— Слышь, Ленка, ты не жадничай! Нам в турагентстве сказали, что если до завтра не оплатим, бронь слетит! Пять звезд, «все включено», Маринке с детьми это просто необходимо! Оплати наш отпуск, ты же богатая! — Марина, золовка, хлопнула ладонью по кухонному столу так, что чай в чашке Елены подпрыгнул и выплеснулся на белоснежную скатерть.
Елена медленно перевела взгляд с расплывающегося пятна на лицо золовки. Та сияла предвкушением. Рядом, вальяжно развалившись на стуле, сидел муж Олег, задумчиво ковыряя в зубах зубочисткой. В дверях кухни, подбоченившись, застыла свекровь, Зинаида Петровна.
— Пятьсот тысяч, — сухо констатировала Елена. — Вы хотите, чтобы я выложила полмиллиона за то, чтобы вы две недели грели бока в Анталье?
— Ой, ну началось! — Зинаида Петровна картинно всплеснула руками. — Сразу бухгалтершу включила! Пятьсот тысяч для твоего бизнеса — это как для нас за хлебом сходить. Ты же у нас «железная леди», заказы гребешь лопатой. Неужто родной сестре мужа копеечку пожалеешь? Дети моря три года не видели!
— Мам права, Лен, — подал голос Олег. — Чего ты за каждую копейку трясешься? На шею тебе никто не садится, просто сейчас момент такой… тяжелый. У Маринки муж перебивается случайными заработками, я тоже в поиске. А ты у нас — локомотив. Вот и тяни семью, раз бог талантом и деньгами не обделил.
— Я богатая, потому что не спонсирую лентяев, — Елена медленно встала из-за стола. — Олег, напомни мне, когда ты в последний раз принес в дом хотя бы тридцать тысяч? Полгода назад? Восемь месяцев?
— Я ищу достойное предложение! — огрызнулся муж, выпрямляясь. — Я не собираюсь за гроши спину гнуть, как твои подчиненные. У меня высшее образование, я менеджер!
— Ты менеджер дивана и пульта от телевизора, — отрезала Елена. — А ты, Марина, вместо того чтобы требовать отели «пять звезд», могла бы хоть на полставки устроиться. Хотя бы на почту. Или в магазин.
— Офигела?! — Марина вскочила, её лицо пошло красными пятнами. — Я — на почту? С моими-то данными? Да я создана для большего! А ты просто злая, Ленка. Завистливая. У самой детей нет, вот ты и бесишься, что моим радость перепадет. Жалко денег? Так и скажи!
— Жалко, — спокойно подтвердила Елена. — Очень жалко. Потому что эти деньги заработаны моими бессонными ночами.
***
Елена вспомнила, как пять лет назад она открывала свое кадровое агентство. Она работала в пустом офисе, где из мебели был только старый стол и один стул. Она спала по четыре часа в сутки. Сама была и директором, и секретарем, и уборщицей.
Олег тогда только посмеивался:
«Ну-ну, бизнесменша. Посмотрим, как ты прогоришь через месяц. Иди лучше в найм, там хоть стабильно десятку платить будут».
Когда бизнес начал давать первые плоды, родственники мужа резко сменили тон. Сначала были «займы до зарплаты», которые никто никогда не возвращал. Потом — «ну купи маме новый холодильник, ты же можешь». Потом — оплата обучения для племянников. Елена платила. Думала — семья. Думала — помогут, если что.
Но «если что» случилось полгода назад, когда Елена попала в больницу с диким переутомлением. Знаете, кто привез ей бульон? Никто. Олег закатывал скандалы по телефону, потому что дома закончились чистые рубашки и «на карте нет денег на нормальную еду». Свекровь звонила справиться не о здоровье, а о том, когда Елена выйдет на работу, потому что Зинаиде Петровне присмотрели «чудную путевку в Кисловодск».
Квартира, в которой они жили, была куплена Еленой еще до брака. Машина — тоже её. Олег пришел в этот дом с одним чемоданом, в котором даже носки были дырявые. И вот теперь эта «троица» сидела на её кухне и требовала пятьсот тысяч на отпуск.
