– Ой, ну какие же вы молодцы, что согласились! Прямо спасители мои! В городе духота, асфальт плавится, дышать нечем, а у вас тут – рай земной. Птички поют, речка рядом, яблочки свои. Витамины! Им сейчас витамины нужны, растут организмы, – звонкий, наигранно-бодрый женский голос заполнял собой все пространство прихожей, заглушая даже шум работающего телевизора.
Наталья, высокая, ярко накрашенная женщина в летящем летнем сарафане, суетливо затаскивала в коридор огромные спортивные сумки. Следом за ней, уткнувшись в телефоны, плелись двое детей: десятилетний Артем и семилетняя Лиза. Вид у них был скучающий, словно их привезли не на дачу к дяде с тетей, а на каторгу.
Ирина стояла, прислонившись плечом к дверному косяку, и с легкой, вежливой улыбкой наблюдала за этим вторжением. Внутри, где-то в районе солнечного сплетения, уже начинал разворачиваться тугой комок тревоги.
– Наташ, ты бы хоть предупредила заранее, что вещей столько будет, – заметил Олег, муж Ирины, подхватывая одну из сумок, которая оказалась на удивление тяжелой. – Вы будто на полярную зимовку собрались, а не на лето.
– Ну скажешь тоже, Олежек! – рассмеялась Наталья, чмокнув брата в щеку. – Тут же одежда на любую погоду. Вдруг дожди? Вдруг похолодание? Я мать, я должна все предусмотреть. Так, котятки мои, слушайтесь дядю Олега и тетю Иру, не балуйтесь. Я побежала, у меня такси ждет, счетчик тикает!
Она стремительно развернулась к двери, цокая каблуками.
– Подожди, Наташа, – Ирина сделала шаг вперед, перегораживая ей путь. – А как же... продукты? Деньги? Мы же договаривались, что ты оставишь на питание. У нас сейчас с финансами, сама знаешь, не густо, кредит за машину платим.
Наталья хлопнула себя по лбу ладонью с идеальным маникюром.
– Точно! Голова моя дырявая! Ир, слушай, у меня сейчас налички ни копейки, все на карте. А банкомат ваш поселковый, сама знаешь, вечно не работает. Давай я до города доеду, доберусь до нормального интернета и сразу тебе переведу? Прямо вот сегодня вечером! Или завтра утром крайний срок. Честное пионерское!
Она умоляюще сложила руки на груди и сделала «глаза кота из Шрека». Олег, стоявший с сумкой, махнул рукой.
– Да ладно тебе, Ир, ну что ты к человеку пристала? Переведет она. Мы же свои люди, не чужие. Езжай, Наташка, не держи такси.
Золовка послала воздушный поцелуй и выпорхнула за дверь. Шум мотора за воротами стих, и в доме воцарилась относительная тишина, нарушаемая лишь звуками игры из телефонов детей.
Ирина вздохнула и пошла на кухню. Вечером переведет. Хорошо бы.
Первый день прошел в суматохе обустройства. Артему выделили диван в гостиной, Лизе постелили на раскладном кресле в маленькой комнате, которую Ирина использовала как кабинет для своей удаленной работы. Пришлось срочно убирать ноутбук, документы и прятать провода.
К вечеру дети проголодались.
– Тетя Ира, а что, пиццы не будет? – спросил Артем, подозрительно ковыряя вилкой в тарелке с домашними макаронами по-флотски. – Мама обычно пиццу заказывает, когда готовить лень.
– Я не ленилась, Тема, я приготовила ужин, – сдержанно ответила Ирина, нарезая огурец. – Пиццерии у нас тут нет, доставка сюда не ездит. Ешьте макароны, они вкусные, с мясом.
Лиза скривила губки.
– Я не люблю с мясом. Я хочу йогурт. Тот, с шариками.
– Йогуртов пока нет, завтра купим, – пообещал Олег, усаживаясь во главе стола. – Ешьте, давайте, на свежем воздухе аппетит должен быть волчий.
Дети поели без энтузиазма, оставив половину порций на тарелках. Ирина молча выбросила еду в мусорное ведро. Сердце кольнуло – продукты нынче дорогие, фарш она покупала хороший, говяжий.
Вечером перевод от Натальи не пришел. Не пришел он и утром.
– Олег, позвони сестре, – попросила Ирина за завтраком, пока дети еще спали. – Мне нужно ехать в магазин, список продуктов огромный. Молоко, творог, фрукты, мясо... Ты же видел, как они вчера нос воротили. Им надо готовить что-то разнообразное.
