Тридцать три года назад умер человек, который доказал, что японская литература — это не только сакура, самураи и печальные гейши. Кобо Абэ был тем редким автором, который умудрился напугать одновременно и западных интеллектуалов, и собственных соотечественников. Первых — потому что писал слишком по-японски. Вторых — потому что писал слишком не по-японски.
Если вы думаете, что знаете японскую литературу, потому что прочитали Мураками — у меня для вас новости. Кобо Абэ — это совсем другая история. Это как сравнивать газировку с абсентом. Мураками расскажет вам о джазе и котиках, а Абэ засунет вас в яму с песком и заставит смотреть, как вы медленно теряете человеческий облик. Приятного аппетита.
«Женщина в песках» — роман, который нобелевский комитет так и не решился наградить, хотя очень хотел. История проста как грабли: энтомолог приезжает собирать жуков, попадает в ловушку — песчаную яму с женщиной внутри, — и остаётся там навсегда. Звучит как завязка дешёвого хоррора? А вот и нет. Абэ написал притчу о свободе, которая оказалась самой депрессивной книгой о принятии своей участи. Главный герой сначала борется, потом смиряется, а в конце — внимание — находит в этой яме смысл жизни. И вот тут начинается настоящий ужас: а что, если мы все уже в своих ямах, просто песок помельче?
Абэ родился в Токио в 1924 году, но детство провёл в Маньчжурии — японской колонии на территории Китая. Это важно. Он с детства был чужаком: слишком японец для Китая, слишком колониальный для Японии. Отсюда главная тема всего его творчества — идентичность как иллюзия. Человек — это не то, что он думает о себе. Человек — это то, что от него осталось после того, как общество содрало с него все маски.
«Чужое лицо» — роман, который нужно прописывать всем, кто одержим своей внешностью в эпоху инстаграма. Учёный обжигает лицо в лаборатории и делает себе маску — настолько идеальную, что она становится его новой личностью. Звучит как сюжет для голливудского триллера? Джон Ву снял «Без лица» через тридцать лет, и там Траволта с Кейджем меняются рожами. Но у Абэ всё страшнее: его герой понимает, что лицо — это и есть он. Нет никакого «настоящего я» под маской. Есть только маска, и снять её — значит перестать существовать. Читать далее ->