«Фото на столе»
Часть первая: Встреча, которой не должно было быть
Морозный январский ветер хлестал по лицу, как будто пытался напомнить Алине, что она больше не ребёнок, что мир — не сказка и не прощает ошибок. Она плотнее запахнула длинное кашемировое пальто с меховым воротником — подарок от подруги, единственной, кто остался рядом после всего. На голове — шляпка, прикрывающая светлые волосы, аккуратно собранные в низкий хвост. В руках — потрёпанное портфолио, в котором лежали диплом юриста, рекомендательные письма и фотография сына, сделанная в прошлом году у новогодней ёлки.
Она шла по подъездной аллее к особняку, переделанному под офис престижной юридической фирмы «Веритас». Здание выглядело как дворец: высокие окна, колонны, бронзовые фонари, мерцающие в предрассветном свете. Алина знала, что это её последний шанс. После развода, после того, как муж исчез, оставив лишь долг и пустую квартиру, она год жила на грани — работала няней, переводчицей, даже уборщицей в ночную смену. Но никогда не позволяла себе опустить руки. Особенно ради сына.
Сегодня — собеседование на должность младшего юриста. Позиция скромная, но в «Веритас» начинали многие, кто сейчас возглавлял крупные корпорации. Алина прошла внутрь. Вестибюль был просторным, с мраморным полом и огромной люстрой. За стойкой секретарь кивнула ей с холодной вежливостью:
— Алина Сергеевна? Проходите, вас ждут.
Кабинет директора располагался на втором этаже. Дверь открыла сама хозяйка — женщина лет пятидесяти, строгая, с идеальной причёской и взглядом, способным разрезать сталь. На ней был тёмно-синий костюм с золотыми пуговицами, а на запястье — массивные часы, говорящие о том, что время здесь стоит дорого.
— Проходите, — сказала она без улыбки. — Я Екатерина Михайловна Соколова.
Алина вошла, стараясь не сутулиться. Она знала, как важно выглядеть уверенно, даже если внутри всё дрожит. Кабинет был просторным, с книжными полками до потолка, антикварным столом и большим окном, выходящим в сад, усыпанный снегом. И тогда она увидела его.
На краю стола, в серебряной рамке, стояло фото.
Мужчина с тёплым взглядом, чёрными волосами, слегка вьющимися у висков, в белоснежной рубашке, обнимавший женщину… ту самую, что сейчас сидела за столом.
Это был он. Артём. Её бывший муж. Отец её сына.
Алина замерла. Сердце заколотилось так, будто хотело вырваться из груди. В горле пересохло. Она попыталась сохранить спокойствие, но пальцы сами сжали ручку портфеля до побелевших костяшек.
— Что-то не так? — спросила Екатерина Михайловна, приподняв бровь.
— Нет, — выдавила Алина. — Просто… я не ожидала увидеть знакомое лицо.
— Это мой сын, — с гордостью сказала женщина. — Артём. Он сейчас в Лондоне, работает в международной компании. Очень успешный молодой человек.
Алина медленно опустилась в кресло. Всё стало на свои места. Артём не просто ушёл. Он вернулся в семью. Вернулся к деньгам, к комфорту, к матери, которая, видимо, и устроила ему карьеру. А она… она осталась одна с ребёнком, с долгами, с пустыми ночами и вопросом: почему?
— Вы бледнеете, — заметила Екатерина Михайловна. — Может, вам воды?
— Нет, спасибо, — Алина глубоко вдохнула. — Я готова к собеседованию.
Она не собиралась уходить. Ни за что. Если судьба привела её сюда, значит, есть причина. И, возможно, это не просто совпадение, а шанс.
Часть вторая: Тень прошлого
Собеседование прошло странно. Алина отвечала чётко, уверенно, цитировала статьи Гражданского кодекса, приводила примеры из практики, которую набрала за последние годы, работая на фрилансе. Екатерина Михайловна слушала внимательно, но в её глазах читалось не одобрение, а настороженность.
— Вы очень компетентны, — сказала она в конце. — Но у нас высокая конкуренция. Мы ценим не только знания, но и… соответствие корпоративной культуре.
— Я понимаю, — ответила Алина. — Но уверена, что смогу вписаться. Я умею работать в команде, уважаю иерархию и всегда выполняю обещания.
Екатерина Михайловна кивнула, но не предложила контракт. Только сказала:
— Мы свяжемся с вами.
Алина вышла на улицу, чувствуя, как холод проникает под пальто. Она не плакала. Плакать было некогда. Нужно было думать.
Вечером, уже дома, в маленькой, но уютной квартире, где на подоконнике цвели герберы, а на стене висел рисунок сына — «Мама и я», — она включила ноутбук. Начала искать информацию о «Веритас». Оказалось, фирма недавно потеряла крупного клиента — компанию «Луминар», из-за ошибки в договоре. Договор подписывал один из старших юристов, но ответственность легла на всю команду.