– Да позвоню я, позвоню, – отмахнулся муж, допивая кофе. – Может, замоталась девка. У нее там личная жизнь вроде налаживается, какой-то ухажер появился. Дай ей выдохнуть. Купи пока на свои, потом сочтемся.
Ирина сжала губы, но промолчала. Взяла свою карточку, на которой лежали отложенные деньги на осеннее пальто, и поехала в супермаркет.
Чек вышел внушительным. Дети, проснувшись, сразу начали инспекцию пакетов.
– О, «Растишка»! А почему только шесть штук? – разочарованно протянул Артем. – Я за раз три съедаю.
– Потому что это дорого, Артем, – спокойно объяснила Ирина, раскладывая продукты. – Будем есть по одному утром. И еще, ребятки, у нас правило: сначала нормальная еда – каша, суп, а потом уже сладости и йогурты.
Правило это, конечно, встретило бурный протест, но голод – не тетка. К обеду, набегавшись по двору, дети смели и суп, и хлеб, и йогурты.
Прошла неделя. Денег от Натальи не было. Каждый раз, когда Олег звонил ей, она находила оправдания: то «Сбербанк Онлайн» завис, то карту перевыпускает, то зарплату задержали.
– Олежек, ну потерпите чуток! – щебетала она в трубку так громко, что Ирине было слышно на другом конце комнаты. – Ну что вам, племянников родных тарелкой супа попрекнуть жалко? Я же не прошу фуа-гра их кормить! Обычной едой, по-простому! Я как получу алименты от бывшего, сразу все скину, еще и сверху накину за хлопоты!
Олег клал трубку и виновато смотрел на жену.
– Ир, ну войди в положение. Она же одна их тянет. Бывший муж у нее козел, алименты платит копеечные.
– Олег, мы тоже не миллионеры, – тихо, но жестко сказала Ирина. – За эту неделю я потратила десять тысяч. Десять! Они не едят «по-простому». Артем требует колбасу только сырокопченую, Лиза просит каждый день персики и нектарины. Я варю пятилитровую кастрюлю борща – она улетает за полтора дня. Ты понимаешь, что мы проедаем мою заначку?
– Я получу аванс пятнадцатого, перекроем, – насупился муж. – Не будь ты такой мелочной. Это же дети.
Мелочной. Это слово больно резануло по самолюбию. Ирина всегда считала себя щедрой хозяйкой. Гости в их доме не переводились, столы ломились. Но одно дело – принять гостей на выходные, и совсем другое – содержать двух растущих, избалованных организмов месяцами.
Ситуация накалялась. Ирина работала из дома, и присутствие детей превратило её рабочий процесс в ад.
– Тетя Ира, включи мультики! – врывалась в комнату Лиза.
– Тетя Ира, Артем меня ударил!
– Тетя Ира, я хочу пить!
– Тетя Ира, вай-фай лагает!
Ирина пыталась объяснить, что она занята, что она зарабатывает деньги, но дети, привыкшие, что дома мама выполняет их прихоти (или откупается от них гаджетами), не понимали слова «нет».
К концу второй недели запас терпения Ирины, как и запас денег, начал иссякать. Аванс Олега действительно пришел, но половина его сразу ушла на оплату кредита за машину и коммунальные услуги. Оставшейся суммы на содержание четверых человек было катастрофически мало.
Ирина решила действовать хитрее. Она перестала покупать деликатесы.
Утром на столе появилась овсянка на воде.
– Фу, что это? – скривился Артем. – Это сопли какие-то! Я не буду! Где бутерброды с ветчиной?
– Ветчина закончилась, – невозмутимо ответила Ирина, прихлебывая чай (пустой, без конфет). – Деньги на ветчину мне ваша мама пока не перевела. Так что едим то, что есть. Овсянка очень полезна для желудка.
– Я маме позвоню! – пригрозила Лиза, отодвигая тарелку.
– Звони, – кивнула Ирина. – Скажи, чтобы мама срочно выслала денег на ветчину, сыр, фрукты и сладости. А то злая тетя Ира морит вас голодом.
Дети действительно позвонили. Через десять минут телефон Олега разрывался от звонка Натальи.
– Ты что там, совсем обалдела?! – визжала золовка так, что Олег вынужден был убавить громкость. – Дети плачут! Говорят, ты их помоями кормишь! Какой еще овсянкой на воде? У Лизы желудок слабый, ей нужно нормальное питание! Творожки, курочка паровая, овощи! Ты зачем над детьми издеваешься?
Ирина выхватила трубку у растерянного мужа.
