— Ты изде.ваешься? Валер, ты серьезно купил это корейское барахло? — Зоя брезгливо ткнула пальцем в коробку на столе.
Валера замер, не успев даже снять куртку. В руках он держал пакет с продуктами, из которого торчал батон.
— В смысле «барахло»? Хороший телефон, Зой. Мощный, камера отличная. Мне для работы удобнее, там софт специфический...
— Да плевать мне на твой софт! — она резко развернулась, звякнув золотыми браслетами. — Ты понимаешь, что мы завтра идем к Степановым?
У Артура и его жены — только последние «яблоки». А ты выложишь на стол этот позор?
Андроид покупают только неу..дачники и те, кому на статус наплевать. Ты меня позоришь, Валера. Просто позоришь!
Валерий даже растерялся, а жена продолжила:
— Выброси этот позор в помойку! Сейчас поедем нормальный гаджет тебе покупать. Если нужно, в кредит!
Они были вместе двадцать пять лет. Познакомились еще студентами. Валера помнил Зою другой. Той, что могла из одной курицы приготовить обед на три дня и умудрялась выглядеть королевой в платье, перешитом из старой маминой юбки.
— Валер, ну зачем нам вторая машина? — смеялась она лет семь назад. — Давай лучше эти деньги в ипотеку закинем, быстрее расплатимся.
А я на автобусе, мне не зазорно. Зато летом куда-нибудь поедем, детей к морю свозим.
Тогда всё было просто и понятно, жили, как и все — ипотека, подержанная иномарка, которую Валера сам ковырял в гараже по выходным, дача с вечными грядками, которые Зоя обожала.
Она тогда пекла такие пироги с яблоками, что соседи по лестничной клетке на запах заходили в гости.
Всё изменилось четыре года назад.
Сначала Зою пригласили в крупный холдинг — она была отличным финансистом, и её таланты наконец-то оценили по достоинству.
Зарплата взлетела втрое, и почти одновременно «выстрелил» бизнес Валеры — небольшая фирма по производству комплектующих для станков вдруг попала в струю импортозамещения, и заказы посыпались градом.
Деньги пришли не сразу кучей, а полноводной рекой.
— Слушай, Валер, — сказала она как-то вечером, листая каталог. — Я хочу нормальную духовку. И этот... как его... планетарный миксер. Чтобы тесто само месилось. Помнишь, я всегда хотела?
— Конечно, Зой. Бери лучший.
Он радовался за неё. Она заслужила — столько лет экономила на косметике и сапогах.
Миксер стал отправной точкой — за ним пошли кофемашины за сотни тысяч, какие-то навороченные грили, которыми она пользовалась два раза, а потом...
Потом Зоя просто перестала готовить.
— Мы сегодня ужинаем в «Облаках», — бросала она по телефону. — Там новый шеф из Франции. Дома отвратительно пахнет, вся одежда воняет котлетами.
Валера смотрел на сияющую, стерильную кухню, заставленную дорогущей техникой, и понимал, что что-то меняется… И в отнюдь не в лучшую сторону.
***
К старым друзьям Зоя остыла быстро.
Раньше они каждые выходные собирались у Сереги и Лены: шашлыки, гитара, разговоры до рассвета.
Серега был простым механиком, Лена — учителем начальных классов. И не было никакого классового разделения, им вместе было хорошо.
— Мы не пойдем к ним, — как-то отрезала Зоя полгода назад, когда Валера начал готовиться к выходным.
— Это еще почему? У Сереги день рождения, полтинник бахнул.
— Валер, ну о чем нам с ними разговаривать? О скидках в «Магните»? Или о том, как Лена перешивает старые шторы?
Они нищеброды! Я не хочу, чтобы меня видели в этой компании.
— Зой, ты чего? Мы же двадцать лет дружим! Дети наши в одной песочнице выросли.
— Вот именно, выросли. Слава богу, у наших детей теперь другой круг общения.
А Сережа твой... он как был в мазуте, так и остался. Не тяни меня на дно, пожалуйста.
В итоге Валера поехал один.
Весь вечер он чувствовал себя не в своей тарелке. Друзья смотрели на него с сочувствием, старались не спрашивать про Зою, но напряжение чувствовалось.
— Слышь, Валер, — шепнул Серега, когда они вышли покурить. — Твоя-то... совсем в стратосферу улетела?
— Да ладно тебе, Сереж. Работает много, устает.
— Устает она в бутиках, — хмыкнул друг. — Видели мы её пару раз в торговом центре… Ленка моя о таком и не мечтает…
Валера тогда отшутился, но слова друга запомнил.
***
Хуже всего было с детьми. Старшая, Алина, уже жила отдельно, заканчивала университет. Младшая, Варя, училась в одиннадцатом классе.
Валера однажды зашел в комнату к младшей — Варя сидела над учебниками, обложившись тетрадями. Вид у неё был замученный.
— Привет, Варь. Как подготовка?
— Пап, я не знаю, — она откинулась на спинку стула и потерла глаза. — Репетитор по химии говорит, что я могу не дотянуть до бюджета в меде. Нервничаю уж.асно.
— Прорвемся. Если что — на платное пойдем, не переживай. Главное — здоровье. Мама заходила сегодня?
Варя горько усмехнулась.
— Мама? Пап, она заходила спросить, почему я в этих «уж.асных трениках» хожу. Сказала, что ей стыдно перед курьером, который ей сумку привез.
Она даже не помнит, что у меня завтра пробный ЕГЭ.
Валера присел на край кровати.
— Ну что ты, Варь... Она просто...
— Пап, не надо её оправдывать. Ей всё равно. Она живет в своем мире, где есть только бренды, процедуры и её «статусные» подруги.
