Эх, сталкер, чего штаны зря просиживать. Пока выброс этот проклятый буянит, слушай байку старого бродяги. История как раз про то, как за хабаром полезли, да такого д....а нахлебались, что до сих пор икается. Про вышку за Радаром, конечно, слыхали. Место то, известно, гнилое, но кто ж в Зоне от лёгкой наживы откажется? Дураков нет, а идиотов, как говорится, в Зоне как грязи.
Собрались мы тогда компанией разношёрстной, "каждый охотник желает знать, где сидит фазан", как говорили наши деды. Впереди – я, Бывалый, как никак самый старый и опытный из всей шайки, мозгов ещё хватает, чтоб в аномалию сдуру не влететь. Вторым номером шёл Шустрый – парень молодой, но наглый как танк, за артефакт и родную мамку продаст, зато бегает как электровеник, да и под ноги зыркает внимательно, а вдруг хабар какой завалялся. Третьим вертелся Громила – бывший вояка, списанный в запас за драки и пьянство, зато силушки немерено, да и с железом дружит, как с родной сестрой. Ну и последним плёлся Хмырь – наш местный Кулибин, за артефакт тебе хоть самого черта в гальюне пересоберёт, да и аномалии вроде щелчком ж..ы чует, хотя толку от этого, как с козла молока.
Короче, нацелились мы на хабар, про вышку ту легенды ходили, что вояки старые, ещё до Катаклизма, там что-то заныкали. Всякие там приборы, документы, может, и артефакты какие, кто ж знает. Надеялись на лёгкую наживу, а вышло, как обычно - через задницу в рай.
Стартанули рано утром, туман ещё густой, хоть ножом режь, да и Зона молчит, как партизан на допросе. Идём осторожно, Шустрый впереди, как кролик, осматривается, Громила сзади, как бронетранспортёр, прикрывает, Хмырь по сторонам шарит, чего-то шепчет себе под нос непонятное. "Бормотун", одним словом.
До Радара добрались без особых приключений, только крысы дорогу перебежали, да вороны каркают над головой, как будто на похоронах. За Радаром сразу атмосфера другая – давит, угнетает, чувствуешь, что место непростое, костями тут многие полегли. Деревья голые, земли не видать, трава жухлая, всё какое-то серое и безжизненное, как в душе у бюрократа.
Шли мы, шли, и тут – как гром среди ясного неба – рычание, лай, визг. Смотрим – стая слепых псов несётся прямо на нас! Штук десять, не меньше, зубы как бритвы, слюна брызжет, глаза бешеные. Твари мерзкие, зато чуют хорошо, да и грызутся, как черти.
Если Вас не затруднит, можете прямо сейчас подписаться на канал🔔.Оставляйте комментарии, для меня важно видеть обратную связь! Пальцы вверх, так же приветствуются. Спасибо всем моим людям!
"К бою!" – заорал я, выхватывая "Калаш".
Первый пёс на меня кинулся, я ему в морду дал прикладом, аж зубы полетели, второй Громилу за ногу цапнул, тот как рявкнет, да как даст ему берцем в живот, пёс аж отлетел, впечатавшись в сосну! Я тут же из "калаша" очередь дал, двоих сразу положил, но другие не отстают, прут как танки.
Шустрый из-за дерева гранату кинул, бабахнуло знатно, но псам хоть бы хны, только злее стали. Громила, раздобывший под ногами арматуру, машет ей, как мельница, собак в разные стороны разбрасывает, а я отстреливаюсь, как могу, патроны зря не трачу.
Еле мы этих тварей отбились, все в крови, в грязи, Шустрый штаны порвал, у Громилы рука искусана, а Хмырь вообще без сознания валяется, видно, испугался сильно, впечатлительный малый.
Перевязались, раны обработали, Хмыря водой плеснули в морду, да спирта дали хлебнуть для храбрости, вроде очухался, заикается только чего-то. Идём дальше, матеря этих псов на чём свет стоит. Не успели и километра пройти, как опять влипли, как будто Зона над нами издевается.
