В далёком северном посёлке, где морозы крепчают уже в сентябре, а лето напоминает мимолетный сон, жил‑был мужик по имени Фёдор. Не богатырь, не герой легенд — обычный работяга с душой широкой, как таёжная река, и с чувством юмора острым, как рыболовный крючок.
Фёдор обожал рыбалку. Говорил, что только на берегу озера можно понять, «чего стоит жизнь и стоит ли она вообще». И вот однажды он решил устроить себе и другу Ваське настоящий мужской отдых — выезд на глухое озеро, подальше от суеты и бытовых забот.
Акт первый: берёза‑убийца
Ранним утром, загрузив в старенький «УАЗик» снасти, тушёнку и пару термосов с крепким чаем, друзья тронулись в путь. Дорога была не из лёгких — колдобины, буераки, а вдобавок посреди трассы выросла берёза. Не то ураган её наклонил, не то сама природа решила пошутить, но дерево стояло так, что проехать под ним мог только карлик на самокате.
— Пролезем! — махнул рукой Фёдор, врубая первую передачу.
Не пролезли.
«УАЗик» чихнул, дёрнулся и застрял, а берёза с хрустом вломилась в кабину. Итог: у Фёдора — перелом ключицы, у Васьки — нервный тик и клятва «больше с этим безумцем никуда не ездить».
В больнице Фёдора облачили в жёсткий корсет, который сковывал движения, но придавал облику нечто средневековое — будто рыцарь в доспехах, только без меча и с гипсом.
Акт второй: дискотека и «косметическая операция»
Через неделю, несмотря на боль и предостережения врачей, Фёдор решил развеяться. «Жизнь коротка, — заявил он!» И отправился на сельскую дискотеку.
Там, под звуки «Белые розы» и «American Boy», он столкнулся с местным задирой Гришкой. Слово за слово — завязалась потасовка. Фёдор, забыв о корсете, попытался дать отпор, но Гришка, парень крепкий, как мороженая рыба, ответил ударом, от которого Фёдор рухнул, зацепившись за колонку.
Результат: рваная рана на щеке и и рассечение на черепушке.
В тот же вечер Фёдора снова увезли в больницу. Щеку зашили, голову обмотали бинтом так, что он стал похож на мумию из второсортного ужастика. «Теперь хоть на Хэллоуин не надо костюм покупать», — усмехнулся он, разглядывая себя в зеркале.
Акт третий: чайник‑предатель
Через три дня, едва вернувшись домой, Фёдор решил выпить чаю. Поставил чайник на плиту, отвлёкся на звонок Васьки («Ну как ты, герой?»), а когда обернулся — чайник уже летел вниз.
Фёдор, движимый инстинктом самосохранения (или просто привычкой всё ловить), рванулся вперёд и схватил его голыми руками.
Итог: обе ладони — в ожогах.
Теперь он был похож на персонажа из фантастического фильма: корсет на шее, бинт на голове, зашитая щека и руки, обмотанные марлей, словно у мумии из музея восковых фигур.
Финал: философский
И вот, спустя неделю после всех злоключений, Фёдор сидит у костра на берегу того самого озера. Рядом — Васька, который не смог оставить друга в беде, хоть и боялся, что тот устроит апокалипсис одним взглядом.
Перед Фёдором стоит стакан с водкой. Пить из него он не может — руки не сгибаются, поэтому в стакан вставлена соломинка.
— Ну что, — вздыхает Фёдор, глядя на звёзды, — жизнь — г---о!
Васька, не выдержав, ржёт:
— А теперь и не повесишься! Не за что верёвку зацепить — корсет мешает, да и руки забинтованы, петлю не завяжешь!