На эту капельницу с нашим спаниелем вместо мамы пришлось идти мне. Раньше я никогда в ветеринарных клиниках не была, но мама сказала, что ничего страшного в этом нет, и что это даже забавно. Ага, конечно, очень смешно.
Сначала, под удивлённые взгляды других хозяев и посетителей клиники, я безуспешно пыталась затащить пса на порог. Он, будто почувствовав неладное, расстопырил лапы, вцепился ими в порог, и даже попытался вгрызться зубами в коврик. После отчаянной, но непродолжительной борьбы, мне все-таки удалось его затащить внутрь. Я, стараясь сохранять невозмутимый вид, села ждать вызова, а пёс тут же забился под ближайший стул. Когда пришло наше время, я с трудом вытащила его оттуда вместе с целым рядом пластиковых стульев, оставив на полу глубокие царапины от его когтей. В кабинете, оказавшись на столе, бедная собака спрятала голову у меня подмышкой и начала дрожать всем телом. Медсестра никак не могла попасть ему в вену, брызнула кровь, и тут уже я почувствовала, что теряю сознание, и провалилась в обморок. А когда врач попытался привести меня в чувство, мой пёс, который до этого трясся от страха, вдруг проявил чудеса храбрости и цапнул врача за руку, когда тот хлопал меня по щекам.
Собаку тут же связали, а меня выставили за дверь, чтобы не мешала. Но даже сквозь стекло я видела, как моё бедное животное смотрит на меня такими грустными глазами, что я чуть не расплакалась. А потом он вдруг начал скулить. Сначала тихо, жалобно, а потом всё громче и громче, пока его вой не разбудил всех зверей, спящих в клетках за стенкой. Видимо, чтобы прекратить этот собачий концерт, мне дали понюхать нашатырь и вернули к моему четвероногому другу. Он, уткнувшись своей мокрой мордой мне подмышку, стоически перенёс капельницу и все последующие болезненные уколы. А пока я расплачивалась за процедуры, этот уже окончательно пришедший в себя обормот успел обскакать весь кабинет, обрычать на весь персонал и чуть ли не вылизать до дыр пол. После чего он поволок меня, свою немного пришедшую в себя, но всё ещё бледную хозяйку, прочь из клиники.
С тех пор прошло уже несколько лет. Пёс мой возмужал, оброс шерстью и наглостью, но в ветеринаррную клинику так и не захотел возвращаться. Зато я научилась делать ему уколы на дому, отличать симптомы болезней и оказывать первую помощь. И, пожалуй, стала немного лучше понимать своего четвероного друга.
## История вторая. "У страха глаза велики, или как я проходила боевое крещение в ветеринарной клинике"
В тот день мне пришлось заменить маму и отправиться с нашим спаниелем в ветеринарную клинику на капельницу. Раньше я никогда не бывала в подобных местах, но мама уверила меня, что ничего страшного там нет, и что это даже может быть забавно. Как же она ошибалась!
Уже на подходе к клинике я поняла, что "забава" будет не из лёгких. Пёс, словно предчувствуя неприятности, намертво вцепился всеми четырьмя лапами в асфальт и отказывался двигаться с места. Пришлось применить немало усилий, чтобы стащить его с места и буквально затащить в помещение клиники. Пока я, тяжело дыша, пыталась отдышаться и сохранять подобие спокойствия, пёс юркнул под ближайший стул и забился там, дрожа всем телом.
Когда нас вызвали в кабинет, началась настоящая пытка. Пёс, скуля и сопротивляясь, не давался в руки медсестре. Та, пытаясь попасть иглой в вену, несколько раз промахнулась, и кровь брызнула во все стороны. Зрелище оказалось не для моих нежных нервов, и я почувствовала, что теряю сознание. Последнее, что я помню, это как оседаю на пол, а меня кто-то пытается привести в чувство.
Очнулась я от резкой боли в щеке. Открыв глаза, увидела над собой перепуганного врача и разъярённого пса, который, видимо, решил, что его хозяйку обижают, и вцепился доктору в руку. Поднялся невообразимы гвалт. Пса скрутили и увели в другую комнату, а меня, бледную и дрожащую, выставили за дверь.
