Я села за стол и посмотрела на мужа. Он уткнулся в телефон, даже не поднял голову.
– Игорь, может, сегодня куда-нибудь поедем? Дети весь вечер вчера просили в парк.
– Занят.
– Ты всегда занят. Это выходной день.
Он наконец оторвался от экрана, посмотрел на меня так, будто я предлагала полететь на Луну.
– Лена, у меня дел полно. Не могу же я всё бросить и носиться по твоему хотению.
Я сжала ложку. Полина с Артёмом сидели рядом, смотрели на нас широко открытыми глазами. Сын потянул отца за рукав.
– Пап, а поиграешь со мной в машинки?
– Потом, Тёма. Устал очень.
Полина отодвинула тарелку с кашей.
– Пап, ну пожалуйста...
– Я сказал – потом!
Игорь встал из-за стола и ушёл в комнату. Дверь за ним закрылась. Я посмотрела на детей, попыталась улыбнуться.
– Доедайте, потом пойдём гулять вдвоём.
В офисе я рассказала Оксане о том, что творится дома. Подруга слушала, качала головой.
– Подожди, но ведь он же сам сказал три месяца назад, что хочет сохранить семью?
– Говорил. В октябре. Я тогда обрадовалась, подумала, что всё наладится. Мы поговорим, вернём то, что было раньше.
– И что изменилось с тех пор?
Я вздохнула, отпила кофе из кружки.
– Ничего. Точнее, стало хуже. Он перестал со мной разговаривать вообще. Раньше хотя бы спрашивал, как день прошёл. Теперь приходит, ужинает и уходит в другую комнату. Спать переселился на диван в гостиной. Говорит, рано встаёт, не хочет меня будить.
– А с детьми?
– Почти не общается. Вечно занят. На выходных тоже. Будто его в доме нет.
Оксана задумалась.
– А деньги приносит? Обеспечивает вас?
– Да, с этим всё нормально. Переводит на общий счёт каждый месяц, не задерживает. Продукты покупает, если попрошу. Но это же не семья, Ксюш. Это какое-то сожительство.
– Поговори с ним ещё раз. Прямо.
Я так и сделала. Вечером, когда дети легли спать, я прошла в гостиную. Игорь лежал на диване с телефоном.
– Нам надо поговорить.
– О чём?
– О нас. Ты сказал, что хочешь сохранить семью. Но ты меня вообще видишь? Детей видишь?
Он положил телефон на грудь, посмотрел на меня.
– Я работаю. Приношу деньги. Обеспечиваю вас. Что ещё нужно?
– Игорь, семья – это не только деньги!
– А что? Театральные представления каждый вечер устраивать? Обниматься, целоваться, делать вид, что всё прекрасно?
– Хотя бы разговаривать! Проводить время вместе! С детьми общаться!
Он встал, раздражённо провёл рукой по волосам.
– Ты хотела, чтобы я остался – я остался. Чего ещё тебе надо?
– Я хотела семью, а не соседа по квартире!
– Не всё в жизни бывает, как хочется.
Он ушёл в ванную. Разговор закончился.
В среду вечером приехала его мать. Светлана появилась с сумками, поцеловала внуков и прошла на кухню, где сидел Игорь. Я заметила, что она даже не поздоровалась со мной. Раньше такого не было.
Я стояла в коридоре, слышала обрывки их разговора.
– Ты молодец, что держишься. Главное – не принимать скоропалительных решений.
– Я стараюсь, мам.
– Вот и правильно. Семья – это святое.
Я прошла в детскую, где Полина рисовала, а Артём играл с машинками. Светлана раньше приезжала раз в месяц, максимум два. Теперь каждую неделю. И у неё явно были ключи от нашей квартиры, потому что в прошлый раз она зашла сама, когда нас не было дома.
В субботу был день рождения Полины. Десять лет. Мы позвали её подруг с родителями, соседку Наталью Сергеевну, брата Игоря – Максима с женой Викторией. Я накрыла стол, украсила комнату шариками. Полина сияла в новом платье.
Игорь помог расставить стулья, принёс посуду из кухни. А потом сел в углу с телефоном и больше не вставал. Дети играли, смеялись, а он смотрел в экран.
– Пап, пойдём в прятки играть! – Полина подбежала к нему, взяла за руку.
– Не сейчас, солнышко. Папа занят.
– Но у меня день рождения!
– Я знаю. Поздравляю. Но у папы важные дела.
Полина отошла, и я видела, как у неё дрогнул подбородок. Виктория стояла рядом со мной на кухне, наблюдала за этим. Она положила руку мне на плечо.
– Лена, что происходит?
– Всё нормально.
– Не похоже.
