Стремление человека подняться в небо возникло задолго до ХХ века, однако лишь с развитием авиации мечта стала реальностью. Первые аэропланы были крайне ненадёжными и несовершенными, а полёты на них требовали не только технических знаний, но и личного мужества. Именно такие условия сформировали первых авиаторов, для которых риск был неотъемлемой частью профессии. Одним из них стал Евгений Владимирович Руднев — первый военный лётчик Российской империи.
Первый в истории России военный аэродром располагался в Гатчине, примерно в сорока километрах от Петербурга. Здесь летом 1910 года осваивали новую и опасную профессию будущие военные лётчики. Евгений Руднев стал третьим по счёту, кто сумел овладеть управлением аэропланом в тот период.
Уже осенью 1910 года Руднев принял участие во Всероссийском празднике воздухоплавания. Во время этого события он решился на поступок, который выходил за рамки установленных правил. Несмотря на прямые запреты, Руднев совершил перелёт из Петербурга в Гатчину, по пути сделав полёт над Исаакиевским собором. Продолжительность полёта составила около часа, и подобное достижение на тот момент не имело аналогов в истории авиации.
После окончания авиашколы Руднев остался служить в ней инструктором. Параллельно он занимался аэрофотосъёмкой и активно участвовал в развитии военной авиации. Его интересовали самые разные направления — от испытаний самолётных радиостанций, авиационных двигателей и бомбосбрасывателей до изучения особенностей ночных полётов. Он испытывал новые аэропланы, готовил военных лётчиков и участвовал в окружных манёврах.
Евгений Руднев стал автором труда «Практика полётов на аэропланах», в котором изложил собственное понимание техники пилотирования. Он считал, что лётчик должен не только уметь поднять самолёт в воздух, но и быстро ориентироваться в нестандартных ситуациях, уверенно выполнять сложные элементы в полёте. Руднев прямо заявлял: «Многие говорят, что головоломные трюки бесполезны в серьёзной авиации. По-моему, они глубоко ошибаются».
Факт-справка: в дореволюционной России профессия военного лётчика только формировалась, и многие элементы подготовки, включая тактику применения авиации и методику обучения, создавались непосредственно на практике самими пилотами-инструкторами.
К началу Первой мировой войны Руднев был одним из наиболее опытных и подготовленных авиаторов страны, сочетавших практику полётов с преподавательской и исследовательской деятельностью.
С началом Первой мировой войны штабс-капитан Евгений Руднев был направлен на Комендантский аэродром в Петербурге. Здесь ему предстояло освоить полёты на тяжёлом четырёхмоторном бомбардировщике «Илья Муромец». Однако уже осенью 1914 года Руднев вернулся к самолёту, с которым был лучше всего знаком, — аэроплану «Вуазен».
В боевых условиях Руднев быстро проявил себя как опытный и надёжный пилот. Он принял командование двумя авиационными отрядами и до октября 1915 года совершил 157 боевых вылетов. За эту службу Руднев был награждён орденом Святого Станислава. Особое место в его фронтовой биографии занимает разведывательный полёт 1 августа 1915 года, за который он был удостоен Георгиевского оружия. Во время этого вылёта, несмотря на сильный шрапнельный огонь со стороны противника, Руднев сумел выявить подготовку немецкого наступления и доставить в штаб важные сведения.
Осенью 1915 года лётчика отозвали в тыл. Ему поручили участие в организации производства нового летательного аппарата, разработанного инженером В.А. Слесаревым. Проект требовал значительной доработки, и вскоре Руднев был направлен во Францию для закупки оборудования, необходимого для строительства самолёта. После возвращения он ещё несколько раз выезжал на фронт, однако основное внимание уделял обучению молодых военных пилотов.
Революционные события октября 1917 года Руднев воспринял резко отрицательно. Высококлассный лётчик не сумел найти себе места в новой «стране рабочих и крестьян». Некоторое время он жил на Украине, в Одессе. Впоследствии вместе с группой единомышленников он угнал несколько аэропланов с аэродрома и перелетел в Екатеринодар, где присоединился к Белому движению.
Осенью 1918 года Руднев командовал 3-м авиационным отрядом Добровольческой армии. Год спустя его назначили временно исполняющим обязанности начальника Строевого отдела Управления авиации Вооружённых сил Юга России. Затем он оказался в Крыму, где стал помощником начальника авиации Русской армии генерала П.Н. Врангеля. После этого его следы надолго теряются — точные обстоятельства и время эмиграции из России неизвестны.
Позднее появились сведения, что Евгений Руднев оказался во Франции. Работы по авиационной специальности он там найти не смог. Чтобы выжить, бывший военный лётчик устроился шофёром парижского такси. Жизнь была тяжёлой, приходилось нуждаться, однако Руднев не обращался за помощью и лишь иногда, по воспоминаниям современников, смотрел в небо со словами: «Ещё хотя бы раз взлететь».
Руднев пережил Вторую мировую войну и умер от туберкулёза в июне 1945 года. Его похоронили на русском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа. На могиле установили бетонный крест, а в нижней части закрепили пропеллер — немой символ жизни, целиком связанной с авиацией.
15 апреля 1943 года литератор, а в прошлом Белый офицер Николай Яковлевич Рощин сделал запись в своём Парижском дневнике: он узнал, что Руднев тяжело болен. Сильное истощение, проблемы с лёгкими. Рощин вспоминал, как ещё недавно сидел с ним на уличной скамейке. Тот был неестественно худ, измотан, плохо одет – человек, который в прошлом всегда отличался щегольством, даже сидя на шофёрском облучке. Писатель отмечал, что все двадцать лет эмиграции Евгений Владимирович проработал водителем парижского такси, никогда не просил помощи и оставался порядочным человеком. Спустя три года Рощин узнал, что бывший лётчик умер 7 июня 1945 года.
Факт-справка: кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем стало местом упокоения многих русских эмигрантов — военных, учёных и деятелей культуры, оказавшихся за пределами России после революции и Гражданской войны.
Евгений Руднев внёс значительный вклад в становление военной авиации России, однако его имя надолго оказалось в тени. Судьба первого военного лётчика империи стала примером того, как стремительное развитие техники и катаклизмы эпохи могут оставить выдающегося профессионала без признания при жизни.
Ставьте лайк чтобы поддержать статью👍 и пишите свои мысли в комментариях!