– Наташа, здравствуй. Издеваешься здесь только ты. Над нами. Прошло две недели. Я потратила на твоих детей пятнадцать тысяч рублей. Это были мои личные накопления. Они закончились. Олег получил аванс, но его хватит только на самое необходимое. Творожки и паровая курочка стоят денег.
– Да вышлю я тебе твои несчастные деньги! – заорала Наталья. – Ты мелочная, скаредная баба! Я думала, мы семья! Думала, ты к племянникам как к родным! А ты счетчик включила!
– Семья – это взаимопомощь, а не паразитизм, – отрезала Ирина. – Жду перевода пять минут. Если денег не будет, рацион останется прежним: каша, суп на куриных спинках и чай. Всё.
Она нажала «отбой». Руки у нее дрожали. Олег смотрел на нее с упреком.
– Зачем ты так резко? Она же сейчас обидится, матери пожалуется.
– Пусть жалуется хоть президенту, Олег. Ты в холодильник заглядывал? Там мышь повесилась. А до твоей зарплаты еще две недели. Мы на что жить будем? На твою любовь к сестре?
Деньги не пришли ни через пять минут, ни через пять часов. Наталья демонстративно замолчала, видимо, выбрав тактику «лучшая защита – это нападение и игнор».
Вечером Ирина приготовила суп. Простой вермишелевый суп на бульоне из супового набора. Никакого мяса, только плавающие кусочки жира и моркови.
Дети сели за стол, поковыряли ложками.
– Я это есть не буду, – заявил Артем и отодвинул тарелку. – Это для бомжей еда.
– Другой не будет, – сказала Ирина. – Хотите – ешьте, не хотите – выходите из-за стола.
– Пап, ну скажи ей! – вдруг обратилась Лиза к дяде, перепутав в порыве эмоций обращение. – Дядя Олег! Мы есть хотим! Купи нам наггетсы!
Олег посмотрел на жену, потом на детей. Ему было стыдно. Стыдно перед детьми, что не может их накормить вкусно. Стыдно перед женой, что взвалил на нее эту ношу. И впервые за все время начало просыпаться глухое раздражение на сестру.
– Ира правду говорит, – глухо сказал он. – Денег нет. Ешьте суп.
Дети устроили забастовку. Они ушли в свою комнату, хлопнув дверью. Через час оттуда донеслось шуршание. Ирина заглянула и увидела, как Артем и Лиза доедают пачку печенья, которую она припрятала на «черный день».
Это стало последней каплей. Но не для Ирины, а для Олега.
Позже вечером, когда дети уснули (голодные и злые), Олег сидел на кухне и считал цифры в банковском приложении. Баланс был удручающим. А потом он зашел в социальную сеть. И первое, что он увидел в ленте новостей, – фото Натальи.
На фото его сестра, красивая и загорелая, сидела за столиком летнего кафе. Перед ней стоял бокал с коктейлем и тарелка с морепродуктами. Геолокация указывала на модный загородный клуб-отель в соседней области. Подпись гласила: «Наконец-то отдых! Дети под присмотром, можно пожить для себя! #релакс #лето #жизньудалась».
Олег смотрел на фото минуту. Потом еще одну. Его лицо медленно наливалось краской. Он вспомнил «Сбербанк завис», «зарплату задержали», «денег нет». Вспомнил пустой суп, который хлебали его жена и племянники. Вспомнил уставшие глаза Ирины.
– Ира, – позвал он жену. Голос его звучал странно, хрипло.
Ирина вышла из ванной, вытирая руки полотенцем.
– Что такое?
Олег молча развернул к ней экран телефона. Ирина взглянула на фото. Усмехнулась.
– Ну, я не удивлена. «Ухажер», значит. А мы тут спонсоры ее личного счастья.
Олег встал. Стул с грохотом отлетел назад.
– Собирай их вещи, – сказал он.
– Что? – не поняла Ирина.
– Вещи их собирай. Прямо сейчас. Утром отвезем.
– Куда? К матери? Она же в санатории.
– Нет. К Наталье. В этот ее... «Релакс».
Утро началось не с кофе. В семь утра Олег поднял сонных, недовольных детей.
– Встаем, одеваемся. Поездка отменяется, едем к маме.
– Зачем? – захныкала Лиза. – Я спать хочу!
– Мама соскучилась, – отрезал Олег. – Быстро! Кто не соберется за десять минут, поедет в пижаме.
Ирина молча помогала запихивать вещи в сумки. Она видела решимость мужа и боялась спугнуть её. Всю дорогу дети ныли, требовали остановиться у «Макдональдса», жаловались на жару. Олег молчал, вцепившись в руль. Ирина тоже не проронила ни слова, только подавала детям воду.
