Дочь Алевтины Павловны, Верочка, была натура увлекающаяся, несмотря на свой уже далеко не юный возраст. Когда-то, сразу после окончания института, она познакомилась на курорте со своим будущим мужем и так влюбилась, что не стала даже домой возвращаться. Родители примерно через месяц были приглашены на свадьбу.
Ну что ж, приличный мужчина, вполне состоятельный. Он помог молодой жене найти работу экономиста в отделе коммунального хозяйства. И зажили они вполне неплохо. Путешествия, поездки, и к Вериным родителям в Санкт-Петербург наведывались. А потом, примерно в одно и то же время, случилось сразу два события…
У Веры родился сын Антошка, а у Алевтины Павловны умер муж Дмитрий Иванович, отец Веры. Так он внука и не увидел. Новоявленную бабушку после похорон мужа решено было забрать к себе на юг.
Она уволилась с работы и прожила в семье дочери целых полгода, помогала во всем, нянчилась с малышом, и это отвлекло ее от горя и той страшной потери.
Но нужно было возвращаться, квартира в Питере без присмотра, да и пора честь знать. Женщина вернулась, впала сначала в депрессию от воспоминаний о дорогом муже Дмитрии Ивановиче. Часто ездила на кладбище, а потом восстановилась на прежней работе в поликлинике.
Часто забирая к себе внука на каникулы, так и доработала до пенсии. Тогда снова к дочери поехала погостить, и тут поняла, что нелады у них в семье. Из разговоров с Верой стало ясно, что они с мужем собираются разводиться. Антон уже учился в седьмом классе. И почему-то был на стороне отца.
И это больше всего волновало мать и бабушку. Дело в том, что муж Веры собрался уезжать за границу на ПМЖ, и сын тянулся за ним. Но к великому счастью папаша не очень горел желанием забирать с собой отпрыска. Поэтому оставил им свою жилплощадь и был таков.
Вера выглядела весьма неплохо, но развод с мужем повлиял на нее так сильно, что она явно сдала, как бы махнула на себя рукой. Матери пришлось применять воспитательные меры, чтобы вразумить дочь. Объяснить, что на этом жизнь не кончается, ей еще сына выучить нужно. Вот о ком она должна думать, а не о муже-изменнике.
Постепенно Верочка восстановилась. Она с сыном приезжала в Санкт-Петербург на летние каникулы Антона, и все вроде бы встало на свои места. Так прошло три года, и у нее появился новый кавалер, москвич. О нем дочь сообщила Алевтине Павловне, когда приехала к ней с сыном встречать Новый год.
– Мам, я оставлю у тебя Антошку на пару-тройку дней, съезжу в Москву к Игорю, ладно? Сразу после праздника.
Мать согласилась, отпустила. А через день уже встречала дочь на вокзале всю в слезах и расстроенную до предела.
– Мама, он женат… когда мы с ним познакомились, он собирался разводиться. Приехал в санаторий поправить пошатнувшееся от семейных неурядиц здоровье.
– И что же сейчас произошло?
– Да ничего. Он встретил меня. Я думала мы к нему поедем, а он отвез меня в гостиницу и там все рассказал, что разводиться они передумали. Новый год встретили вместе, дочка у них и все такое. Представляешь?!
– Ну как не представить. Вера, ты же не девочка уже, тридцать с гаком. Пора начать разбираться в людях. Нельзя же так…
– Мама, вот только морали мне не читай, ладно. Мне и так плохо.
Прожили они с Антоном еще неделю и стали собираться домой. Новогодние каникулы заканчивались, сыну скоро в школу, ей на работу. Проводила их Алевтина Павловна с тяжелым сердцем. И была права. Вера заболела по приезде. Сначала простудилась, а потом так и не выбралась из депрессии.
Сидела на затяжном больничном, таскалась к психиатру, влезла в долги. Она была так плоха, что Алевтина Павловна после очередного телефонного разговора расстроилась и решила снова поехать к дочери.
Она нашла Веру в полной апатии, а внука Антона заброшенным. Мальчик учился плохо, волочился в троечниках, еле-еле успевал по всем предметам. А следующий год выпускной.
Мать и бабушка в одном лице взялась за дело круто. Сначала дочь поставила на ноги, благо сама была врачом, правда, окулистом, но знаний хватило, чтобы вытряхнуть из дочери хандру и немощь из ее похудевшего тела.
Вера вышла на работу и стала быстро приходить в себя. Хотя там на нее поглядывали косо. Увольнять не увольняли, но разговор серьезный с начальством был.
А Алевтина Павловна вплотную взялась за внука. Познакомилась с соседкой, учителем математики, та подтянула его по алгебре и физике, бабушка занималась с ним химией, ее любимым предметом, стала водить его на платные курсы английского языка, благо папаша материально помогал бывшей жене и сыну. Бабушка заставляла внука много читать и писать сочинения.
