— Я взял кредит на твое имя через приложение, пока ты спала! Мне срочно нужно было отыграться! — муж упал в ноги, когда в дверь позвонили коллекторы.
Чай, который я налила себе в кружку, вылился на пол. Просто потому, что рука ослабла от услышанного. Это нормально вообще такое? Не будем забегать вперёд. Всё началось январским днём...
... На улице была темнота, январский ветер бился в окна. В квартире пахло елкой, которая уже начала осыпаться, и какой-то тоской. Праздники прошли ужасно: денег не было даже на нормальный стол, потому что Олег, мой муж, "потерял кошелек" 30 декабря. Я работала все каникулы, брала смены за коллег, чтобы закрыть дыры в бюджете.
И вот, вечером десятого января, в дверь позвонили. Настойчиво, грубо.
— Кто там? — спросила я, подходя к глазку.
— Служба взыскания. Открывайте, гражданочка Иванова. У вас должок. Триста тысяч.
Я повернулась к Олегу. Он сидел на полу в прихожей, обхватив голову руками.
— Что ты сделал? — прошептала я. — На мое имя? Как?
— Пароль... Ты же сама сказала, дата нашей свадьбы... Я думал, отыграюсь, верну, ты и не узнаешь! Верняк был!
— Отыграешься? — я почувствовала, как внутри все холодеет. — Ты играл? Опять?
Я знала, что он раньше баловался ставками. Но клялся, что завязал. "Ленка, я все понял, я семьянин!".
А теперь он украл мои деньги. Мою жизнь. Мое будущее. Триста тысяч. При моей зарплате учителя — это год рабства.
В дверь начали колотить ногами.
— Открывай, сука! Мы знаем, что вы дома!
Я посмотрела на Олега. Он ползал у моих ног, пытаясь поцеловать тапки.
— Ленка, не открывай! Они меня убьют! Спрячь меня! Скажи, что меня нет!
— Спрятать? — я отступила на шаг. — Ты украл мои деньги. Ты подставил меня под удар бандитов. И просишь спрятать?
— Я муж! Мы в горе и в радости!
— В горе — это когда болезнь. А это — предательство.
Я подошла к двери. Руки дрожали, но я повернула замок. На пороге стояли двое. Амбалы в кожаных куртках. Классика жанра.
— Иванова Елена Сергеевна? — спросил один, жуя жвачку. — Долг платежом красен.
— Я не брала кредит, — сказала я твердо. — Это мошенничество.
— Нам плевать. Договор на вас. Подпись электронная ваша. Платите. Или мы будем приходить каждый день. И не только мы.
— Этот человек, — я указала на Олега, который сжался в комок в углу, — взял мой телефон и оформил кредит без моего ведома.
Коллекторы переглянулись.
— Слышь, мужик, — ухмыльнулся второй. — Ты че, крыса? У жены воруешь?
Олег заскулил.
— Я отдам! Я все отдам! Дайте срок!
— Срок тебе судья даст, — сказал коллектор. — А нам деньги нужны. Сейчас.
— У меня нет денег, — сказала я. — Но у меня есть заявление в полицию. Я написала его пять минут назад, через Госуслуги. О мошенничестве и краже.
Это был блеф. Я не успела ничего написать. Но слово "полиция" подействовало.
— Ладно, — сплюнул первый. — Разбирайтесь сами со своими ментами. Но долг висит. И проценты капают.
Они ушли.
Я закрыла дверь и посмотрела на Олега. Он начал подниматься с колен, отряхивая треники, и в его глазах уже мелькнула искра надежды.
— Ленка, ты молодец! Отшила их! Теперь надо что-то делать. Может, кредит возьмешь в другом банке? Перекроем, а я потом...
— Вон, — сказала я.
— Чего? — он не понял.
— Вон из моей квартиры.
— Ты че, ошалела? Ночь на дворе! Куда я пойду?
— В полицию. Сдаваться. Или к маме. Или на теплотрассу. Мне все равно.
— Квартира общая!
— Квартира моя! Добрачная! Ты здесь никто!
Я пошла в спальню, взяла его сумку и начала кидать туда его вещи: джинсы, свитера, трусы. Потом схватила планшет, с которого он делал ставки.
— Не трожь планшет! — взвизгнул он, вбегая в комнату.
— Это вещдок! — я сунула планшет в сумку. — Забирай и вали!
— Я не уйду!
— Я сейчас снова позвоню коллекторам. Скажу, что ты здесь. И что у тебя есть заначка.
Он побледнел.
— Ты... Ты тварь! Я тебя любил!
— Ты любил играть. А меня ты использовал.
Я вытолкала его в коридор, швырнула сумку и открыла дверь.
— Вали!
Он схватил куртку и выскочил на площадку.
— Ключи! — потребовала я.
Он бросил ключи на пол.
— Будь ты проклята!
Я захлопнула дверь, закрыла на все замки и накинула цепочку. Сердце бешено колотилось, а в голове стучала одна мысль: триста тысяч. Как я буду это платить? Я взяла телефон и открыла приложение банка — кредит висел, проценты уже начали капать. Руки опустились от бессилия, но потом я вспомнила его жалкое лицо.
Я справлюсь. Я пойду в полицию, напишу заявление, докажу, что это не я. IP-адрес, время входа — всё можно проверить. Я буду бороться за свою жизнь, а Олег свой выбор сделал.
Я пошла на кухню и налила себе чаю. В квартире было тихо и немного страшно, но зато я была одна, без предателя за спиной. И это было самым главным.
А вы бы стали выплачивать кредит за мужа-игромана, чтобы спасти семью, или сдали бы его полиции? Пишите в комментариях!