(Роман) Виктор Винничек
Глава 11. Пошли трудовые будни.
Утром половина седьмого я уже был в вагончике на стройке. Сегодня было ещё холоднее, но очень тихо. Я пришёл на стройку и не узнал объект. Всё было в инеи: стены строящегося цеха, леса, растворные ящики, вагончики, даже стрела и тросы крана на гусеничном ходу.
В лучах яркого весеннего солнца каждая свежинка превращалась в драгоценную жемчужину. Я посмотрел на градусник, висящий на улице у окна вагончика. Минус тридцать три градуса. Отпустил сторожа и переоделся. Снял брюки, куртку. Надел ватные штаны, телогрейку, валенки, шерстяной петушок, подшлемник от каски и саму каску. Вышел из вагончика на улицу, осмотрел объект. Без привычки в такой одежде почувствовал себя неловко, но все ровно залез на леса, осмотрел строящийся цех, с последнего яруса. Сегодня до плит покрытия должны поднять стены и подготовить их к укладке карнизных плит, которые где-то завалены снегом.
Проверил закладные на колонах, сетку для армирования кладки. Закладные, выпущенные с кладки к колоннам. Увидел, что закладные, выпущенные из кирпичной кладки, по всей высоте стены не приварены к колонам. Кладка зимняя пусть и с добавками, раствор не набрал прочность и при резком потеплении, возможно, её обрушение, а высота стены девять метров. Проверил три комплекта строп. Один комплект сразу оттащил в сторону, так как одна стропа на десять сантиметров почему-то оказалась длиннее остальных и совсем не воспринимала нагрузку, когда поднимался груз на четырёх стропах, чем перегружала остальные три стропы.
Запыхавшись, я пришел в вагончик сел за стол и стал ждать, хотя бы звонка от прораба. По дороге к себе в вагончик зашла Рая она поздоровалась. На ней была зимняя потёртая шубёнка из искусственного меха, ботинки «прощай молодость» и шерстяное трико тёмно-синего цвета. Поверх трико чёрная юбка, глаза и губы слегка подкрашены. На голове серый оренбургский платок, из-под, которого выбивалась прядь русых не видевших краски волос. Алый цвет здорового лица, от сильного мороза.
- Что делать? Филарет Алексеевич даже не звонил. Может позвонить на базу и попросить его к телефону? - Спросил я свою красивую бригадиршу.
Рассказал ей о не приваренных закладных, о зимней кладке и запретил работать комплектом строп, который я оттащил в сторону от места работы.
- Не знаю, решайте сами, теперь, вам, как новому моему начальнику я вынуждена рассказать, что сама знаю о Филе. Так между собой кличут у нас его мои бабы, кто давно с ним работает. Я вчера случайно встретила его в автобусе, когда ехала с работы домой с какой-то расфуфыренной девицей, не с женой. Она работает в нашем районе, заведует аптекой, хорошая женщина чуть моложе его, и даже не догадывается о его похождениях. Наверное, говорит ей, что уезжает в командировку на свои объекты в области. В автобусе он сделал вид, что мы не знакомы, а я не стала навязываться со своими вопросами, поняла, что работа его совсем не интересует. Значит, он взял больничный и некому не сказал, как обычно. Он здоровый, как лось, а больничный ему взять раз плюнуть, у своих подруг. Поэтому наши бабы дали ему собачью кличку «Филя», как кабелю. Арон всё знает о его похождениях, но никогда не выгонит такого ценного работника, который постоянно снабжает его серьёзно болеющую жену дефицитными лекарствами из аптеки жены. Такой гон у Фили каждую весну и осень бывает. На объекте он обычно появляется через две недели и потом пытается наверстать упущенное в работе, но его благородный порыв заканчивается через три дня. Мои бабы жалеют тебя, говорят, что такой хорошенький молоденький мастер и попал в такой переплёт. Не подумай, что я стучу. В моей бригаде стукачей не любят, надеюсь, наш разговор останется между нами.
- Спасибо за информацию. Теперь я знаю, как мне поступить. Строить это не в кабинете бумажки перекладывать, можно не успеть наверстать: у нас могут люди погибнуть или стены упасть. Если честно сказать, я не знаю, как поступить, в таких случаях, а поэтому поступлю по закону. И запомни Рая, что плохое или хорошее случиться у нас на объекте я должен знать первый, чтобы успеть вас защитить, на то я ваш начальник.
Рая ушла переодеваться, а я стал звонить на базу
начальнику базы Гармашу Иосифу Ильичу. Сначала попросил к трубке Филарета Алексеевича, когда мне Иосиф Ильич ответил, что на базе его сегодня ещё не видели. Тогда я представился мастером объекта и сказал:
- Филарету Алексеевичу вчера с вечера нездоровилось. Если его нет, то примите от меня заявку. С утра мне нужен силикатный кирпич, тысяч пять. Если кирпич не привезут, то раствор не нужен. Тогда на этой машине пришлите мне сварщика и сварочный аппарат.