Я не хотела обсуждать это при гостях. Просто пожала плечами и вышла к детям с тортом.
Максим задержался, когда все разошлись. Виктория увела детей в комнату, а он сел напротив меня.
– Елена, я вижу, что что-то не так. Между вами с братом.
Я не хотела говорить, но слова полились сами. Рассказала про октябрьский разговор, про то, как Игорь будто исчез из нашей жизни, оставаясь физически в квартире.
Максим слушал, хмурился.
– Я заметил, что он изменился. Последние месяцы стал каким-то отстранённым.
– Можешь поговорить с ним? Может, тебя он послушает.
– Попробую.
На следующий день я убирала квартиру после праздника. Игоря не было дома, уехал по своим делам. Я собирала мусор, протирала пол. Взяла его куртку, чтобы повесить в шкаф, и из кармана выпал чек. Я подняла его, посмотрела.
Ресторан "Панорама". Среда, восемь вечера. Счёт на двоих. Восемь тысяч рублей.
Я точно помнила эту среду. Игорь позвонил мне в шесть и сказал, что задерживается на работе, авральная ситуация. Придёт поздно. Я не стала скандалить, просто ответила "хорошо" и покормила детей одна.
Значит, никакой аварийной ситуации не было. Он был в ресторане. С кем-то.
Я спрятала чек в свою сумку. Решила понаблюдать.
На следующей неделе я стала замечать вещи, которые раньше пропускала мимо внимания. Игорь начал тщательнее следить за собой. Купил новый одеколон, хотя раньше вообще не пользовался парфюмом. Стал чаще бриться. Его телефон всегда лежал экраном вниз. А когда звонили, он выходил в другую комнату.
Задержки на работе участились. Раньше это случалось раз в месяц, теперь два-три раза в неделю.
Я встретила в подъезде Наталью Сергеевну. Мы разговорились, она пригласила на чай. Я поднялась к ней.
– Лена, я не хотела лезть не в свои дела, – начала она, когда мы сели за стол. – Но мне кажется, ты должна знать.
– О чём?
– Неделю назад я видела Игоря возле вашего дома. Он стоял у машины с какой-то женщиной. Молодой. Они разговаривали. Может, конечно, это коллега по работе, но мне показалось... ну, ты понимаешь.
Я кивнула, поблагодарила. Поднялась домой, села на кровать. В голове складывалась картинка, которую я не хотела видеть.
Максим встретился с братом в четверг. Позвал его на обед в кафе возле их работы. Потом позвонил мне.
– Я поговорил с ним.
– И?
– Лена, мне очень жаль. Он признался. У него есть кто-то. Девушка из их компании, Алина. Они встречаются полгода.
Я слушала его голос и чувствовала, как всё внутри холодеет.
– Он сказал, что не ушёл из семьи, потому что ты просила его остаться. Что он обеспечивает вас, живёт дома, значит, сохраняет семью. И ещё... он считает, что имеет право на личную жизнь.
– Спасибо, что сказал.
Я положила трубку. Села на диван. Дети были в школе, дома никого. Я смотрела в окно и думала, что все эти три месяца жила в иллюзии. Он уже тогда, в октябре, был с ней. Когда говорил мне про "сохранение семьи", у него уже была другая.
Вечером я позвонила Оксане, попросила посидеть с детьми. Приехала к семи, я обняла её.
– Спасибо.
– Что ты задумала?
– Узнаю правду.
В восемь Игорь написал, что задерживается на работе. Я взяла ключи от машины и поехала к его офису. Подъехала минут через двадцать, припарковалась на соседней улице. Ждала.
Игорь вышел в половине девятого. Не один. Рядом шла девушка лет тридцати, в светлом пальто, с тёмными волосами. Они разговаривали, он что-то говорил ей, она смеялась. Сели в его машину.
Я поехала следом. Они приехали в кафе на окраине города, небольшое, уютное. Я подождала минут пять, зашла внутрь. Огляделась. Они сидели за столиком у окна.
Я подошла к ним.
Игорь поднял голову, увидел меня. Лицо стало белым.
– Лена...
Алина посмотрела на меня, потом на него. Не поняла.
– Значит, это твоя версия сохранения семьи? – Мой голос был спокойным. Внутри бушевал ураган, но снаружи я держалась. – Ты хотел и нас, и её?
– Я же не ушёл! – Он встал. – Ты сама просила меня остаться!
– Я просила тебя сохранить семью. Настоящую. А не создавать видимость, пока устраиваешь себе новую жизнь.
Алина тоже поднялась, растерянно смотрела на нас.
– Игорь, что происходит?
– Это моя жена.
Она отшатнулась.
– Жена? Ты говорил, что вы живёте отдельно. Что готовитесь к разводу.
