Есть в нашем культурном коде один прекрасный сюжет.
Женщина рожает ребенка. И в тот же миг ее прежняя личность — с желаниями, страхами, глупостями и гениальными прорывами — растворяется. Как сахар в чае.
Остается только функция. «Мать». С большой буквы «М» и вечным огнем самопожертвования в груди.
Вас тоже от этой сказки тошнит? Отлично. Значит, вы еще живы где-то внутри.
Как выглядит эта аскеза на практике? Банально до зевоты.
Вы выходите из дома без коляски. Спускаетесь по подъезду. Соседка, та, что вечно пахнет котиками и осуждением, цокает языком: «Ой, одна? А дитё-то где?» Её тон говорит яснее любых слов: Бросила. Эгоистка.
Вы хотите пойти на курсы. Или просто в кино. В голове тут же включается сирена: «Я плохая мать. Потому что хочу побыть не матерью. Хочу побыть… собой. Кем бы это ни было».
Личное время?
Что вы, это роскошь. Это все равно что швабре требовать отпуск. Вы — инструмент. Ваша внешность? «Да какая разница, муж же любит... Наверное...». Мечты? «Вот дети подрастут…».
Ага. Как же. Они подрастут и увидят перед собой выжженное поле. Им будет нечего наследовать, кроме вашей усталости.
И самое мерзкое — героизация этого выгорания. «Ах, она совсем не спит, всё для детей!». Ей ставят памятник из слов. Пока она тихо сходит с ума у себя на кухне. Прекрасный сюжет.
Тупик. Он пахнет детской присыпкой и отчаянием.
Моя клиентка, назовем ее Катя. 40. Двое детей. Умная, ироничная. Пришла с одним запросом: «Как не срываться на детей?».
А через 20 минут выдала: «Я как загнанная лошадь. Люблю их безумно. Но иногда смотрю и чувствую… пустоту. И раздражение. И потом ненавижу себя за это».
Она потеряла себя. Полностью. Её жизнь — это обслуживание чужих процессов: уроки, кружки, больницы, готовка, уборка.
С*кс — из чувства долга перед мужем. Мысли — один сплошной список из гадо и должна.
Интеллект, когда-то блестящий, теперь считает памперсы в пачке.
Творчество? Ха. Какое творчество. Она — администратор детства. Её личность — это архивированная папка на жестком диске под названием «До Детей».
Риск? Огромный. Депрессия. Соматика. Болезнь как последний, отчаянный способ тела выбить себе хоть какой-то отпуск.
Что она делает? Логичное! Углубляется в роль.
Становится суперматерью. Лепит поделки из пластилина не 3 раза в неделю, а каждый день. Шьет карнавальные костюмы вручную, хотя магазин в пяти минутах. Отказывается от помощи свекрови: «Нет-нет, я сама, я же мать!». Она закапывает себя в долг материнства с такой скоростью, что скоро не увидит свет.
Почему же даже детям становится хуже?
Очень просто. Истощенный источник не может дать чистую воду. Эмоционально выгоревшая, загнанная в угол женщина не может дать детям радость, спокойствие, уверенность. Она может дать только раздражение, вину и сценарий будущего выгорания. Вы не можете отдавать то, чего у вас нет. А у нее — уже давно ничего нет. Кроме долга. И вечной усталости...
Что реально помогает? Саботаж системы.
Признать крамолу: быть человеком, а не мамой 24/7 — не преступление. Это — необходимое условие.
Волевой акт номер один: выделить два часа в неделю. Только себе. И защитить их как неприкосновенный запас.
Это не «если постираю и приготовлю ужин на три дня вперед». Это — «потому что я так решила. Точка».
В эти два часа вы не «мама». Вы — та, кто любит рисовать акварелью. Или спать. Или смотреть глупые сериалы. Или учить итальянский. Да что угодно!
Найти хобби, не имеющее отношения к семье. Это не побег. Это — восстановление субъектности. Напоминание: я существую отдельно. У меня есть желания. Я — не только функция.
Что происходит в кабинете психолога? Откапываем личность.
Мы не говорим о детях. Первые десять минут — под запретом. Мы говорим о ней. «Кто ты, кроме «мамы Кати»? Что тебя бесило и радовало в 25? О чем ты мечтала, когда не думала, что это надо согласовывать с графиком прививок?»
Часто под толстым слоем усталости мы находим яркую, амбициозную, дерзкую личность. Ее просто засыпало пеплом повседневности. Мы начинаем её откапывать. По крупице.
Затем — работа с главным тормозом: виной. Мы раскладываем её по полочкам. Показываем её деструктивную механику: вина съедает вашу энергию, делает вас несчастной, а значит — и ваших детей. Разрушительная штука.
Потом — практика делегирования. Доверить мужу уложить детей, не стоять при этом над душой. Позволить бабушке накормить их пельменями, а не брокколи на пару. Это не безответственность. Это — акт воли и доверия миру. Вы отпускаете тотальный контроль. И дышите.
Наконец-то.
Она открывает простую и шокирующую формулу. Счастливая, реализованная, имеющая выбор мать — не только подарок себе.
Это — лучший подарок детям. Они растут рядом с цельным человеком, а не с святой мученицей на алтаре родительского долга. Они видят, что у женщины есть лицо, а не только затылок, склонившийся над плитой.
Вы — не только лодка, которая везет их через бурное море детства.
Вы — тоже море. Со своими течениями, бурями и бризами. Со своей жизнью.
Перестаньте быть береговой линией для других. Станьте материком. Со своими вулканами, пустынями, городами и заповедниками. Это куда интереснее. Для всех.
А если нет — что ж.
Продолжайте быть святой. И готовьтесь к канонизации посреди кухни в три часа ночи.
Это скучно. Поверьте.