- Хорошо, я пришлю вам силикатный кирпич
и могу с утра привезти сварку, вместо раствора, но насчёт сварки договаривайтесь с главным механиком. Она у него есть, но он никому её не даёт, даже мне, как собака на сене,- честно ответил Ильич. Наверное, вспомнил, как я вчера, не боясь, разговаривал с начальником.
Я позвонил главному механику и попытался объяснить ситуацию, сложившуюся на объекте, попросил заменить стропы, но отношение с этим высокомерным, молодым мужчиной у меня сразу не сложились, он слегка посмеялся надомной и сказал, что заявку он принимает на неделю вперёд, и то от начальников участка. Я не остановился на этом, вызвал главного инженера и попросил его оказать содействие в решении важных на сегодняшний день вопросов, а также доложил о не пригодности геодезических приборов. На что он ответил, что приборы его водитель отвезёт сегодня на поверку, а на счёт сварки он сам зайдет к начальнику, если там нет заявки на неделю вперёд, то он не сможет заставить Шаталова Михаила Исакиевича выделить сварщика. На что я сказал главному инженеру:
- Неделю назад я был ещё в Белоруссии, а через неделю потеплеет и может рухнуть стена, и привлекут за это дело меня, а не Шаталова, а я ничего не могу сделать.
Обидевшись, я бросил трубку. Немного погодя пришёл в себя, пошёл к женщинам в вагончик и дал задание бригадиру. Расчищать площадку от снега под кирпич. Запретил крановщику поднимать грузы на леса без моей команды, и моего присутствия в такой мороз. Велел расчистить проходы к колонами. Принести лестницу с корзиной к первой колонне, возможно, приедет сварщик. Сам ушёл в вагончик и сел приводить в порядок документацию. Оставив место для тех, кто работал до меня и не сделал это. Я не знал, как мне поступить и поступил по закону. Такое решение я принял опираясь, на увиденное двумя годами ранее в Мисхоре, при аварийных работах на объекте «Новый корпус Санатория Белоруссия».
Первым приехал Капралов Андрей, весёлый водитель лет сорока на нашем самосвале, привез сварщика. После выгрузки краном сварочного аппарата,
он уехал, сразу за раствором и сказал, что там нам грузят на Урал кирпич в поддонах. Инвентарные леса были выставлены ещё вчера в конце рабочего дня. Тут я познакомился со сварщиком Яниным Иваном Петровичем, провёл ему инструктаж по приварке закладных к колоннам и нахождении на строительной площадке, заставил расписаться его в журналах. Часть бригады, сразу расчистила от снега проход к трём колоннам, подтянула сварочный аппарат к первой колонне, где уже была окончена кладка, обеспечив фронтом работ сварщика на день, ушла очищать от снега строительную площадку под кирпич. Потом приехал Урал, привёз кирпич,
его выгрузили, на очищенную площадку. Затем я отправил женщин в вагончик отдохнуть. Мы с бригадиром остались у крана. Я зацепил стропами поддон кирпича и велел крановщику поставить его в центр свободной секции лесов верхнего яруса. После чего поднялся на них и отцепил стропы. Подошёл к Рае, подозвал крановщика и сказал:
- Ящик с раствором поставите рядом. Пока не поставите груз, самой на леса не подниматься и людей туда не пускать. Им разрешаю работать только тогда, когда отцепите стропы и уберёте стрелу. Вот вам моё указание, будете нарушать накажу.
После этих слов я ушёл к своему вагончику и отдал подъехавшему водителю уазика, молодому двадцати летнему парню Серёже, возившего главного инженера, геодезические приборы. Рая с крановщиком и подошедшим сварщиком ушли отдыхать в свои вагончики. Уж больно холодно было на улице. Потом я зашел в вагончик и написал ремонтникам приборов, где обнаружил неточность, что нужно сделать, чтобы исправить инструмент и передал записку с водителем. Затем пришла машина с раствором.
А концу рабочего дня пришёл Урал со второй ходкой кирпича. Я вышел, посмотрел, как подали кирпич и раствор, проверил работу сварщика, и остался довольный, не обнаружив нарушений.
Заполнил исполнительную документацию за день. В конце дня позвонил начальнику базы, поблагодарил за хорошо сработанный день, дал заявку на следующий день и заказал сварщика на неделю. Поднялся на леса, после того, как бригада выработала раствор и ушла в вагончик. Проверил качество работ и замерил объёмы кладки. К концу рабочего дня пришёл новый сторож, я сдал ему под охрану объект и ушёл домой. Рахматуллин так и не появился. Вот я усталый, но довольный хорошо сложившимся днем пришел домой, где меня ждала известная вам троица. Ужин на кухне и игра на моей кровати стала для Юры и Джека вечерним ритуалом. Отношения у Маши с соседями сложились очень хорошие, а я их почти не видел. Юра,
Джек и тётя Женя стали моими лучшими друзьями.