У меня есть шкатулка с украшениями. Там нет бриллиантов от «Графф», но есть вещи, дорогие моему сердцу. Самая ценная вещь - винтажные золотые серьги с рубинами. Это подарок моей бабушки на мое совершеннолетие. Они массивные, тяжелые, старой работы. Я надеваю их редко, только по особым случаям.
У моего мужа, Сергея, есть младшая сестра Оксана. Ей 22 года, она студентка, ветер в голове и полная уверенность, что мир вращается вокруг нее. Оксана часто заходит к нам в гости, пока я на работе (у нее есть ключи, так как она иногда выгуливает нашу собаку). Я замечала, что мои вещи иногда меняют места: то духи стоят не там, то помада открыта. Я просила ее ничего не трогать. Она хлопала ресницами: «Ой, Алин, я просто понюхала! Тебе жалко, что ли?»
В прошлую субботу мы с Сергеем собирались в театр. Я открыла шкатулку, чтобы надеть бабушкины серьги, а там пусто. Я перерыла все ящички. Цепочка на месте, кольца на месте, а сережек нет. У меня похолодело внутри. Грабители? Но тогда почему взяли только их? И тут меня осенило. Я открыла соцсети. Зашла на страницу Оксаны. Вчерашняя сторис: Оксана в вечернем платье, позирует на чьей-то свадьбе. А в ушах у нее сверкают мои рубины.
Я показала телефон мужу. Сергей изменился в лице.
- Я ей сейчас позвоню, - сказал он жестко. Оксана приехала через час. Веселая, с тортиком.
- Ой, ну чего вы так всполошились? - с порога заявила она. - Я хотела позвонить, спросить, но вы на работе были, не хотела отвлекать. Мне просто под платье эти серьги идеально подходили! Я же аккуратно.
Она полезла в сумочку. Достала бархатный мешочек и высыпала содержимое мне на ладонь. На ладонь упала одна серьга. Одна. Я посмотрела на нее, потом в мешочек.
- А где вторая? - тихо спросила я. Оксана отвела глаза. На ее лице промелькнула тень досады, но не раскаяния.
- Ну... тут такая история. Мы танцевали, было весело, там конкурсы были активные... Видимо, застежка расстегнулась. Я заметила только дома. Мы искали! Честно! Я даже в ресторан звонила утром, но они не нашли.
- Ты потеряла бабушкину серьгу? - у меня перехватило дыхание. - Ты взяла вещь без спроса, вынесла ее из дома и потеряла?
- Алин, ну не делай трагедию! - Оксана картинно закатила глаза. - Это же просто железяка. Ну, старая, ну, с камнем. Я узнавала, такие в ломбарде тысяч двадцать стоят. Я тебе потом как-нибудь отдам, когда работать пойду. Или давай простим по-родственному? Мы же семья! Не будешь же ты из-за побрякушки с золовкой ссориться. Сережа, скажи ей! Дело-то житейское.
Она искала поддержки у брата. Обычно Сергей ей потакал, но тут он молчал, глядя на одинокую серьгу в моей руке. Меня накрыла ярость. Не от потери золота, а от этой наглой, непробиваемой простоты. «Простим по-родственному». То есть, если ты родственник, тебе можно воровать и ломать чужие вещи бесплатно?
- Нет, Оксана, - сказала я суровым тоном. - Мы не простим. Эти серьги - не ломбардный лом, а самый настоящий антиквариат и память. Комплект стоил около семидесяти тысяч рублей. Одна серьга никому не нужна, комплект разбит. Значит, ты должна мне полную стоимость. Семьдесят тысяч.
- Ты сошла с ума?! - взвизгнула она. - Откуда у меня такие деньги? Я студентка!
- Меня это не волнует. Ты же нашла деньги на платье и подарок подруге? Значит, найдешь и мне.
- У меня нет! Сережа, она ненормальная!
Я посмотрела на новый Айфон 14 Про, который Оксана вертела в руках (подарок родителей на день рождения месяц назад).
- Хорошо, - сказала я. - Денег нет. Но есть имущество. Я быстрым движением выхватила у нее телефон.
- Эй! Отдай! - она кинулась на меня. Сергей перехватил ее руку.
- Алина права, - сказал он глухо. - Ты взяла вещь без спроса.
- Я одолжила!
- Ты взяла без спроса и потеряла. Телефон останется у Алины в залоге. Принесешь 70 тысяч - получишь телефон обратно. Не принесешь через месяц - Алина его продаст, заберет долг, а сдачу вернет тебе.
- Я маме расскажу! - рыдала Оксана.
- Рассказывай, - кивнула я. - И про свою выходку не забудь упомянуть.
Оксана ушла, хлопая дверью и ругая нас. Вечером звонила свекровь. Кричала, что я мелочная, что «девочка оступилась», что «свои люди - сочтемся». Я сказала коротко: «Воровство не имеет родственных скидок. Или деньги, или телефон уходит на Авито». Через три дня свекровь привезла деньги. Молча швырнула конверт на тумбочку, забрала телефон дочери и ушла, не попрощавшись. Оксана меня заблокировала везде.
Серьгу я так и не восстановила - ювелиры говорят, что подобрать такой же рубин и сделать копию работы 50-х годов будет стоить космических денег. Оставшуюся сережку я переплавила в кулон. Ключи у Оксаны мы забрали. Теперь в наш дом она входит только по приглашению и под присмотром. Зато я точно знаю: мои вещи в безопасности. Родственников не выбирают, но дистанцию с ними устанавливаем мы сами.
Алина, вы поступили абсолютно правильно. То, что сделала Оксана, называется не «одолжила», а кража. В психологии есть термин «простота хуже воровства» - это когда человек искренне не понимает границ чужой собственности, считая, что родственные связи дают ему право распоряжаться вашим имуществом.
Предложение «простить по-родственному» - это чистой воды манипуляция. Она предлагала вам оплатить ее безответственность вашими эмоциями и деньгами. Если бы вы простили, вы бы дали ей зеленый свет: «Бери у Алины что хочешь, она все стерпит». Забрав телефон в залог, вы перевели конфликт из эмоциональной плоскости («ты злая») в деловую («товар - деньги»). Это единственный язык, который понимают инфантильные люди. Вы потеряли украшение, но приобрели нечто более важное - железобетонные границы, которые теперь никто в семье мужа не рискнет нарушать.
А как вы считаете, нужно ли прощать долги родственникам, чтобы сохранить мир в семье, или долг платежом красен? Делитесь мнением!