Лидии Андреевне 76 лет, но она легко поднимается по крутым ступеням на колокольню. Я за ней еле успеваю, хватаюсь за перила.
Наверху она достаёт смартфон, фотографирует крышу, которую только недавно закончили делать. Потом высовывается из окна и кричит вниз замечания рабочим.
Я оказалась здесь во время поездки по Рязанской области. В селе Пёт я ехала снимать одну из заброшенных церквей — таких мест в регионе десятки, и они давно стали частью моих маршрутов.
"А я в первый год сама туда лазала, кусты и деревья выдирала с крыши," говорит женщина спокойно, будто речь идёт о прополке огорода.
Её подруге Марии Ивановне 83. Девять лет назад они решили восстановить заброшенный храм в селе Пёт Рязанской области. Односельчане крутили пальцем у виска: "Вас всего двое и разваливающееся здание? Невозможно."
Реальность
Я ожидала увидеть заброшенный, но величественный, храм.
Только руин уже не было. Был храм в процессе восстановления. А как только я вышла из машины, то тут же подшла бойкая женщина с вопросами кто я такая и что это тут делаю. Предложила рассказать про храм и показать что у него внутри.
"Знаете, каким это место было в 2016-м?" начинает Лидия Андреевна. "Бурьян выше человеческого роста. Купола обвалились. Окна выбиты. Внутри горы мусора, битого стекла, пустых бутылок. Подростки внутри развлекались"
В подвалах храма валялись 60 мешков отходов. Шестьдесят. Две пенсионерки вывезли их своими руками.
"Мы пришли сюда с вёдрами и тряпками," вспоминает она. "Посмотрели и ужаснулись."
"Это невозможно"
Односельчане отнеслись скептически.
Некоторые отказывались помогать напрямую: "Я в Бога не верю, зачем мне это?"
Лидия Андреевна отвечала: "Вера ваше личное дело. Но это историческая ценность, которую создали наши предки. Наш долг её сберечь."
Храм построили в 1913 году, перед Первой мировой войной. Архитектор продумал всё до деталей: витражные окна располагались так, чтобы солнечный свет заливал каждый уголок. По стенам шли специальные каналы для тёплого воздуха из подвала — система отопления работала даже в суровые зимы.
Он пережил революцию, продолжал работать до 1935 года. Потом закрыли. В 1960-е переделали под колхозный склад и мельницу. К 2016-му от былого величия остались только стены.
6 миллионов
Начали с личных сбережений. Зарегистрировали религиозную организацию, чтобы официально вести восстановительные работы. Лидия Андреевна взяла на себя организацию, Мария Ивановна следила за порядком и чистотой.
Постепенно люди увидели, что дело движется. Начали помогать. Кто деньгами, кто материалами, кто "руками".
Местный предприниматель оплатил установку восьми новых окон. Семья Лытаевых подарила набор колоколов. Мастер-резчик из соседнего села сделал иконостас в подарок. Один мужчина каждую субботу приезжает из райцентра помогать с электрикой — "для души," говорит.
За девять лет собрали около 6 миллионов рублей. Впечатляющая сумма, если учесть, что начиналось всё с пенсий двух женщин.
Почему не в город к детям?
У обеих женщин есть дети. Живут в городах, в нормальных квартирах с горячей водой и лифтом. Зовут матерей к себе. "Переезжайте, что вам там делать в этом селе?"
Село действительно довольно глухое. Даже жители самой Рязанской области называют его "медвежьим углом". До Рязани отсюда больше 300 километров. Жителей остаётся всё меньше. Молодёжь уезжает. Магазина в селе нет. Автобус ходит редко.
Лидия Андреевна и Мария Ивановна могли бы сейчас сидеть в тёплых квартирах у детей. Ходить в поликлинику через дорогу. Покупать продукты в супермаркете за углом.
Вместо этого они девять лет восстанавливают полуразрушенное здание. Тратят на это последние деньги. Собирают пожертвования, в том числе и через социальные сети. Организуют работы.
"А что я буду делать в городе?" спрашивает Лидия Андреевна. "Сидеть у окна? Мне тут дело есть."
Что дальше
"Мечтаем восстановить росписи," делится планами Лидия Андреевна. "Они уникальные, больше нигде таких нет. Но для этого нужны реставраторы, специалисты. Ищем, списываемся с организациями."
Работы ещё много. Но если посмотреть на фотографии 2016 года и сравнить с тем, что сейчас, масштаб достигнутого впечатляет.
Две пенсионерки, начавшие с вёдер и тряпок, смогли запустить процесс, который изменил не только храм, но и отношение людей.
Ответ на вопрос "почему"
Да, можно было бы заниматься своим огородом, переехать в город к детям и внукам. Но они выбрали родные места. Для них это не трата денег на "рухлядь". Это сохранение того, что важно. Того, что связывает с местом, с историей, с жизнью.
В городе они были бы гостями в чужих квартирах. Здесь они хозяйки своего дела. Нужные. Важные. И возраст не помеха. 76 и 83 года — не повод сидеть сложа руки.