В Китае его клепали миллионами под индексом «Тип 54».
Да, у него не было шарма деревянного приклада ППШ. Он выглядел как инструмент слесаря. Но война — это не парад красоты. Это тяжелая, грязная работа. И для этой работы ППС-43 подходил идеально.
Он был легким, как перышко (по меркам того времени), надежным, как кувалда, и смертоносным, как чума. Он спас тысячи жизней наших солдат и забрал тысячи жизней врагов.
В следующий раз, когда увидите в музее этот невзрачный кусок штампованной стали, задержитесь на минуту. Перед вами — вершина инженерной мысли военного времени. Оружие, доказавшее, что простота — это не примитивность. Простота — это талант отсечь всё лишнее.