Прямо перед нами – "Жарка"! И не одна, а как будто расползлась по всей поляне, х..н обойдёшь. Воздух колышется, жаром пышет так, что брови подгорают, дышать невозможно. Шустрый как завопит: "А-а-а! Жарка!", и в панике бежать. Я ему кричу: "Стой, дурак! Куда несётся?!", да поздно, сорвался парень с цепи. Он прямо в эпицентр аномалии влетел, как муха в паутину.
Заорал бедолага так, что у меня аж сердце в пятки ушло. Кожа у него мгновенно покраснела, волосы загорелись, дым пошёл, вонь стоит – палёным мясом несёт. Мы к нему, а он уже корчится на земле, как червь на сковородке, весь обгоревший, кошмар, одним словом.
Еле мы его оттащили в воронку, там хоть немного прохладнее, ветерком обдувает. Но поздно уже, парень почти готов, как пережаренная отбивная. Кожа лохмотьями повисла, глаза закатаны, еле дышит.
"Прощайте, мужики," – хрипит едва слышно, – "не дойду я до хабара…"
Мы ему воды дали, раны, как могли, обработали да бинтами обмотали, но толку мало. Понимаем, что Шустрому крышка, к бабке не ходи. Грустно, конечно, парень молодой совсем, да и жалко его, но что делать, это Зона, тут все когда-нибудь умирают.
Решили так – оставим Шустрого в воронке, а сами пойдём на вышку. Может, там что-то найдём полезное, чтобы ему полегче было, а если нет, то на обратном пути захватим, похороним хоть по-человечески, предадим земле.
Подходим мы к вышке. Вид у неё удручающий – вся ржавая, облезлая, скрипит на ветру, как старая карга, того и гляди завалится. А наверху будки, штук пять. Лестница шатается, каждая ступенька – лотерея, того и гляди, под тобой рухнет. Но лезем, куда деваться, за хабаром надо платить.
Громила лезет первым, карабкается как горилла, я за ним, осторожно переступаю, Хмырь сзади, как улитка, еле ползёт, да ещё и ноет что-то себе под нос, как старая бабка. Идём осторожно, каждый шаг проверяем, чтобы не навернуться и кости не переломать.
Поднялись мы на самый верх, а там – тишина гробовая. Пусто, как в склепе. Только ветер свистит в дырах, да шаги наши по полу скрипят, аж в ушах звенит. И вдруг – шепот послышался. Еле слышный, как будто кто-то рядом стоит и что-то бормочет, аж мурашки по коже побежали.
Я переглянулся с Громилой – оба напряглись, как струна. Хмырь вообще к полу прижался, боится пошевелиться, как мышь перед кошкой. "Что это?" – спрашивает Громила шёпотом, как будто боится спугнуть что-то. "Не знаю," – отвечаю, – "но что-то мне тут жутко не нравится, надо валить отсюда".
И тут как началось! Ящики загромыхали, сами по себе летать начали, камни в нас бросают, столы переворачиваются, двери хлопают, как будто кто-то невидимый бесится от души. Полтергейсты, чтоб их черти драли!
Я достал свой старенький ТТ, не "Калаш", конечно, но в ближнем бою – самое то, начал поливать в воздух, но толку ноль, только патроны зря трачу. Громила арматуриной своей машет, как помелом, но тоже никого не попадает, разве что пыль поднимает. Хмырь заорал благим матом и опять вырубился. Видать, совсем у мужика крыша от страха поехала. Обузой стал.
И вдруг из сумрака появляются фигуры – полупрозрачные, как призраки, как будто сотканы из тумана. Лиц не видно, только силуэты мрачные. И как закричат голосами, от которых кровь в жилах стынет, чуть не поседел со страху!
Я чуть пистолет не выронил от страха, руки затряслись, ноги подкашиваются. Громила заорал благим матом и бросился бежать вниз по лестнице, сломя голову, чуть шею не свернул. Я за ним, Хмыря волоком, чтоб совсем тут не остался. А Хмырь схватился за перила, да как заорет: "Не пойду, здесь меня оставьте, это мое место!" Мы спорить не стали, жить то охота.
