Найти в Дзене
Субъективный путеводитель

Ош. Смотрим на Южную столицу Киргизии с высоты

Отличные виды на Ош, южную столицу Киргизии, открываются из окна гостиницы "Ош-Нуруу" (типовой советский "Интурист" на главной площади), где мы ночевали вторую ночь. Вид из торцевого окна на восток предельно скучен - одноэтажный зелёный город без явных доминант. Мрачный двор в середине кадра - СИЗО, возможно частью ещё царских времён. А зубчатые опалённые горы на заднем плане - это коротенькая (десяток километров) гряда Кырташтау, чья высшая точка (1545м) уже в Узбекистане. Сулейман-гора хотя и стоит одиноко, но явно продолжает эту гряду: Вид на северо-восток. В Оше есть и советский микрорайон с целой одной новостройкой, а за ним промзона с ТЭЦ и непременными в Ферганской долине хлопкоперерабатывающими фабриками. А о жизни в ошских пятиэтажках (не знаю, правда, этих ли) хорошо написал только что вернувшийся оттуда Сергей Новиков: Кварталы вокруг мечети Аль-Бухари безлики и колоритны одновременно. Это не махалли неопределённого возраста, а поздняя советская застройка. В каждой такой

Отличные виды на Ош, южную столицу Киргизии, открываются из окна гостиницы "Ош-Нуруу" (типовой советский "Интурист" на главной площади), где мы ночевали вторую ночь. Вид из торцевого окна на восток предельно скучен - одноэтажный зелёный город без явных доминант.

Мрачный двор в середине кадра - СИЗО, возможно частью ещё царских времён. А зубчатые опалённые горы на заднем плане - это коротенькая (десяток километров) гряда Кырташтау, чья высшая точка (1545м) уже в Узбекистане. Сулейман-гора хотя и стоит одиноко, но явно продолжает эту гряду:

Вид на северо-восток. В Оше есть и советский микрорайон с целой одной новостройкой, а за ним промзона с ТЭЦ и непременными в Ферганской долине хлопкоперерабатывающими фабриками. А о жизни в ошских пятиэтажках (не знаю, правда, этих ли) хорошо написал только что вернувшийся оттуда Сергей Новиков:

Кварталы вокруг мечети Аль-Бухари безлики и колоритны одновременно. Это не махалли неопределённого возраста, а поздняя советская застройка. В каждой такой брежневке всего четыре этажа - на стыке Ферганской долины с горными хребтами редко строили выше, опасаясь землетрясений. Изначально эти дома были похожи друг на друга как братья-погодки из бедной семьи - неказистые с виду, но аккуратные и сдержанно нарядные. С годами, когда СССР уже не было, а город стал обазариваться и окишлачиваться, похожесть стала другой - ошские четырёхэтажки как по команде обросли садами и виноградниками, спутниковыми тарелками и фантастическим самостроем.
В Оше я не родился и не вырос, но узнаЮ здесь дворы моего детства. Тут, как и 25 лет назад, двери подъездов открыты нараспашку - жильцы ещё не думают о домофоне и подобных ему символах отчуждения. Здесь по-прежнему ходят в гости к соседям и не боятся выпускать детей на улицу. А сами они, чумазые и счастливые, с первобытным азартом играют в футбол или соревнуются в меткости, стремясь выбить бараньей костью горку камней, под которыми положена бумажка в 50 или 100 сомов.

-2

В той же стороне, но гораздо ближе - Почётное консульство России, которое отмечает знакомый флаг. Кстати, здание явно какое-то интересное, причём единственная сталинка за Ак-Буурой - знать бы, что тут было до распада СССР.

-3

И наконец почти строго на севере Сулейман-гора, совершенно меняющая обыденный пейзаж. По киргизским меркам она невысока - всего 1172 метра над уровнем моря, но выглядит она не совсем горой, а скорее полуразрушенным дворцом или храмом из оплывшей туркестанской глины, и потому кажется грандиозной - полтора километра в длину, метров двести над городом...

Её вершины, справа налево: Тахты-Сулейман (Трон Соломона) или Буура-Тоо (Верблюд-гора), Шор-Тоо (Солёная гора), Каттама-Тоо (Слоистая гора, едва просматривается чуть левее - она как бы в стороне от других вершин), Рушан-Тоо (самая высокая) и Ээр-Тоо (Седло-гора) на отшибе.

-4