И к концу года Антон из неуспевающего унылого разгильдяя вдруг превратился в усидчивого подростка и перешел в одиннадцатый класс без троек. В доме тоже были чистота и порядок. Все дышало свежестью. Через открытый балкон доносился запах моря и магнолий. Антону купили путевку в молодежный лагерь, и Алевтина Павловна, проводив внука, уехала домой.
Прошло полгода, закончилась зима, тоскливая, одинокая. А весной в апреле Вера снова пригласила маму к себе. На тот момент дочь поменяла работу, объяснив это так:
– Надо делать то, к чему душа лежит, мама! А в эти бумажки и расчеты у меня уже вот где сидят!
Как оказалось, Вера окончила курсы экскурсоводов и стала водить туристические группы по красивейшим местам города, чудесным паркам и розариям.
Вот так она познакомилась с ним, Анатолием, приехавшим в их город из далекого Архангельска подлечить связки и суставы после перелома. Зимой, играя в хоккей, получил серьезную травму.
Атлетичный молодой мужчина в скором времени перевез в Верочкину квартиру чемодан, с которым приехал. В нем была пара брюк, пара рубашек, шорты, футболки и ветровка. Ненадолго отбыл в свой северный город, чтобы уволиться с работы. Вскоре вернулся.
– Как же он здесь на юге без своего хоккея обойдется? – спросила обеспокоенная случившимся Алевтина Павловна.
– Мамочка, он вообще-то художник, преподавал в колледже. А хоккей – это было его увлечение.
После подачи заявления в ЗАГС, Анатолий с энтузиазмом начал искать работу и нашел: преподавателем изобразительно искусства в художественной школе. Бывший учитель, Максим Ильич, совсем пожилой, решил, что не потянет больше. Но зато они очень неплохо сошлись с Анатолием на почве общих интересов.
В квартире запахло красками, появился мольберт, и все свободные вечера Анатолий живописал. Но вот Алевтина Павловна его живопись воспринимала с трудом. Когда на стене в гостиной повесили его первый шедевр, она не пришла в восторг от увиденного.
– Вера, ты меня извини, конечно, но его березки напоминают мне милицейские дубинки…
– Мама, ну не будь так строга. У него свое видение, понимаешь? Немного абстрактно, да, но неплохо.
Ну а потом была свадьба, гостей было немного. Приехала его родня с севера, коллеги Веры, в основном молодые и незамужние. Невеста бросала букет, и девушки прыгали и ловили. Все как положено.
Гости плясали, веселились. Музыканты играли с душой, а когда в ход пошли цыганские мотивы, Алевтина Павловна в нарядном платье и в любимой шали с розами прошлась, поводя плечами, – да так, что все ахнули.
Ох, хороша была свадьба! Только устала Алевтина очень. Приехали домой уже под утро. Она отлежалась денек и снова захлопотала, внук сдавал экзамены, скоро выпускной и нужно уже задуматься о поступлении в ВУЗ.
– Давай я заберу Антона с собой, у нас он попробует поступить в политех хотя бы. Я его подготовлю. Репетиторов найму, - сказала сердобольная бабушка. – А вы с Анатолием пока привыкнете друг другу, не отвлекаясь на взрослого сына.
Вера поговорила с мужем, он сказал, что мальчик ему совсем не мешает. Но учиться лучше, конечно, в Питере, тут слов нет.
Вот и сбылось. Антон получил свой аттестат без троек. Июнь месяц был в разгаре. Верочка с мужем отвезли маму с сыном в аэропорт, долго прощались, женщины всплакнули и наконец расстались.
Алевтина Павловна с внуком приехала домой. Зашла к соседке, забрала запасной ключ. Она присматривала за ее жилищем во время отсутствия.
Обошла квартиру, стянула плёнку с мебели, все тщательно пропылесосила, они с Антоном вымыли окна, вычистили кухню и ванную комнату. Потом закупили продукты и зажили своей жизнью, радуясь приятным переменам и предстоящим событиям. Женщине все было в радость, ее внуку тоже. Свобода, новая жизнь…
В этот день, немного пасмурный, бабушка сказала:
– Пошли погуляем! Только надевай куртку! Прохладно сегодня.
Они уже, конечно, гуляли и не раз. Обошли весь центр, были в Эрмитаже и даже в Царское село съездили. А в этот день прогулка продлилась дольше обычного. Иногда останавливались, гладили каменных львов на набережной, снова шли дальше.
Со старинных тополей летел пух, и город был прекрасен этим чудесным вечером. В белые ночи с неба сочился серебряный свет, и всё вокруг казалось торжественным и немного загадочным.
Они неспешно шли, разговаривая о жизни. И вдруг… резко стемнело! Алевтина Павловна села на скамейку, закрыла глаза. Ей захотелось спать, и она не понимала, зачем Антон теребит ее за плечо, зачем зовет каких-то людей, опять трясет, что-то кричит…
И тут женщина будто проснулась, но в каком-то другом мире. По тусклым, сочащимся сквозь ветки перистым облакам, белому полупрозрачному свету вокруг она отчетливо поняла, что одна жизнь кончилась и наступила другая.
