Звонок в дверь. Мой бывший, Олег.
— Где Димка?
— В садике.
— Вот. — Он протянул мне конверт. — Алименты. Десять тысяч.
Я взяла.
— Всё, я пошёл.
Через неделю он снова пришёл. Я открыла дверь.
— Слушай, Настя. Я тут подумал. Ты же можешь эти деньги на себя тратить. На шмотки, там. Или ещё куда. А Димке что достанется?
— Олег, алименты — это на РЕБЁНКА. Я на еду, одежду, садик трачу.
— Ага. Ага. А я откуда знаю? — Он скривился. — Нет. Теперь по-новому. Я буду сам покупать Димке всё, что нужно. И давать ЕМУ деньги. Лично. В руки.
— Ему четыре года.
— И что? Пусть привыкает к деньгам. Я буду приходить, спрашивать: «Димка, что тебе нужно?». Он скажет. Я куплю. Или дам наличку. Ты вообще в стороне.
Я вздохнула.
— Хорошо. Давай попробуем.
Олег ухмыльнулся.
— Вот и правильно. Значит, алименты больше не плачу. Я всё сам.
Он ушёл, довольный собой.
Прошла неделя. Олег пришёл.
— Димка, сынок! — Он присел перед сыном. — Ну, говори. Что тебе нужно?
— Машинку! — обрадовался Дима.
— Какую?
— Красную! Большую!
— Окей. Сейчас. — Олег полез в телефон. — Так... Вот. Смотри. Эта?
— ДА!
— Заказываю. Завтра привезут.
Он посмотрел на меня победно.
— Видишь? Вот так и будет. Я — ребёнку. Напрямую.
— Олег, — сказала я. — А кто будет платить за садик?
— Ты. Это твоя забота.
— А за еду?
— Тоже ты. Ты же мать.
— А одежду?
— Ну... — Он замялся. — Если Димка попросит, я куплю.
— Ясно.
Он ушёл.
Прошёл месяц.
У Димы была куча машинок. Конструктор. Планшет (Олег решил, что «пацану надо в технике разбираться»).
Но:
— Садик не оплачен. Задолженность 12 тысяч.
— Одежду я покупала сама. Олег ни разу не пришёл с курткой или обувью.
— Еда, коммуналка, лекарства — всё на мне.
Дима болел. Нужны были антибиотики. Дорогие. 3500 рублей.
Я позвонила Олегу.
— Дима болеет. Нужны лекарства.
— Ну и? Лечи.
— Они дорогие. 3500.
— Настя, я же не врач. Я покупаю Димке игрушки. А лечить — это твоё дело.
— Олег, это РЕБЁНОК. Общий. Половина расходов — твоя.
— Я уже всё плачу! Я ему машинок на 15 тысяч купил!
— МАШИНОК?! А КТО ЕМУ ЕСТ ВАРИТ? КТО ЗА САДИК ПЛАТИТ?
— Ты мать, вот и плати!
Я положила трубку.
И на следующий день подала на алименты официально. Через суд. 25% от зарплаты.
Олег звонил, орал, угрожал.
— Ты же сама согласилась! Мы договорились!
— Договорились, что ты будешь ОБЕСПЕЧИВАТЬ ребёнка. А не игрушками засыпать.
Суд удовлетворил иск. Алименты: 18 тысяч в месяц (у Олега зарплата 72 тыс).
Через три месяца Олег снова пришёл.
— Настя... Давай вернём как было?
— Как было?
— Ну, я сам буду Димке покупать. Без этих алиментов. Мне же вычитают из зарплаты. Стыдно на работе.
Я усмехнулась.
— Олег, тебе стыдно платить за собственного сына?
— Да не в этом дело! Просто... Если я сам буду, мне контроль будет. Что куда идёт.
— Контроль? Хорошо. Давай проверим. Вот чеки. За три месяца.
Я открыла папку.
— Садик: 12 тысяч в месяц. Умножай на три — 36 тысяч.
— Еда: 8 тысяч в месяц. Итого 24 тысячи.
— Одежда: зимняя куртка 7 тысяч, ботинки 4 тысячи, шапка-шарф 2 тысячи. Итого 13 тысяч.
— Лекарства, врачи, витамины: 9 тысяч за три месяца.
— ИТОГО: 82 тысячи за три месяца.
Я посмотрела на него.
— Ты мне принёс алиментов 54 тысячи (18 x 3). Я добавила 28 тысяч из своих. Где твои машинки на 15 тысяч? Они сыну ужин не заменят.
Олег молчал.
— Но ты прав, — продолжила я. — Контроль нужен. Судебным приставам. Они теперь следят, чтобы ты платил вовремя. А я трачу на ребёнка. С чеками. Всё честно.
Он ушёл.
Больше никогда не предлагал «сам покупать».
Потому что понял: игрушки — это красиво. Но жизнь ребёнка — это еда, садик, врачи, одежда.
А это не видно. Зато ОЧЕНЬ дорого.
Почему многие отцы думают, что алименты = игрушки? Как объяснить, что ребёнок — это не только подарки?