«Ночь живых мертвецов» Джорджа Ромеро 1968 года лучше всего описать как «социальный взрыв, запечатлённый на плёнке». Дело в том, что этот фильм вышел не просто удачно, а невероятно удачно, попав не просто в «яблочко», а в центральную косточку, находящуюся внутри этого яблочка.
В Америке колоссальные внутренние противоречия. Во всю бушует Вьетнам, а в США идут протесты тех людей, которые не хотят бессмысленных смертей своих парней в этой далёкой стране. Кроме того, происходят расовые волнения; чернокожие хотят жить не просто как люди второго сорта, они хотят стать полноправными американцами. От их лица долго и тяжело говорит Мартин Лютер Кинг, который за это, в итоге, получает лишь пулю. Пулю получает и ещё одна надежда нации, Роберт Кеннеди. Примерно в это время начинает рушиться классическая американская семья как социальная базовая ячейка и происходит серьёзный старт феминистической борьбы.
Ромеро, словно провидец, берёт эти тревоги и буквально закапывает их в землю, чтобы они восстали в новом, уродливом обличье — в виде живых мертвецов.
К моменту создания этого фильма кинокомпания Джорджа Ромеро существует уже 7 лет и активно занимается производством коммерческого продукта. Вместе с ним работает команда профессионалов. Они не были «киношниками», хотя некоторый опыт у этой группы был. Как рассказывал в своём раннем интервью (1969 г.) Джордж Ромеро, они уже снимали фильм, правда, он лежит на полке, и они сами его пересматривают, но никогда никому не покажут.
Фильм «Ночь живых мертвецов» был практически полностью творением самого Джорджа. Над сценарием работали он и один из товарищей, Ромеро сам снимал, сам монтировал, сам режиссировал. Это был дебют творческий и технический, сразу с акцентом на самое Большое кино.
Максимально кратко напомню вам сюжет фильма.
Барбара, после нападения живого мертвеца на кладбище, где погиб её брат Джонни, находит убежище в фермерском доме, где к ней присоединяется афроамериканец Бен, взявший на себя роль защитника. Вскоре обнаруживаются другие выжившие: белые супруги Гарри и Хелен с больной дочерью Карен, а также пара Том и Джуди. Напряжение между Беном и Гарри, предпочитающим прятаться в подвале, нарастает. Несмотря на попытки организовать побег, члены группы гибнут один за другим во время штурма дома ордой зомби, а выживший Бен на следующее утро случайно убит прибывшим вооруженным отрядом, принявшим его за мертвеца.
Картина с первых кадров отказывается от какой бы то ни было сказочности. Черно-белая пленка, документальная съемка, неуютная сельская Пенсильвания — все это создает ощущение репортажа с передовой гражданской войны. К слову, выбор чёрно-белой плёнки был сделан осознанно, а не с целью экономии. Джордж рассказывал, что деньги на плёнку у них были, но идея требовала погружения в хронику, в том числе и хронику военную.
Вьетнамский кошмар просачивается в каждый кадр: беспорядочные новости по радио и телевидению, неспособность власти объяснить происходящее, партизанская тактика выживания в осажденном доме. Но главное — это ощущение бессмысленности и хаоса, которое Ромеро гениально передает через стиль съёмки.
Неровный монтаж, «ошибки» в последовательности времени суток, обрывистые диалоги — все это не недостатки низкого бюджета, а художественный прием. Время в фильме очень своеобразно, оно течет нелинейно, скачет от ночи к рассвету и обратно, отражая распад логики и порядка. Герои не понимают, сколько прошло времени, зритель теряется.