До загородного клуба ехали три часа. Когда они подъехали к воротам с коваными решетками, охранник преградил путь.
– Вы к кому?
– Мы к Наталье Смирновой, доставка детей, – рявкнул Олег так, что охранник отступил. – Пропуск не нужен, мы сейчас выйдем.
Олег набрал номер сестры. Та не отвечала. Раз, второй, третий. Наконец, сонный голос промурлыкал:
– Олежек, ты чего в такую рань? Случилось что?
– Случилось, Наташа. Выходи к главному входу. Сюрприз тебе привезли.
– Какой сюрприз? Я не одета, я сплю...
– Выходи, говорю! Или я сейчас сам найду твой номер и вышибу дверь!
Через десять минут к воротам вышла Наталья. Она была в шелковом халатике, заспанная и недовольная. Увидев машину брата и выгруженные на асфальт сумки, она округлила глаза.
– Вы чего? Вы зачем их привезли?! Мы же договаривались на все лето!
Олег вышел из машины, хлопнув дверью. Он подошел к сестре вплотную.
– Договаривались мы, сестренка, что ты денег оставишь. Что ты человеком будешь. А ты, оказывается, на морепродукты деньги нашла, на коктейли нашла, на отель этот дорогущий нашла. А на детей своих родных у тебя «Сбербанк завис»?
– Ты... ты следил за мной? – взвизгнула Наталья. – Это мое личное дело, где я отдыхаю! Я имею право! А вы обязаны помогать! Это же племянники!
– Племянники, – кивнул Олег. – Вот и забирай своих племянников. Корми их устрицами, пои коктейлями. А у нас денег нет. Мы люди бедные, едим овсянку.
– Я тебе это припомню! – зашипела Наталья, видя, как дети бегут к ней с криками «Мама, купи мороженое!». – Я матери расскажу! Ты жену свою слушаешь, подкаблучник! Это она тебя надоумила!
– Нет, Наташа, – спокойно ответил Олег, глядя ей прямо в глаза. – Это я сам. Глаза открылись. Ира тут ни при чем. Она, святая женщина, две недели твоих оглоедов на свои деньги кормила, пока ты тут жировала. Всё. Разговор окончен.
Он развернулся, сел в машину, где его ждала Ирина.
– Поехали, – сказал он.
Когда они выехали на трассу, Олег вдруг положил руку на колено Ирины.
– Прости меня, Ир.
– За что? – спросила она, глядя на мелькающие за окном деревья.
– За то, что не слышал тебя. За то, что позволил им сесть нам на шею. Я правда думал... думал, ей тяжело.
– Родственников не выбирают, Олег, – вздохнула Ирина. – Главное, что ты всё понял.
Вечером они сидели на веранде своего дома. Было тихо. Не орал телевизор, никто не дрался из-за планшета, никто не требовал пиццу. Они ели тот самый вчерашний «пустой» суп и заедали его бутербродами с маслом. И казалось, что ничего вкуснее в мире нет.
Наталья, конечно, устроила скандал мирового масштаба. Обзвонила всех родственников, рассказала, как жестокий брат и его стерва-жена выкинули бедных деток на улицу посреди лета. Мать Олега звонила, плакала, пыталась стыдить. Но Олег был непреклонен. Он спокойно объяснил матери ситуацию, скинул скриншоты постов Натальи с отдыха и озвучил сумму, которую они потратили за две недели. Мать, помолчав, повесила трубку и больше к этой теме не возвращалась.
А через неделю на карту Ирины пришел перевод. Пятнадцать тысяч рублей. Без сообщения, без извинений. Просто сухие цифры банковского уведомления.
– Вернула всё-таки, – усмехнулась Ирина, показывая телефон мужу.
– Ну еще бы, – хмыкнул Олег. – Видимо, совесть проснулась. Или мать мозги вправила.
– Купим пальто? – спросил он через минуту.
– Нет, – улыбнулась Ирина. – Купим мяса. И сделаем шашлыки. Только для нас двоих.
Она посмотрела на мужа, и в ее взгляде было столько тепла, сколько не купишь ни за какие деньги. Они выдержали этот экзамен. Границы были выстроены, приоритеты расставлены. И пусть они стали «плохими» для золовки, зато остались честными друг перед другом. А это, как ни крути, самое главное в семейной жизни.
Если вам понравилась эта история, пожалуйста, поставьте лайк и подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые жизненные рассказы. Жду ваши комментарии!