Это было утро понедельника. Серое, вязкое, как холодный кофе. Я опаздывал на встречу с клиентом на Таганке. Вышел из дома позже обычного, потому что до ночи дописывал презентацию. В голове крутились цифры, сроки и фразы, которые нужно было сказать, чтобы выглядеть уверенно. В такие моменты весь мир сужается до одного: успеть.
На остановке стояла очередь. Автобус уже подошёл, но водитель почему-то не открывал двери. Люди начинали нервничать. Кто-то постукивал ногой, кто-то громко вздыхал. Обычное утреннее раздражение, которое все считают нормой.
Рядом со мной стоял пожилой мужчина. Лет семьдесят, не меньше. В руках у него был небольшой пакет и старая папка с бумагами. Он всё время смотрел на часы, как будто боялся, что они его подведут.
- Что-то долго, - буркнул я, больше в никуда, чем ему.
- Да, - тихо ответил он. - А у меня сегодня приём в онкоцентре. Не хотелось бы опоздать.
Слово «онкоцентр» прозвучало так спокойно, что я сначала даже не понял. А потом будто кто-то резко убрал фоновый шум из головы. Все мои переживания про презентацию и клиента вдруг стали маленькими и почти смешными.
- Извините, - сказал я. - Вы туда едете?
- Да. Третий корпус. С девяти принимают, - он снова посмотрел на часы. - Если опоздаешь, потом могут и не пустить.
Автобус всё ещё стоял. Люди начинали возмущаться громче. Какая-то женщина ругалась на водителя через стекло. Мужчина рядом со мной молчал. Просто ждал.
- Вы часто туда ездите? - спросил я.
- Уже полгода, - он пожал плечами. - Привыкаешь. Сначала страшно. Потом просто устаёшь.
Простые слова. А внутри будто что-то сжалось. Полгода жить между анализами, врачами и ожиданием - и при этом вот так стоять на остановке, как все, и переживать, чтобы не опоздать.
Наконец двери открылись. Толпа рванула внутрь. Люди толкались, как будто от этого зависела их судьба. Я инстинктивно тоже шагнул вперёд. И тут заметил, что тот мужчина остался сзади. Его просто оттеснили.
Я обернулся.
- Проходите, - сказал я, придерживая дверь.
Он посмотрел на меня с удивлением, будто такого не ожидал.
- Спасибо.
Мы зашли. Автобус тронулся. Люди вокруг продолжали говорить о своих делах: кто-то про отчёты, кто-то про детей, кто-то про ремонт. Обычная жизнь. И в ней - человек, который едет бороться за свою.
Мы стояли рядом. Он держался за поручень, я - за спинку сиденья.
- Знаете, - вдруг сказал он, - самое странное не то, что ты можешь умереть. Самое странное, что все вокруг живут, будто этого не существует.
Я не знал, что ответить.
- Я раньше тоже так жил, - продолжил он. - Всё откладывал. Поездки, разговоры, встречи. Думал: «Потом». А теперь понял, что «потом» - очень ненадёжное слово.
И тут меня осенило: мы планируем жизнь так, будто нам гарантирован бесконечный запас времени. Будто всегда можно перенести важный разговор, объятие, звонок родителям на завтра или на следующий месяц.
Мы доехали до его остановки. Он медленно пошёл к выходу. Перед тем как выйти, обернулся.
- Спасибо, что пропустили тогда. Иногда такие мелочи напоминают, что ты ещё здесь.
До сих пор помню, как он стоял на тротуаре с папкой под мышкой, пока автобус уезжал. Я смотрел ему вслед и чувствовал, как внутри что-то смещается.
Я опоздал на встречу на пятнадцать минут. Клиент был недоволен. Но, странное дело, мне было уже всё равно. Потому что где-то в этот момент я понял гораздо более важную вещь.
Урок: время - это не то, что у нас есть. Это то, что у нас ещё не отняли. И тратить его стоит на то, что действительно имеет значение.