– Он соврал, – я посмотрела на неё. – Мы живём в одной квартире. У нас двое детей. И три месяца назад он сказал мне, что хочет сохранить семью.
Алина схватила сумку.
– Я не знала. Прости.
Она быстро вышла из кафе. Мы остались вдвоём.
– Пойдём домой. Поговорим.
Мы приехали поздно. Оксана ушла, дети спали. Я заварила чай, мы сели за стол на кухне. Я смотрела на человека, с которым прожила двенадцать лет, и не узнавала его.
– Когда это началось?
– В августе.
– Ты встретил её, и что? Влюбился?
Он молчал, смотрел в пол.
– Игорь, я спрашиваю.
– Я устал, – он поднял голову. – От нашего брака. От того, что мы стали чужими. Ты занята работой и детьми. Я тебе не интересен. Мы уже давно живём параллельно.
– И вместо того, чтобы поговорить со мной, ты нашёл другую?
– Я не планировал. Просто получилось. С ней я чувствую себя живым.
– А в октябре? Когда говорил про сохранение семьи?
– Я боялся уходить. Дети. Ответственность. Все будут осуждать. Я подумал, что можно жить честно – обеспечивать вас, но иметь свою жизнь отдельно.
Я засмеялась. Горько, зло.
– Честно? Ты называешь это честностью?
– Я же не бросил вас!
– Нет. Ты просто сделал вид, что остался. А сам ушёл туда, где тебе хорошо. Ты решил за меня, Игорь. Не дал мне выбора. Я жила в иллюзии, что мы работаем над отношениями. А ты уже построил другую жизнь.
Мы проговорили до утра. Он признался, что давно не чувствует ко мне ничего. Что устал притворяться. Что хотел бы развестись, но боялся последствий.
– Тогда разведёмся, – сказала я. – Официально. По-честному.
Он кивнул.
Через несколько дней мы сели с детьми. Полина смотрела на нас настороженно, Артём не понимал, что происходит.
– Ребята, папа будет жить отдельно, – я взяла их за руки. – Но это не значит, что он вас не любит.
– Вы разводитесь? – Полина начала плакать.
– Да, солнышко.
– Из-за меня?
– Нет! – Игорь обнял её. – Это наши взрослые проблемы. Вы ни в чём не виноваты.
– Я буду видеться с вами каждую неделю, – он посмотрел на обоих. – Мы будем гулять, играть. Как раньше. Даже лучше.
Артём тихо спросил:
– А можно, чтобы ты остался?
– Нельзя, Тёмочка. Но я буду рядом. Всегда.
Светлана приехала через два дня. Ворвалась в квартиру, набросилась на меня с упрёками.
– Ты рушишь семью! Ты эгоистка! Думаешь только о себе!
– Не я рушу. Ваш сын уже всё разрушил.
– Дай ему ещё шанс! Все мужчины ошибаются!
– Он сделал свой выбор три месяца назад, когда завёл другие отношения. Я хочу настоящую жизнь, а не театр для окружающих.
Она схватила сумку, выбежала, хлопнув дверью. Я не пыталась её остановить.
Максим приехал вечером с Викторией. Мы сидели втроём на кухне, пили чай.
– Прости за брата, – Максим смотрел мне в глаза. – Это его выбор. И его ответственность.
– Я не держу на тебя зла.
Виктория обняла меня.
– Ты справишься. Ты сильная. И дети увидят, что мама выбрала честность, а не удобную ложь.
Игорь съехал через неделю. Снял однушку в соседнем районе. Забрал вещи. Мы оформили развод. В первые выходные после переезда он забрал детей. Повёл их в парк, потом в кафе. Вернул вечером.
– Как прошло? – спросила я у Полины.
– Хорошо. Папа играл с нами. Рассказывал истории. Как раньше, когда я была маленькая.
Я обняла её.
В конце февраля я сидела с Оксаной в обеденный перерыв. Она спросила:
– Как ты?
Я задумалась.
– Странно. Больно. Но честно. Я три месяца жила в доме с человеком, которого уже не было рядом. Теперь хотя бы всё ясно. Я могу жить дальше.
Вечером я пришла домой. Полина делала уроки за столом, Артём собирал конструктор на полу. Я сняла куртку, прошла на кухню, начала готовить ужин.
Позвонил телефон. Игорь напоминал, что заберёт детей в субботу. Я коротко ответила, положила трубку.
Посмотрела на детей. Они были здесь, со мной. Мы справимся. Впереди будет трудно, но мы пройдём через это. Я больше не живу в иллюзии, что всё хорошо, когда на самом деле всё разваливается.
Это мой дом. Моя жизнь. Мой выбор.
И я выбрала правду.