– Светочка, ну что ты, надо попышнее что-то выбрать, – Ирина Павловна поджала губы, критически оглядывая платье. – Это слишком скромное и вообще куцее, никакого размаха.
Света повернулась к зеркалу, провела ладонями по бедрам. Атласная ткань мягко облегала фигуру, кружево на спине казалось невесомым. Красиво. Элегантно. И ценник не такой безумный, как у тех воздушных тортов с десятью слоями фатина.
– Мне нравится это, – сказала она, стараясь, чтобы в интонации не проскользнуло раздражение. – Сидит хорошо, удобно будет весь день.
Будущая свекровь шагнула ближе, встала за ее плечом. В зеркале отразились две женщины, и контраст между ними резанул Свету.
– Удобно ей, – протянула та. – Света, милая, ты не понимаешь. Гости должны увидеть размах, уровень. Чтобы потом никто не говорил, что подарили слишком много на такую свадьбу. Понимаешь? Все должно соответствовать.
Света нахмурилась. Пятьсот тысяч они с Максимом уже вложили. Ресторан, оформление, фотограф, кольца, костюм для него, туфли, белье, мелочи, которые складывались в совсем не мелкие суммы. Все их сбережения. Все, что откладывали три года.
Родители Светы были против этого размаха. Отец прямо сказал – зачем вам этот цирк, распишитесь тихо, отметьте в семейном кругу, а деньги на себя потратите. Мать кивала, соглашалась. Но Максим настоял. Свадьба должна быть настоящей, говорил он. Все друзья, все родственники, богатый стол, живая музыка. Один раз в жизни, Свет. И добавлял главный аргумент – они соберут минимум миллион на подарках. Отобьют все и еще в плюсе останутся.
Света не была уверена. Но спорить не хотелось. Он так загорелся этой идеей, так подробно все просчитал, с таким азартом показывал ей списки гостей и примерные суммы – кто сколько даст. Она смотрела на эти цифры, и что-то внутри сжималось, но она убеждала себя – Максим взрослый мужчина, он понимает, что делает.
– Вон то примерь, – Ирина Павловна указала на платье в углу зала.
Пышная юбка, расшитый корсет, шлейф метра на полтора. Ценник Света видела – сто восемьдесят тысяч.
– Ирина Павловна, оно очень дорогое...
– Света, – свекровь посмотрела на нее так, будто объясняла очевидное несмышленому ребенку. – Нельзя экономить на главном. Ты выходишь замуж за моего сына. За Калинина. На тебя будут смотреть сто пятьдесят человек. Ты правда хочешь выйти к ним в этом? – Она кивнула на атласное платье с презрением, которое даже не пыталась скрыть.
Через полчаса Света стояла у кассы, и консультант пробивала то самое платье с пышной юбкой. Ирина Павловна рядом благосклонно кивала, наконец-то довольная.
До свадьбы оставалось две недели.
Они пролетели в суете – последние согласования, примерка, репетиция танца, рассадка гостей, от которой у Светы уже болела голова. Максим в эти дни стал каким-то нервным, дерганым, постоянно пересчитывал что-то в телефоне, созванивался с матерью. Света почти не видела его глаз, потому что он вечно смотрел в экран.
И вот наступил этот день...
Ресторан сверкал. Белые драпировки, хрустальные люстры, цветочные композиции на каждом столе. Музыканты играли что-то легкое, джазовое. Гости поднимали бокалы, кричали «горько», камера щелкала, ведущий шутил про крепкую семью и детишек. Все как на тех свадьбах, которые Света видела в инстаграме у счастливых знакомых.
Она улыбалась. Кружилась в танце. Принимала поздравления. Платье весило тонну, корсет давил на ребра, ноги в туфлях на шпильках ныли уже к середине вечера.
Но кое-что царапало. Сначала она не могла понять, что именно. Потом заметила...
Максим и Ирина Павловна постоянно смотрели на стол с подарками. Не просто поглядывали – следили. Особенно когда кто-то из гостей подходил и клал очередной конверт в специальную коробку, украшенную лентами.