Алевтина с удивлением оглянулась вокруг и увидела Диму! Муж шел ей навстречу в своем обычном костюме и голубой рубашке. Стояло хмурое утро, с порывами мокрого ветра, а говорили, что «там» очень светло, тепло и радостно. И да, ей было радостно, она даже засмеялась от счастья, несмотря на прохладу.
Дмитрий подошел и взял ее руки в свои. Он ничего не говорил, они просто пошли рядом, а потом присели на причудливую скамейку с чугунными ножками, наподобие той, на которую она уселась перед тем, как попасть сюда…
– Ну как ты там без меня? – спросил Дмитрий Иванович.
Алевтина рассказала про свадьбу дочки. Дима был уже в курсе. Вообще поразительным образом выяснилось, что он знал обо всех новостях. И про внука, и про нового зятя.
– Он хороший мужчина, - сказал Дмитрий. – Верочке будет с ним хорошо, не переживай.
Она кивнула. Мужу она всегда верила. Он положил ладонь на ее руку. Сказал, что у него всё хорошо, только очень скучает по ним.
Они долго сидели молча, рука в руке. Потом она провела ладонью по его холодной щеке и сказала:
– Ну вот! Я вижу, что ты замерз и устал! Пойдем к тебе, пригласишь?
Дмитрий покачал головой и ответил, что ей лучше вернуться к тем, кому она нужна.
– А ты как же? – дрогнувшим голосом спросила Алевтина.
– А что со мной станется? Я подожду!
Как же сильно ей не хотелось оставлять его: так бы и сидела вечность – рука в руке. Дмитрий слегка отстранил ее от себя:
– Дорогая моя, надо жить, пока не позовут. Все не так просто, ты еще не здесь, только душа твоя прикоснулась к этому миру, но не вся ты, понимаешь?
– А меня разве не позвали? Разве мой час не настал?
Он опять покачал головой и поднялся со скамейки.
– Нет, еще не скоро. И там, видишь, собралась вся наша семья. Верочка с мужем прилетели, Антоша ждет… Не волнуй их, Аля…
– Да когда же они успели прилететь, ведь я совсем недолго отсутствовала? Час, два?
– Это здесь прошло несколько часов, а там, – он показал на что-то впереди, за ее спиною, – прошло уже три дня.
Алевтина Павловна взглянула в ту сторону, куда смотрел Дмитрий, и увидела своих, как в дымке. Когда она вновь повернулась к Дмитрию, его уже не было. А потом исчезла скамейка и мокрые деревья.
Она очнулась в больничной палате: белые стены, тумбочка, подоконник. Неподалеку стояла Верочка с распухшим от слез лицом. Ее обнимал Анатолий, они тихо переговаривались о чем-то. Затем очень тихо задребезжал его телефон, и он ответил:
– Да, срочно, нужен этот препарат. Я сейчас подъеду, спасибо, что достали, Максим Ильич! У меня теща в коме.
На стуле в накинутом на плечи белом халате сидел Антоша. Вид у него был совсем потерянный, глаза на мокром месте. И он, не отрываясь, смотрел на нее, это она заметила сквозь полуоткрытые веки.
«Господи, неужели это всё из-за меня?» – испугалась Алевтина Павловна.
Ведь больше всего она боялась доставлять кому-то хлопоты. А Антошке еще поступать, она обещала его подготовить…
Женщина облизнула пересохшие губы и тихо позвала:
– Антоша!
Но он уже и так направлялся к ней, не веря своим глазам. Он видел, как стали вздрагивать ее веки.
Это были счастливые минуты пробуждения! Алевтина смотрела на своих родных и думала: «Какая же я счастливая! Еще не скоро…», - прозвучали в голове слова любимого мужа.
Выучился Антон, живя с бабушкой. Все каникулы и праздники семья проводила вместе, приезжая на юг. Верочка с Анатолием были действительно счастливой парой. Он живописал, она снова работала экономистом. Но уже в санатории, куда часто определяли Алевтину Павловну.
Жизнь продолжалась, и порой пожилая, но энергичная женщина, тихонько разговаривала со своим мужем, будто он рядом:
– Спасибо тебе за все, Дима. И прости, что я пока не тороплюсь на очередное свидание. Хочу правнуков дождаться, а там посмотрим.
- Как же нужно беречь своих мамочек, чтобы они не изматывались морально, берегли себя, чтобы им хватало сил и здоровья на долгие годы.
- Видим, как нелегко пришлось Алевтине Павловне, стойкой женщине, беззаветно любящей дочь, внука и своего безвременно ушедшего мужа.
- Спасибо за прочтение, за комментарии, ваши отзывы и лайки, если рассказ понравился, дорогие мои читатели.