Всем ушедшим.
С вoúны они привезли несколько дырок, несколько железок, внезапную раздражительность по пустякам и мат.
Скоро от радости от радости домашних осталась повседневность, смутная тревога сестры, да напряжённая лёгкая усталость от висящей фоном звонкой тишины: "Не уйдут? Опять..."
Уйдут. Обратно. К своим. От своих.
Всем ушедшим.
Память ныла как старая рана -
Не смей забывать, ещё рано! -
Ещё рано думать о мирном,
Ещё слышно в трескучем эфире:
Не закрывай мне глаза! Ещё рано!
Ещё успеется, не убит, подранок.
Ещё толчками пульсирует слабо
Желание жить. Поминается мама,
Мысли сумбурные вьются стаями,
Хочется пить, на губах растаяли
Снежинками чистыми воспоминания...
Сон, забытьё, рассвет полощется,
Вспомнился Визбор. И его молошница.
Улыбнулся себе. Мысли странные.
Пора вставать. Всё решено. Заранее.
С вoúны они привезли несколько дырок, несколько железок, внезапную раздражительность по пустякам и мат.
Вскоре от радости от радости домашних осталась повседневность, смутная тревога сестры, да напряжённая лёгкая усталость от висящей фоном звонкой тишины: "Не уйдут? Опять..."
Уйдут. Обратно. К своим. От своих.
В ночи стихает топот смысловых галлюцинаций.
Ушли.
Каждому - своё место.
Даст Бог - свидимся.