Или почему «восковые фигуры» — это не просто wax statues Скажу сразу - это моя самая любимая композиция Короля и Шута. Вот почему я решил перевести именно её) Я знал: это не просто задача по лингвистике. Это вызов — сохранить поэтическую плотность, готическую атмосферу и ту самую русскую меланхолию, которую даже носители языка не всегда могут объяснить словами. Но зачем вообще переводить такую песню?
Потому что настоящий язык живёт не в учебниках, а в культуре. И если ты хочешь понимать английский глубоко — ты должен уметь передавать не только смысл, но и эмоциональный код оригинала. Особенно когда речь идёт о тексте, где каждая строчка — как гравюра на старом зеркале. Вот первая строчка: «Дремлет за горой мрачный замок мой» Буквальный перевод: “My gloomy castle dozes behind the mountain”.
Звучит… странно. «Dozes» — слишком уютно. А у КИШ — не уют, а томление. Поэтому я выбрал: “Gloomy castle sleeps, between mountains” «Sleeps» здесь — не сон, а неподвижность, оцепенение. Как в шексп