Сидя в коридоре, я чувствовала себя ужасно виноватой перед своим питомцем. Сквозь стекло я видела его испуганные глаза и слышала жалобный скулёж. Сердце моё разрывалось от жалости. Спустя какое-то время меня снова позвали в кабинет. Пёс, увидев меня, немного успокоился, но продолжал дрожать. Я гладила его, успокаивала и шептала всякие нежности, пока медсестра ставила ему капельницу.
Процедура длилась целую вечность. Я боялась пошевелиться, чтобы не напугать пса и не спровоцировать новый приступ агрессии. Наконец, капельница была поставлена, и мы, измученные и изнервничавшиеся, покинули злополучную клинику.
Дома я долго обнимала своего питомца, прося прощения за пережитый им стресс. Пёс, словно понимая мои чувства, лизал мне руки и тыкался мордой в колени. В тот день я поняла, что любовь к животным - это не только радость и умиление, но и большая ответственность и готовность к любым трудностям. И хотя поход в ветеринарную клинику едва не закончился для меня обмороком и нервным срывом, я ни на секунду не пожалела о том, что пошла туда вместо мамы. Ведь кто, если не я, мог поддержать и успокоить моего четвероногого друга в трудную минуту?
## Третья история. "Капельница для спаниеля или как я стала врагом ветеринаров"
Поход в ветеринарную клинику с нашим спаниелем на капельницу стал для меня настоящим испытанием. Мама, не имея возможности пойти сама, отправила меня, наивно полагая, что в этом нет ничего сложного, и что это даже может быть весело. Как же она ошибалась!
Началось всё ещё у входа в клинику. Пёс, почуяв неладное, ни в какую не хотел переступать порог. Он упирался всеми четырьмя лапами, рычал и пытался вырваться. С трудом мне удалось затащить его внутрь, где он тут же забился под ближайший стул, дрожа всем телом.
В кабинете ветеринара началась настоящая вакханалия. Пёс, испуганный до смерти, не давался в руки медсестре, кусался и вырывался. Та, пытаясь зафиксировать его, случайно уколола его слишком сильно, и кровь брызнула фонтаном. Я, увидев это, почувствовала, что теряю сознание, и рухнула на пол.
Очнулась я от резкого запаха нашатыря и громкого лая. Открыв глаза, я увидела, что пёс, воспользовавшись моей слабостью, вырвался на свободу и носится по кабинету, сметая всё на своём пути. Врач и медсестра, пытаясь его поймать, натыкались на стулья и столы, роняя инструменты и лекарства. Я, с трудом поднявшись на ноги, попыталась помочь, но только мешала под ногами.
В конце концов, общими усилиями нам удалось поймать беглеца и вернуть его на стол. Однако, капельницу поставить так и не удалось. Пёс был слишком возбуждён и продолжал кусаться. Врач, махнув рукой, посоветовал нам вернуться в другой день, когда пёс будет более спокоен.
Выйдя из клиники, я чувствовала себя совершенно разбитой. Пёс, словно понимая мою усталость, прижался ко мне и лизнул в щёку. В тот момент я поняла, что люблю его больше всего на свете, и готова на всё, чтобы ему помочь.
Дома я долго успокаивала своего питомца, гладила его и говорила ласковые слова. Вскоре он уснул у меня на руках, а я сидела рядом и смотрела на него, думая о том, как сильно мне повезло, что у меня есть такой верный и преданный друг.
Этот поход в ветеринарную клинику стал для нас настоящим испытанием, но он также показал, как сильно мы любим друг друга.
И хотя я зареклась когда-либо ещё переступать порог этого заведения, я знаю, что всегда буду рядом со своим псом, чтобы поддержать его и защитить от любых неприятностей.
С тех пор прошло уже много времени. Пёс мой вырос и возмужал, а я стала более опытной и уверенной в себе. Мы вместе пережили много приключений и трудностей, но наша любовь и дружба стали только крепче. И хотя я до сих пор с содроганием вспоминаю тот день в ветеринарной клинике, я понимаю, что он сделал нас только сильнее и сплочённее.