— Короче, Лен, — Олег встал и подошел к ней вплотную, пытаясь давить авторитетом. — Мы уже всё решили. Марина завтра идет в агентство подтверждать бронь. Ты просто переведешь деньги по реквизитам. Не делай из этого драму. Мы семья, и это нормально — помогать друг другу.
— Я ничего не переведу, — Елена посмотрела ему прямо в глаза. — Ни копейки. Более того, я решила, что наш «семейный» аттракцион невиданной щедрости закрывается. Навсегда.
— Ты что, припухла совсем? — Марина задохнулась от возмущения. — Ты как с моим братом разговариваешь? На шею села, хозяйка выискалась! Да если бы не Олег, ты бы вообще в девках засиделась, сухарина ты черствая!
— Марина, закрой рот, — голос Елены был тихим, но в нем лязгнуло железо. — Иначе я сейчас вспомню, что твой муж должен мне сто тысяч за ремонт своей развалюхи, которые я давала «на месяц» два года назад.
— Ишь, чего удумала! — Зинаида Петровна подлетела к Елене, брызжа слюной. — Деньгами тычешь? Попрекаешь? Да мой сын на тебя лучшие годы потратил! Он тебе тыл обеспечивал, пока ты по своим офисам хвостом крутила! Разве это не стоит пятисот тысяч? Да ты ему обязана по гроб жизни!
— Тыл? — Елена рассмеялась. Горько и резко. — Тылом в этом доме всегда была моя кредитная карта. Олег, собирай вещи.
В кухне повисла звенящая тишина. Слышно было только, как за окном гудит ветер.
— Что ты сказала? — переспросил Олег, не веря своим ушам.
— Собирай. Вещи. Прямо сейчас. Я подаю на развод. Жить за мой счет, попрекать меня моими же деньгами и при этом считать, что я обязана спонсировать твою наглую родню — этому пришел конец.
— Ты не имеешь права! — закричала свекровь. — Олег тут прописан! Он муж! Это его дом!
— Он тут зарегистрирован, — уточнила Елена. — В моей квартире, купленной до брака. Завтра я иду в суд и аннулирую его регистрацию. А сейчас — у вас есть десять минут, чтобы покинуть помещение. Все трое.
— Да ты… да ты офигела! — Марина кинулась к Елене, размахивая руками. — Ты кого выгоняешь? Мы семья! Мы тебя в дом приняли!
— Вы меня не в дом приняли, вы к моей кормушке присосались! — Елена отступила на шаг и схватила телефон. — Десять минут. Время пошло. Если через десять минут вы будете здесь — я вызываю полицию и заявляю о незаконном проникновении и угрозах. Зинаида Петровна, у вас ключи от этой квартиры. Положите их на стол. Прямо сейчас.
— Не положу! — взвизгнула свекровь. — Имею право! Сын тут хозяин!
— Николай! — громко крикнула Елена в сторону коридора.
Из большой комнаты вышел массивный мужчина. Это был начальник охраны её фирмы, которого Елена попросила заехать «на разговор», чувствуя, что вечер будет томным. Родственники Олега замерли. Николай молча скрестил мощные руки на груди.
— Николай, — спокойно произнесла Елена. — Эти люди отказываются покидать мою частную собственность. Помоги им ускорить процесс. Вещи Олега из прихожей — в тамбур. Остальных — под локоток и до лифта.
— Понял, Елена Викторовна, — басом отозвался гигант.
— Ты… ты бандитку наняла! — Марина задрожала, прячась за спину брата. — Олег, делай что-нибудь! Она нас как собак выкидывает!
Олег посмотрел на Николая, потом на жену. В его глазах отразился первобытный страх пополам с обидой.
— Ты об этом пожалеешь, Лена, — прошипел он, пытаясь сохранить лицо. — Ты одна останешься. Никто тебя такую, жадную и злую, любить не будет. Пойдем, мама. Пойдем, Марин. Пусть она подавится своими миллионами. Скоро приползешь прощения просить, да поздно будет!