Света перехватила этот взгляд у мужа – он смотрел на коробку с конвертами, и в его глазах было что-то такое... Голодное. Жадное. Она тряхнула головой, отгоняя нехорошие мысли. Глупости. Это ее муж. Он просто волнуется, все ли хорошо.
Ирина Павловна подошла к столу, сделала вид, что поправляет ленту на коробке, а сама быстрым движением приподняла крышку, заглянула внутрь и удовлетворенно кивнула.
Света отвернулась...
Свадьба закончилась за полночь. Гости разъехались, музыканты упаковали инструменты, официанты начали убирать столы. Света стянула туфли еще в машине и теперь сидела на заднем сиденье, массируя гудящие ступни. Пышная юбка платья занимала половину салона, мялась и топорщилась.
Максим вел машину молча, сосредоточенно глядя на дорогу. Рядом с ним сидела Ирина Павловна, и Света никак не могла понять, почему свекровь поехала с ними, а не домой. Вроде не обсуждали, вроде не договаривались, но Ирина Павловна просто села в машину, и Максим даже не удивился.
Они поднялись в съемную квартиру. Света мечтала только об одном – снять этот корсет, который за двенадцать часов превратил ее ребра в сплошной синяк, принять душ и лечь спать. Но Ирина Павловна прошла в комнату первой, неся в руках ту самую коробку с конвертами, и Света поняла, что душ подождет.
Свекровь села на диван, поставила коробку на колени и начала вскрывать конверты один за другим. Ее пальцы двигались быстро, привычно, она вытаскивала купюры, откладывала в сторону, губы шевелились – считала.
Света прислонилась к дверному косяку. Максим стоял рядом с матерью, и оба они смотрели на растущую стопку денег.
А потом Ирина Павловна замерла. Пересчитала еще раз. И ее лицо исказилось.
– Что это за копейки? – голос свекрови сорвался на визг. – Макс, это что такое? Тут пять тысяч! И тут пять! И тут шесть!
Она швырнула конверты на журнальный столик, схватила следующие, рвала бумагу, доставала деньги. Ее руки тряслись.
– Мы рассчитывали минимум на тридцать с человека! Минимум! А они что принесли? Это же... это же позор!
Максим выхватил у матери стопку купюр, пересчитал сам. Лицо его побледнело, желваки заходили на скулах.
– Четыреста восемьдесят, – сказал он севшим голосом. – Четыреста восемьдесят тысяч. Со ста пятидесяти гостей.
Ирина Павловна схватилась за сердце.
– Мы потратили почти семьсот! – выкрикнула она. – Семьсот тысяч на эту свадьбу! И что теперь?
Максим развернулся к Свете. Глаза у него были бешеные, незнакомые.
– Это ты виновата! – рявкнул он. – Ты не объяснила своим, что надо дарить нормально! Деньгами, крупными! Твои же родственники, ты должна была им сказать!
Света отшатнулась от дверного косяка.
– Я тебе говорила, что мы слишком много тратим! – закричала она в ответ. – Я сто раз повторяла, что это не окупится! Ты обещал миллион, Макс! Ты мне списки показывал, расчеты свои!
– Потому что я думал, люди нормальные придут! А твоя родня притащила по пять тысяч, как на день рождения коллеги! А кто-то и того меньше!
– А с твоей стороны что? – Света шагнула вперед, сжав кулаки. – Твой дядя конверт вообще пустой положил! Твоя тетка – три тысячи дала! Три! И ты меня обвиняешь?
Ирина Павловна вскочила с дивана.
– Светлана, так нельзя! Нужно позвонить гостям, объяснить ситуацию. Пусть добавят, это же ненормально...
– Я не буду звонить и просить денег! – четко произнесла Светлана. – Вы с ума сошли? Это позор! Я не стану попрошайничать у людей, которые и так пришли, и так подарили, что могли!
Максим подошел к ней вплотную, навис над ней.
– Раз ты такая гордая, – процедил он, – раз не хочешь решать проблемы, которые сама создала, то знаешь что? Этот брак нужно отменить. Прямо сейчас. Пока не поздно.
Что-то оборвалось у Светы в груди.
