Не ведаю, в том ли таится причина, что Нептун 26 января сего года судьбоносно вступил в Овна и пребудет там целых 13 лет, — или в том, что вот уже неделю как я погружена в чтение, вернее, слушание, «Идиота» Фёдора Михайловича Достоевского. Но пребываю я в крайней степени задумчивости. Слова сами собой льются витиевато; так и тянет фраппировать окружающих и манкировать обязанностями на работе.
Иной раз ловлю себя на мысли: вот бы сесть в вагон подземного поезда, заварить чаю в подстаканнике, помешивать ложечкой сахар под мерный стук колёс — и вдруг обратиться к пассажирам с тихим вздохом: «Да-с, господа… вот давеча приключилась со мною оказия поистине достопримечательная». Увы, в городе нашем сумасшедшие — не то, что кошки в Стамбуле, коих ласкают и кормят с любовью, — они стали частью пейзажа, как фонари или тротуарная плитка. На них не то, что не обращают внимания — их попросту не видят. И реагируют на них так же, как местные телега-читатели на мои записки в дневнике сетевом: с тем же безразличием, с той же немотой душевной.
Так и сидела бы я, как дура с душою растерянною, с остывшим чаем в руке, под стук колес и сухие оповещения: «Осторожно, двери закрываются». Но Достоевского не оставлю! Разве что разбавлю его немного современным повествованием. Начала читать «Чёрные кувшинки» Мишель Бюсси — и, признаться, поначалу весьма по нраву пришлось. Всенепременно поделюсь впоследствии впечатлениями своими. Коли кто внемлет потом, то и красота, а коли нет—так красота от этого красотой быть не перестанет.