Мы для неё — декорации, которые портят картинку.
Валерий не успел ничего ответить — в прихожей раздался голос супруги.
— Валера! Ты где? Посмотри, что я купила! Это же лимитированная коллекция!
Валера вздохнул, поцеловал дочь в макушку и вышел. Жена стояла в коридоре, окруженная пакетами.
— Зой, — тихо сказал он. — Ты знаешь, что у Вари завтра пробный экзамен? Она на грани срыва. Она переживает, а от тебя поддержки никакой…
— Да всё она сдаст, не выдумывай, — Зоя даже не повернулась, вытаскивая из чехла шелковое платье. — У неё репетиторы лучшие в городе, я за них такие деньги плачу. Кстати, я на следующей неделе улетаю!
— Куда? Мы же вроде не планировали…
— На Бали. С девчонками из отдела маркетинга. Там какой-то невероятный ретрит в джунглях, обещают полный релакс!
— Зой, но сейчас же самый разгар, сезон. И у Вари выпускной через две недели...
— Я взяла отпуск за свой счет, — перебила она его, любуясь платьем перед зеркалом. — Я заслужила этот отдых. У меня выгорание. А на выпускной я успею. Не делай из меня мон..стра!
Валера стоял, прислонившись к косяку. Он смотрел на эту женщину и не видел в ней ту Зою, с которой они когда-то делили одну сосиску на двоих.
Перед ним была холеная, красивая незнакомка.
***
Он долго собирался с мыслями.
— Нам надо поговорить, — сказал он через два дня.
Был поздний вечер, Зоя лежала в маске для лица на кровати, листая ленту в телефоне.
— Только быстро, Валер. Мне завтра к косметологу к восьми. Я лечь собралась.
— Зоя, что с тобой происходит? — он сел рядом. — Мы перестали общаться, ты детей не видишь, ты друзей наших старых грязью поливаешь.
Тебя только шмотки волнуют и Бали этот д..рацкий!
— Началось... — она закатила глаза. — Опять эта песня. Тебе что, денег жалко?
— Дело не в деньгах! — заорал он. — Плевать мне на деньги! Я жену свою теряю!
Ты посмотри на себя — ты же на людей как на му.сор смотришь. Те, кто беднее тебя, для тебя не существуют.
Ты Варе даже «удачи» не пожелала перед экзаменом!
Зоя медленно села на кровати, сняла маску.
— Знаешь что, Валера? Я слишком долго жила в нищете, я слишком долго считала копейки и ходила в обуви с рынка.
Теперь я могу себе позволить нормальную жизнь. И если тебе это не нравится — это твои проблемы.
Я не собираюсь возвращаться в ту ды..ру, из которой мы вылезли.
Если ты хочешь дружить с автослесарями и покупать дешевые телефоны — делай это без меня. Не позорь мой статус.
— Статус? — Валера горько рассмеялся. — Какой статус, Зоя? Мы с тобой — обычные люди, которым просто повезло заработать.
Твой статус — это мыльный пузырь.
Если завтра всё рухнет, кто у тебя останется? Твои подружки? Они забудут твое имя через пять минут!
— Не выдумывай, — холодно бросила она и снова легла. — Разговор окончен. Иди спать на диван. Мне мешать не надо!
Валера вышел на балкон.
Ночной город шумел внизу, переливаясь огнями. Он достал си..гарету — не курил уже лет пять, но сейчас руки зудели.
Он вспомнил их свадьбу. Маленькое кафе, Зоя в платье, которое они купили вскладчину с родителями.
Она тогда шепнула ему на ухо:
— Валерка, мне с тобой хоть в шалаше, лишь бы ты рядом был.
Он тогда верил. И она верила…
А теперь... Теперь у них был трехэтажный «шалаш» с дизайнерским ремонтом, а счастья это не приносило...
На балкон вышла младшая дочь.
— Пап? Ты чего не спишь?
— Да так, Варь. Воздухом дышу.
Она подошла и обняла его за талию, прижавшись щекой к плечу.
— Она не поедет на мой выпускной, да? — тихо спросила дочь.
— Почему ты так решила? Сказала же, что успеет.
— Пап, не обманывай меня. Она уже забронировала отель на Бали на три недели. Я видела вкладку у неё в ноутбуке. Она даже не смотрела, когда у нас вручение аттестатов.
Валера почувствовал, как сердце сжалось в тугой комок. Он гладил дочь по волосам, а в голове крутилась только одна мысль: как они до этого дошли?
***
Утром Зоя уехала. Еще до того, как Валера проснулся. На кухонном острове осталась записка:
«Улетела раньше, нашлись билеты в бизнес-класс на удобное время. Не скучайте».
Валера проснулся, умылся, сел завтракать. Телефон на столе пискнул — пришло сообщение от Алины, старшей дочери:
«Пап, привет. Мама опять звонила, Сеньку моего обзывала. Скажи ей, чтобы она перестала. Как вы там?»
Валера долго смотрел на экран, а потом отбил:
«Поговорю. Хорошо у нас все, доченька».
А потом он набрал номер своего заместителя.
— Алло, Паш? Слушай, я на неделю возьму отпуск. Да, прямо сейчас. Нужно кое-какие дела решить. Личные.
Он прошел в комнату Вари — дочка спала, уткнувшись носом в подушку.
На столе лежали учебники по химии. Валера вернулся, сел за свой рабочий стол и открыл ноутбук.
Он нашел небольшой санаторий в Карелии, куда они когда-то хотели поехать всей семьей, но всегда не хватало то времени, то денег.
Путевки купил для себя и дочки. Они отдохнут вдвоем. Вот сразу после выпускного и рванут.
А с женой он разведется сразу же, как она вернется. Пусть живет теперь так, как ей нравится.