Найти в Дзене

Цифровой призыв: Почему "авось" больше не работает

Материал носит информационный характер. Автор не призывает к нарушению законодательства РФ. Все советы касаются легальных способов действий в рамках закона. С 1 января призыв в армию стал непрерывным. Раньше была иллюзия сезонности: весна, осень, перерыв. Можно было планировать, искать лазейки, надеяться. Теперь — конвейер. 261 тысяча человек за год, равномерно, методично, как на заводе. План без простоев. Интересно, вы ведь и правда думали, что в эпоху нейросетей и квантовых болтовней механизм государственного принуждения останется тем же совковым недотёпой в потёртой форме? Тот, которого можно было переждать, переехав на пару месяцев к тёте в деревню или просто «не получив» бумажку с орлом? Какой трогательный анахронизм. Историческая справка, если кто забыл, как устроена эта карусель В лихие 90-е откупались. В жирные нулевые уезжали «учиться» и растворялись в бескрайних торговых центрах новой жизни. В начале 2020-х наивно кликали «игнорировать» на цифровом уведомлении, веря, что серв
Ваша очередь: 47%. Система не ошибается. Иллюстрация: Шедеврум.
Ваша очередь: 47%. Система не ошибается. Иллюстрация: Шедеврум.

Материал носит информационный характер. Автор не призывает к нарушению законодательства РФ. Все советы касаются легальных способов действий в рамках закона.

С 1 января призыв в армию стал непрерывным. Раньше была иллюзия сезонности: весна, осень, перерыв. Можно было планировать, искать лазейки, надеяться. Теперь — конвейер. 261 тысяча человек за год, равномерно, методично, как на заводе. План без простоев.

Интересно, вы ведь и правда думали, что в эпоху нейросетей и квантовых болтовней механизм государственного принуждения останется тем же совковым недотёпой в потёртой форме? Тот, которого можно было переждать, переехав на пару месяцев к тёте в деревню или просто «не получив» бумажку с орлом? Какой трогательный анахронизм.

Историческая справка, если кто забыл, как устроена эта карусель

В лихие 90-е откупались. В жирные нулевые уезжали «учиться» и растворялись в бескрайних торговых центрах новой жизни. В начале 2020-х наивно кликали «игнорировать» на цифровом уведомлении, веря, что серверы Минобороны глючат чаще, чем ваш смартфон. В 2026-м вам выкатят полный набор последствий, собранный, как конструктор «Лего», из всех предыдущих эпох. Только детали теперь скреплены не советским «авось», а безупречным цифровым клеем. Никаких отверток.

Государство отладило механизм сбора налогов, штрафов, призыва. Эти процессы автоматизированы и работают без сбоев. Налоги собираются в полуавтоматическом режиме. Штрафы выписываются роботами. Призывники находятся по цифровому следу, оставляемому вами же при каждом чихе в интернете. Система стала эффективной именно там, где государству это критически важно.

Что делать в условиях этой новой, стерильной точности?

Первое. Выбросьте из лексикона заскорузлое «авось пронесёт». Не пронесёт. Конвейер не знает праздников. Он лишь методично движется, а вы для него — ни сын, ни студент, ни человек. Вы — запись в таблице. Устаревшая, если не обновлена, и подлежащая немедленной синхронизации, то есть явке.

Второе. Легальные отсрочки работают по закону: учёба, здоровье, семейные обстоятельства. Все основания проверяются через межведомственные базы данных. Если есть законные основания — используйте сразу, документально, без самодеятельности. Поддельная справка — это лёгкий запрос к межведомственной базе. Ответ приходит мгновенно, а вместе с ним — уголовное дело. Система больше не дремлет. Она вычисляет.

Третье. Цена. Игнорирование повестки дороже службы. Оно парализует не тело, а социальное существо. Заблокированный счёт — это не абстракция. Это ваша зарплата, которую вы видите, но не можете потрогать. Это ипотека, которую нечем платить. Это невозможность продать квартиру, потому что нотариус, этот жрец нового времени, получит стоп-сигнал из системы раньше, чем вы достанете паспорт. Год в армии или вечный цифровой домашний арест, при котором вы свободно ходите по улицам, но мёртвы для общества. Выбор, если это можно так назвать, становится примитивным: отдать год или превратиться в призрака в цифровой матрице.

Четвёртое. Ирония в том, что единственный способ сохранить себя — это добровольно в себя встроиться. Подготовьтесь. Физически — как готовились к трудозатратам в те же 90-е: без сантиментов, чисто для выживания. Юридически — соберите документы, как собирали банки с тушёнкой перед дефолтом: без веры в систему, но с пониманием её формальных требований. Психологически — примите, что эта машина не ломает людей. Она лишь сдирает покровы цивилизации и обнажает тот психический материал, что был внутри. Если внутри слабость — она её обнажит. Если стойкость — отшлифует до блеска. Армия — всего лишь увеличительное стекло.

Пятое. Не верьте в сбой. Эта система проектировалась не для удобства, а для безотказности. Круглогодичный призыв — это не эксперимент. Это итог. Финал многолетнего пути по оцифровке долга гражданина перед государством. Там, где нельзя заставить полюбить, можно гарантированно призвать. И это сделано.

Финал

Возмущайтесь. Не соглашайтесь. Считайте это верхом несправедливости. Пока вы это делаете, конвейер, не обращая внимания на шум, продолжит движение. Каждое ваше «да я подам в суд» или «это незаконно» для него — просто фоновая вибрация, не влияющая на ритм.

Они забирают год. Игнорирование повестки забирает будущее по частям: платёжеспособность, мобильность, легальность существования. Выбор всегда сводится к одному: осознанно встроиться в предложенные рамки или быть раздавленным ими, превратив свою жизнь в перманентный, унизительный и абсолютно бесперспективный акт сопротивления одной кнопке на сервере.

В этом и есть главный исторический урок, который мы, кажется, так и не выучили: технологии меняют не суть процессов, а лишь скорость и неотвратимость их исполнения. «Авось» перестал работать, когда вашу фотографию из паспорта связали с номером телефона, банковской картой и адресом прописки. Система знает про вас всё. И ждать, что вас "не найдут", — это уже не наивность. Это глупость.

Сергей Воронцов

Канал: «Практический цинизм»

21 января 2026 года. Санкт-Петербург