Хочется отметить ещё один интересный эффект, связанный с Барбарой и временем. Когда она бежит с кладбища, где только что погиб её брат, режиссёр ускоряет время и затягивает его одновременно. Барбара бежит и спотыкается, в этот же момент спотыкается и само время – гремит гром, сверкает молния, двигаются предметы. Быстрые склейки различных кадров и последовательность взглядов на Барбару через разные объективы чудовищно затягивает крайне динамичную сцену. Нам кажется, что спринт Барбары до двери длится вечно. Возможно, вы сталкивались с чудовищным паническим страхом или восторгом, во время которого течение времени вокруг вас словно замедляется. Именно это ощущение и вызывал Ромеро у нас, показав его у Барбары. Это блестящая игра со временем. Прекрасная попытка выбить из колеи и персонажа, и зрителей.
В аду, который создан режиссёром, традиционные роли рассыпаются, как прах. Патриархальный порядок, который показан через грубого и трусливого Гарри Купера, оказывается не просто неэффективным, но и смертельно опасным. Его попытки запереться в подвале отражали консерватизм американского мужского общества, этакую аллюзию на желание спрятаться от пугающих перемен в своем маленьком бункере.
Ему противостоит Бен — афроамериканец, который по воле обстоятельств становится лидером. В 1968 году, всего через несколько месяцев после убийства Мартина Лютера Кинга, образ черного героя, берущего на себя ответственность и отдающего приказы белым, был просто разрывом всех возможных шаблонов. Его финальная смерть от руки белого ополчения полностью ломала последний голливудский принцип – хэппи-энд в хорроре, восстановление порядка. Какой, к чёрту, порядок, если последнего выжившего в тяжелейшей бойне убивают те, кто должен был его спасти?
Спорный вопрос, чего в фильме было больше – темы расовой или темы раннего феминизма. С моей точки зрения, именно последний сыграл в фильме принципиально более важную роль.
Вспомните Барбару, которую десятилетиями клеймили (в английском информационном пространстве) как слабую и истеричную жертву в обзорах на это произведение. Если попытаться посмотреть на неё не как на «женского персонажа», а как на женщину из 1968 года, то мы увидим, что её реакция на всё происходящее совершенно естественна. Она ведёт зрителя в кошмар, который выше её понимания, выше её возможностей. Она – женщина. В американском обществе ей все ещё не положено делать что-то, выходящее за рамки привычных её обязанностей. Она в шоке, столкнувшись с зомби, с воплощением ужаса. В отличие от активного Бена или истеричного Гарри, она не пытается навязать миру свою волю, она пытается его осмыслить и не может. Её молчаливое отчаяние красноречивее любых криков. Ромеро не осуждает её, он позволяет ей быть такой, какая она есть — сломленной, но не покорившейся. Её гибель от рук зомби-брата Джонни — это очень любопытная отсылка к распаду института семьи, который в этот момент намечался в США. Видят отсылку в этом далеко не все, она достаточно спорная, но эту тему несколько раз поднимал сам режиссёр на протяжении всего своего творчества. Вопросы положения женщин его интересовали, вне всякого сомнения. Любопытно, что при этом Ромеро нельзя назвать режиссёром, «любимым» феминистками.
Самое странное, что всё описанное получилось впихнуть в малобюджетный полнометражный фильм. Всего в фильм было вложено порядка 200 000 долларов США, сумма достаточно небольшая, в то время бюджет фильмов уже исчислялся миллионами долларов. Ромеро в ранних интервью мало говорил про смыслы своего фильма, эта тема будет подниматься позже. В этом он мне жутко напоминает раннего Квентина Тарантино, который тоже больше всего заботился о коммерции и узнавании после первого фильма, ещё немного об актёрах, и только потом говорил что-то о посылах в большой мир кинематографа и зрителей. Молодые режиссёры достаточно осторожны в своих словах, особенно в двадцатом веке.
________________________
Автор текста: Кирилл Латышев
🎮 🎲 Также читайте нас на других ресурсах:
Мы всегда рады новым авторам. Если хотите предложить статью на CatGeek или заинтересованы в сотрудничестве — пишите сюда или сюда.
Предложить статью за вознаграждение — сюда или на почту.