Классический показатель эффективности для технопарка — не процент заполняемости, а динамика выручки резидентов. В Сколково она стабильно была выше почти в два раза по сравнению с теми, кто оставался за пределами экосистемы.
Такой результат объясняется вполне конкретными факторами: доступом к лабораториям, центрам коллективного пользования, юридическим и HR-сервисам, площадкам для поиска партнеров и инвесторов.
- Технопарк работает как замкнутая экосистема, где большинство задач решается внутри — от патентования технологий до подбора команды.
Хорошо организованный технопарк становится катализатором роста — пространством, где энергия отдельных предпринимателей трансформируется в единую эффективную среду для развития.
Зачем предприниматели становятся резидентами
Когда Сколково только начинало работу, туда шли прежде всего за грантами. Сейчас фокус несколько иной: предприниматели выбирают технопарки ради налоговых льгот, инфраструктуры и скорости роста.
- Резидент получает доступ к целому набору сервисов — от юридического сопровождения и защиты интеллектуальной собственности до HR-поддержки.
Помимо этого — возможность быстро находить партнеров, инвесторов, заказчиков. Так компании экономят время и ресурсы на рутину, концентрируясь на продукте.
Есть и менее очевидное преимущество — репутационное. Вхождение в проверенную экосистему подтверждает, что компания прошла технологическую и экспертную оценку, соответствует стандартам инновационного сектора.
Для партнеров и клиентов это сигнал доверия, а для самого предпринимателя — пропуск в среду, где можно развиваться рядом с сильнейшими.
Однако экосистема работает только тогда, когда участник умеет ей пользоваться. Технопарк не даст бизнесу буст просто по факту вступления: он предоставляет возможности, но не заменяет стратегию. Для тех, кто готов действовать осознанно, это ускоритель.
Кто может и кто не может
Попасть в технопарк могут не все. Формально он открыт для бизнеса любого масштаба, но на практике действует принцип технологического фильтра.
Кандидаты проходят внешнюю экспертизу: их решения оценивают независимые специалисты. Они смотрят на три ключевых параметра — инновационность, коммерческую привлекательность и потенциал команды.
Важно, чтобы проект можно было запатентовать, вывести на рынок и масштабировать.
Подход простой: если продукт содержит интеллектуальную новизну — алгоритм, платформу, собственный движок — шансы высоки.
Если же компания занимается торгово-закупочной деятельностью, дорога в экосистему закрыта.
- Так технопарк поддерживает свой основной принцип: объединять тех, кто создает технологии, а не просто использует их.
Ошибки первого поколения технопарков
Сколково строилось по модели, где основным источником развития были государственные инвестиции.
Компании-резиденты получали инфраструктуру, сервисы и поддержку, но между технопарком и их бизнесом оставалась дистанция: площадка не участвовала в капитале стартапов и не разделяла с ними будущий успех.
Если бы технопарки заходили в доли компаний ранней стадии, их совокупная капитализация сегодня могла бы превысить вложения государства в проект. Упущенные миллиарды стали наглядным уроком.
Новая модель, которую планируется реализовать в частном технопарке, строится иначе. Предприниматель получает доступ к инфраструктуре, а технопарк — долю или опцион, заинтересованность в успехе резидента.
Такая схема делает отношения взаимными и выстраивает долгосрочную мотивацию обеих сторон.
- Стоит отметить, что опыт Китая показывает, что хорошо функционирует частно-государственный формат. Так, государство вкладывает средства в капитальные объекты, а управление передает профессиональной команде с четкими KPI.
В результате выигрывают все — и инфраструктура развивается, и бизнес растет быстрее, потому что за его успехом стоит не чиновник, а предприниматель.
Что делать дальше? Объединять лучшее из двух миров — предпринимательскую энергию частных проектов и системность государственных инвестиций. Когда за развитием инфраструктуры стоят бизнес-мотивация и четкие цели, выигрывают все.