– Вот и хорошо, – услышала она свой голос. – Отлично.
Она развернулась, подхватила сумку с документами, которую бросила у входа, и вышла из квартиры в свадебном платье и босиком. Туфли остались в машине.
До родителей Света добралась на такси. Водитель покосился на ее платье, но ничего не сказал. Она позвонила в дверь в три часа ночи, и мама открыла сразу, будто ждала. Будто знала.
Света проплакала до утра. Лежала в своей старой комнате, в объятиях родителей, которые сидели рядом на узкой кровати и не задавали вопросов. Просто были рядом. Отец гладил ее по голове, мама держала за руку, и Света ревела, пока не кончились слезы...
...Утром они с Максимом встретились в ЗАГСе. Ирина Павловна пришла тоже, хотя ее никто не звал. Она стояла у входа и причитала, громко, на всю приемную.
– Ты испортила моему сыну свадьбу! Оставила шрам в его душе! Он так ждал этого дня, а ты все разрушила!
Света молча прошла мимо. Подала документы. Сотрудница смотрела на нее с плохо скрытым любопытством, и Света ее понимала. Не каждый день видишь, как люди аннулируют брак меньше чем через сутки после свадьбы.
Когда все было подписано, Света наконец повернулась к Максиму.
– Вы оба хороши, – сказала она. – Настроили себе воздушных замков, рассчитали, сколько заработаете на собственной свадьбе. А когда замки рухнули, решили, что виновата я. Живите с этим.
Она развернулась и ушла.
Месяц тянулся бесконечно. Бумажная волокита, возврат подарков, объяснения с родственниками. Света переехала к родителям, спала в своей старой комнате, ходила на работу, возвращалась, ужинала, ложилась спать. Механически, на автомате.
Жизнь превратилась в серую рутину.
А потом наступил очередной воскресный обед. Мама приготовила борщ, отец нарезал хлеб, они сидели втроем за кухонным столом, и все было как обычно. Пока родители не переглянулись.
– Светик, – мама отложила ложку. – Мы с папой хотели тебе кое-что сказать.
Света напряглась.
– Мы планировали сделать тебе подарок на год брака, – продолжил отец. – Хотели подождать, убедиться, что у вас все серьезно. Но, видимо, не судьба.
Он полез в карман и достал связку ключей. Положил на стол перед Светой.
– Двушка в новостройке, – сказал отец. – С ремонтом. Оформлена на тебя.
Света смотрела на ключи и не могла вдохнуть. Горло сжалось, глаза защипало.
– Папа... Мама... Вы же копили на это годами...
– На то и копили, – мама накрыла ее ладонь своей. – Чтобы у тебя был свой угол.
Света разрыдалась. Обняла их обоих, прижалась, уткнулась лицом в мамино плечо. Ключи больно впились в ладонь, и это было самое приятное ощущение за последний месяц.
Квартира оказалась светлой, просторной, с большими окнами и свежим ремонтом в спокойных тонах. Света въехала через неделю, начала обживаться, покупать мелочи для дома. Постепенно серая пелена отступала, и будущее уже не казалось таким беспросветным...
А потом позвонил Максим...
– Свет, – его голос в трубке был другим, мягким. – Я тут подумал... Слушай, может, дадим друг другу второй шанс? Мы погорячились тогда, оба наговорили лишнего...
Света слушала и удивлялась собственному спокойствию.
– Макс, – перебила она. – Тебе нужна квартира, не я. Правда же?
– Нет, подожди, я не это имел в виду...
– Это, – Света подошла к окну, посмотрела на двор внизу. – Такой муж мне не нужен. Во второй раз я за тебя замуж не пойду.
Она нажала отбой. Положила телефон на подоконник. И впервые за долгое время улыбнулась...
Дорогие мои! Если вы не хотите потерять меня и мои рассказы, переходите и подписывайтесь на мой одноименный канал "Одиночество за монитором" в тг. Там вам предоставляется прекрасная возможность первыми читать мои истории и общаться лично со мной в чате) И по многочисленным просьбам мой одноименный канал в Максе. У кого плохая связь в тг, добро пожаловать!