Бежали, как ошпаренные, не разбирая дороги, лишь бы подальше от этого проклятого места. Еле с вышки слезли, чуть не попадали, как груши. Выскочили из воронки, где Шустрый лежал, и бегом подальше от этой гиблой вышки.
А Шустрый в сознании. Да, плохо выглядит, обгоревший весь, но живой. В руке шприц от обезболивающего, сам в себя воткнул, видать, полегче стало хоть немного.
"Что там было?!" – спрашивает он, очухиваясь немного.
"Не знаю," – отвечаю, – "но там чертовщина какая-то, полтергейсты, призраки, и прочая нечисть. Больше туда ни ногой!"
"Что хоть нашли ценного-то?" – спрашивает Шустрый, взгляд такой мутный.
"Да забудь ты про этот хабар! Сами живы остались, и то хорошо. Сейчас отдышимся и выберемся отсюда." – Сказал я пытаясь настроить на оптимистичный настрой.
И тут забегает, запыхавшись, Хмырь, видно только сейчас догнал. "Там… там… ящик нашёл!" – говорит еле дыша.
"Какой ещё ящик, Хмырь? Тебе привиделось, наверное, с перепугу." - Говорит ему Громила скептически.
-Нет. Настоящий. Военный! С пломбами. Сам не смог открыть. У него даже этикетка с надписью «Секретно» ,- отвечает Хмырь дрожащим голосом.
Ну что делать, любопытство пересилило страх. Пришлось вернуться на вышку, кирпичей полные штаны, но с мыслями, что будь что будет. Поднимаемся опять, осторожно, крадучись, Хмырь на этот раз впереди идёт, как проводник. Полтергейсты вроде бы угомонились, но мурашки по коже всё равно бегают, как тараканы по кухне.
Хмырь привёл нас к ящику. Он и впрямь стоял себе в углу как ни в чем не бывало, завален всяким хламом. Громила сорвал пломбу и арматурой, как ломом открыл его, а там – три артефакта лежат, светятся мягким светом, тепло от них исходит, да и пахнет чем-то приятным, как будто травами полевыми. Один артефакт "Пламя" называется, второй "Компас", я его только раз у Сидоровича видел, ценная штука, а третий "Глаз", он раны заживляет и кровь останавливает. Да и записка рядом, на пожелтевшей бумаге, корявым почерком написано: «Вышка – портал. Они следят за нами. Компас покажет путь». Подпись: «Одиночка».
Взяли мы артефакты, записку прочитали и как-то полегчало на душе, как будто эти вещи нам кто-то послал, чтобы помочь выбраться из этого проклятого места. "Глаз" Шустрому, положили на грудь, он то поможет ему выжить хоть как-то. Он как потрогал "Глаз", так сразу повеселел, румянец на щеках появился, как будто заново родился. Через час уже и ходить начал, опираясь на палку.
"Спасибо, мужики!" – говорит он искренне, да и в глазах блеск появился, – "Вы мне жизнь спасли! Я теперь в долгу перед вами навеки!"
Тут и Громила с Хмырём повеселели, почувствовали, что не зря рисковали жизнями. Решили возвращаться к лагерю. Разложили нехитрую трапезу, выпили за спасение Шустрого, за удачный хабар и за то, что живы остались. В конце концов он сумел выбраться из Зоны и начать новую жизнь вдали от этого проклятого места. "Компас" мы продали за хорошие деньги, хабар разделили поровну и каждый потратил как хотел, на оружие или на что-то полезное. А я, после этого случая решил завязать с такими вылазками, стал больше опыта молодым передавать, чтоб не лезли куда попало, да поберегли себя. Ведь в Зоне, как нигде, надо голову на плечах иметь.
Вот такая вот история, сталкер. Чудеса в зоне бывают, но ты с другой стороны будь аккуратнее. В этот раз нам повезло, а в следующий раз может и нет. Надеюсь ты сделаешь правильные выводы. Ну что, за чудеса?