Алина знала этот случай. Она читала судебные материалы. Ошибка была элементарной — не проверили юридический статус контрагента. Но она также знала, как это исправить. У неё был контакт с представителем «Луминар» — они общались полгода назад, когда она помогала одной благотворительной организации, связанной с этой фирмой.
На следующий день она отправила Екатерине Михайловне письмо. Не прося работу. А предлагая решение. Подробный план, как вернуть «Луминар» — через реструктуризацию обязательств, через личные связи, через восстановление доверия. Приложила рекомендацию от руководителя фонда, где работала.
Ответ пришёл через два дня.
«Приходите завтра в 10. Будем обсуждать ваше предложение. И вашу возможную роль в проекте.»
Алина снова оказалась в том самом кабинете. На этот раз Екатерина Михайловна встретила её чуть мягче.
— Вы удивили меня, — сказала она. — Ваше предложение… разумное. Даже блестящее.
— Я привыкла находить решения, — ответила Алина.
— Но есть одно «но», — продолжила директорша, глядя прямо в глаза. — Вы не сказали, что знаете моего сына.
Алина не отвела взгляд.
— Я не считала это релевантным для вакансии.
— А я считаю. Артём — часть моей жизни. И если между вами было что-то… это может повлиять на рабочую атмосферу.
— Между нами был брак, — спокойно сказала Алина. — И сын. Ему семь лет. Артём ушёл, когда ему было три месяца. Не оставил ни слова. Только долг по ипотеке.
Екатерина Михайловна побледнела.
— Этого… этого не может быть.
— Почему? Потому что ваш сын — «успешный молодой человек»? — в голосе Алины не было злобы, только усталость. — Он не платил алименты. Не звонил. Я не знаю, где он сейчас. Но если он вернулся к вам, возможно, стоит спросить, почему он оставил ребёнка.
Директорша опустила глаза. На мгновение она перестала быть «железной леди» — стала просто матерью, которой только что сказали, что её сын — не герой, а трус.
— Мне нужно подумать, — прошептала она.
— Подумайте, — кивнула Алина. — Но помните: я не пришла сюда за местью. Я пришла за работой. И за тем, чтобы мой сын гордился мной.
Часть третья: Справедливость и новый дом
Прошла неделя. Алина почти смирилась с тем, что вакансия уйдёт другому. Но однажды утром ей позвонили.
— Приходите сегодня, — сказала Екатерина Михайловна. — Подпишем контракт.
Когда Алина вошла в кабинет, она сразу заметила: фото в серебряной рамке исчезло со стола.
— Я поговорила с Артёмом, — сказала директорша, не глядя на неё. — Он… не знал, что у него есть сын.
— Он знал, — тихо ответила Алина. — Просто выбрал игнорировать.
Екатерина Михайловна вздохнула.
— Он вернётся. Через месяц. Я потребовала. И он будет платить алименты. И… видеть ребёнка, если вы позволите.
— Это решение сына, — сказала Алина. — Но я не буду мешать. Главное — чтобы он не исчез снова.
— Вы удивительная женщина, — произнесла Екатерина Михайловна. — Большинство на вашем месте требовали бы крови.
— Кровь ничего не вернёт, — ответила Алина. — А работа — да. Возможности — да. Будущее — да.
Контракт был подписан. Алина стала частью команды «Веритас». Её проект с «Луминар» удался — клиент вернулся, а фирма получила бонус за восстановление отношений. Через три месяца Алину повысили.
Однажды, в конце зимы, когда снег уже начал таять, в офис пришёл мужчина. Высокий, с тёмными волосами и знакомыми глазами. Он остановился у её кабинета.
— Алина… — сказал он.
Она подняла взгляд. Не с ненавистью. Не с надеждой. Просто — с достоинством.
— Артём. Ты опоздал на семь лет.
— Я… я не знал, как начать, — пробормотал он.
— Начни с сына, — сказала она. — Он любит шоколадное мороженое и рисует динозавров. Он не знает тебя. Но… он спрашивал, почему у него нет папы.
Артём опустил голову.
— Я был глупцом. И трусом.
— Теперь у тебя есть шанс это исправить. Но не ради меня. Ради него.
Он кивнул.
В тот же вечер Алина сидела дома, читая сыну сказку. Мальчик, с кудрявыми светлыми волосами и большими глазами, вдруг спросил:
— Мама, а ты счастлива?
Она улыбнулась.
— Да, малыш. Потому что я знаю, что мы справимся. Всегда.
А за окном, в тишине зимнего вечера, город казался не таким уж холодным. Потому что справедливость — не всегда наказание. Иногда это — второй шанс. Для всех.