Я выработала свод законов. Конституцию моей новой жизни. В ней нет статей о счастье. В ней - статьи о честности и сохранении связи.
Я ЗАПРЕЩАЮ:
- Винить себя за то, что дышу, когда он не дышит.
- Использовать его имя как щит от жизни («Я не могу радоваться, потому что мой сын умер»).
- Делать из его памяти музей, куда страшно зайти. Память должна быть живым домом.
- Требовать от других, чтобы они скорбели так же, как я. Их скорбь - их территория.
Я РАЗРЕШАЮ:
- Говорить о нём в настоящем времени. «Макс любит эту песню». Он - любит. Потому что моя любовь к нему - в настоящем.
- Смеяться, вспоминая его глупые шутки. Слёзы - не единственная валюта любви. Смех - тоже.
- Жить для себя. Купить себе красивое платье, поехать в путешествие, начать новое дело. Потому что лучший способ почтить его короткую жизнь - прожить свою - полно, ярко, осознанно. Не вместо него. Для него.
- Иногда - не думать о нём. Эти минуты «забывчивости» - не предательство. Это - передышка носителя. Чтобы с новыми силами вернуться к ноше любви.
Эти правила - не догма. Они - компас. Когда меня накрывает вина или я чувствую, что память превращается в тюрьму, я сверяюсь: «Что здесь - честная скорбь, а что - саморазрушение?».
Этот компас он дал мне. Сам того не зная. Своим уходом.