— Счастливо оставаться, — Елена указала на дверь. — Николай, проследи, чтобы Зинаида Петровна не «забыла» ключи в кармане.
Начался хаос. Олег хватал свои шмотки, свекровь причитала на весь подъезд, осыпая Елену проклятиями до седьмого колена. Марина визжала, что «расскажет всем, какая Лена стерва». Николай методично, как танк, вытеснял их в тамбур.
— Ключи! — рявкнул он, когда Зинаида Петровна попыталась проскочить мимо.
Старуха с ненавистью швырнула связку на пол.
— Будь ты проклята! — выкрикнула она напоследок. — Чтобы тебе эти деньги колом встали!
Дверь захлопнулась. Громко. Окончательно.
Елена стояла посередине кухни. Тишина обрушилась на неё, как лавина. Она посмотрела на пятно чая на скатерти. Подошла, сорвала скатерть со стола и швырнула её в мусорное ведро. Туда же отправила чашку, из которой пила Марина.
— Чистота, — прошептала она.
Она подошла к окну. Внизу, у подъезда, «троица» грузилась в машину Марины. Олег что-то яростно доказывал матери, Марина рыдала, привалившись к капоту. Наконец они уехали.
Елена села на стул. Руки дрожали. Не от страха — от колоссального напряжения, которое копилось годами. Она достала телефон и набрала номер своего помощника.
— Алло, Антон? Добрый вечер. Завтра первым делом — к юристу. Подаем на развод и выписку бывшего супруга. И найди мне хорошую клинику в Швейцарии или где-нибудь подальше. Я хочу в отпуск. Одна. На месяц.
Она отключила телефон.
Через час в дверь снова позвонили. Елена подошла к глазку. Там стоял сосед сверху, дядя Миша.
— Леночка, у вас там всё в порядке? Крики такие были, я уж думал, убивают кого.
— Всё хорошо, дядя Миша, — улыбнулась Елена через дверь. — Просто генеральную уборку делала. Мусор выносила.
— А-а-а, ну дело хорошее, — хмыкнул сосед. — Мусор — он такой, если вовремя не вынести, вонять начинает.
Елена вернулась в спальню. Она открыла шкаф. Половина полок была пуста. Никаких разбросанных носков Олега. Никаких его нестираных футболок. Она провела рукой по пустой вешалке и почувствовала невероятную легкость. Будто с её плеч сняли бетонную плиту.
Она знала, что завтра начнется война. Будут звонки от «сочувствующих» родственников, будут угрозы разделом имущества (которого у Олега не было), будут попытки надавить на жалость. Зинаида Петровна обязательно «заболеет» смертельной болезнью, а Марина будет строчить гневные посты во всех соцсетях.
Но Елене было плевать.
Она заработала право на эту тишину. Она заработала право не спонсировать чужую лень.
Она легла в кровать, растянулась на прохладных простынях и закрыла глаза. Впервые за долгое время ей не нужно было думать, как угодить мужу, как не обидеть свекровь и как вежливо отказать золовке.
Она была богатой. И не только деньгами. Она была богата силой, решимостью и самоуважением.
А пятьсот тысяч… Она потратит их на себя. На свое здоровье, на свой отдых, на свою новую жизнь. И ни одна копейка больше не упадет в бездонную бочку чужой наглости.
Перед сном она вспомнила слова золовки: «Оплати наш отпуск, ты же богатая!».
Елена улыбнулась темноте.
— Да, я богатая. Потому что больше не кормлю паразитов.
Она уснула мгновенно. Сном человека, который наконец-то поступил правильно.
Справедливость — это когда ты защищаешь свои границы. И неважно, насколько «родной» считается кровь тех, кто пытается их взломать.
***
А как бы вы поступили на месте героини? Правильно ли она сделала, выставив мужа вместе с его наглой роднёй на ночь глядя? Стоило ли дать им «последний шанс» или такие люди не меняются?
Напишите ваше мнение в комментариях! И не забудьте подписаться на канал «На ночь глядя», чтобы не пропустить новые захватывающие истории о сильных женщинах и справедливости!