- Будут ещё какие-либо приказания, Ваша Светлость? – спросил слуга.
Красноволосый мужчина взглянул на водружённую на стол кипу бумаг и покачал головой. Слуга поклонился и покинул комнату с высокими потолками. Юный Безариус и вся его шумная компания осуществляли план пока без проблем. Беспокоиться о ходе дела оставили алхимику и расторопному Лиаму. Всё как будто бы идёт хорошо.
Почему же так спокойно? Баскервилли как сквозь землю провалились. Положим, они ждут истечения срока действия парализатора. Однако есть двое, кого не было в поместье двойника алхимика.
Барма ломал голову, почему до сих пор сбежавший Винсент и похищенный им Лео не начали действовать. Приёмный сын Найтреев определённо преследует какую-то цель, но мысли этого человека разгадать куда сложнее, чем мысли его старшего брата. Красноволосый герцог и раньше собирал данные о Винсенте, но с тех пор, как в эти двери вошёл человек с пугающей информацией, мужчина лихорадочно перебирал старые записи Артура Бармы.
Да, всё было вполне закономерно. Этого стоило ожидать. Но почему Руфус не мог унять тревожного чувства в груди и ощущения невозможности, парадокса?
Что не давало ему покоя? Почему сейчас он перечитывал одну дневниковую запись за другой? Что он искал? Он сам не знал. Однако дотошность герцога не позволяла существовать хоть малейшей грануле сомнения.
Он читал то, что расшифровывал сутками и перечитывал часами раньше. Может ли такое быть, что он что-то упустил? Или неправильно понял?
Последнее пугало его намного больше остального.
Мужчина потёр глаза и встряхнул пятернёй красные волосы. Он уже очень давно не спал. Что для молодого несколько дней без сна? Только вот каким бы молодым ни выглядел Руфус Барма, сколько бы ни смеялись другие герцоги, что Шерил с ним рядом как бабушка с внуком, его настоящий возраст давно перевалил за половину века, а старый организм быстрее утомляется.
Спина и голова ужасно ныли. Барма усмехнулся.
- Вот уж не думал, что буду думать о себе как о старике.
Нет, сейчас нельзя терять настрой. Не сейчас, не потом. Когда посеянный Гленом сто лет назад хаос развеется, можно будет снова сделать предложение Шерил, а чтобы этот день поскорее настал, надо быстрее разобраться с причиной двухсуточной тревоги.
Порешив так, герцог Барма тряхнул головой, чтобы отогнать дрёму, и снова впился глазами в дневниковые записи Артура Бармы.
***
Время в поместье Рейнсвортов нарушило обычный бег. Оно двигалось не вперёд и даже не назад, а как вода в чаше, двигалось по кругу внутри отведённых комнат. Озу не раз приходилось оставаться одному, его не раз запирали в комнатах, и чувство одиночества, сдавливавших стен, ему неново. Но всё было это очень давно, казалось, целую вечность. Вот этот самый юноша, стоящий сейчас у окна, позволил ему, покинутому сыну Заи Безариуса, увидеть жизнь другими глазами и зажить по-настоящему.
Почему-то сейчас чувство десятилетней давности снова нахлынуло на Оза. Вид задумчивого молчаливого Элиота окончательно удручал.
- Оз, стрелка печати ведь не движется? – раздался голос Гила.
- Нет, - отозвался Оз.
Через несколько минут тишины снова послышался голос Гила.
- С тобой всё в порядке? Если тебя что-то мучает…
- Знаешь, Гил, - Оз устало улыбнулся, поджав ноги к груди и положив на колени голову, - наверное, я очень быстро отвык от одиночества.
- Оз?.. – в груди Гила зашевелилась щемящая душу тоска. – Ты…
- Всё в порядке, - сказал мальчик.
- Если бы я только мог прийти, - сокрушался Ворон.
- Вас внезапно посетила хандра? – раздался голос Шерон. – В нашей ситуации это вполне естественно. Не опускайте руки. Я отправлю к вам Глэдис с ароматным чаем. Он поднимет настроение.
Не прошло и десяти минут, как в дверь малой комнаты вошла служанка с подносом. Сладкий цветочный запах заполнил комнату, как крем чашу. Оз вдохнул густой аромат, и на душе и впрямь стало легче и теплее.
- Спасибо тебе, Шерон, - улыбаться стало проще, - что бы сейчас мы без тебя делали?
- Хм, а это надо пить? – спросила удивлённая Алиса. – Пахнет так, как твои пузырьки с пшикалкой.
- Потому что это чай с лепестками роз, а духи тоже делают из цветочных вытяжек, - ответила Шерон.
- Вы действительно подтверждаете своё прозвище Чайного Дома, - Элиот отпил из чашки и снова подивился, сколько ещё удивительных напитков он попробует в этом поместье.
Оз повеселел и хотел было сказать Брейку, что тот неплохо справляется со своей ролью, но вовремя сообразил, что этим может выдать Лиама, поэтому сказал только:
- Брейк, если среди танцевавших был и ты, то теперь Дому Рейнсвортов нестыдно за своего рыцаря.
Шерон рассмеялась.
- Наглый малец, - прошипел Шляпник, - пользуешься во всю тем, что Эквейс заблокирован.
- Жаль, Пандора об этом не знает, - Гил затянулся дымом своих любимых сигарет, - рыцари бы на радостях праздник устроили.
- Ещё одно слова, смельчак, и я до тебя без Эквейса дотянусь.
Оз услышал в голове, как Гил подавился дымом. Элиот рядом рассмеялся так, что чай из чашки едва не выплескался ему на руку.
- Стань в очередь, балерун, - осклабилась Алиса, - я первая, кто придушит патлатого.
- Балерун? – Оз покатился на диване, а Элиот запрыгал на месте, так как горячий чай всё-таки выплескался ему на руку.
- Ну… знаешь… - угрожающе выдавил Шляпник.
Оз так и почувствовал устрашающую ауру альбиноса и подумал, что только бесстрашные или совсем отчаянные позволят себе его так назвать. Только это будет последнее, что они сделают в своей жизни.
Гил в своей комнате отчаянно боролся с собой, не зная, смеяться ему или нет, так как смех мог резко сократить ему жизнь.
- Мы сегодня никуда не едем? – спросил Элиот и подул на обожжённую руку.
- Приглашений пока не поступало, - сказала Шерон.
- Как меня убивает это бездействие! – Элиот рухнул на диван и сложил руки на груди. – Даже утомительная учёба в Латвидже в сто раз увлекательнее пустых роквелловских вечеров. Я сейчас завидую своей собственной иллюзии.
- Воспринимайте приёмы у графа как приобретение новых знаний о разных дворянских кругах, - посоветовала Шерон.
Слова девушки заставили Оза вспомнить об одном очень важном ему человеке.
- Господин Мэделин, что с дядей Оскаром? – спросил Оз, хотя не был уверен, что алхимик сейчас поддерживает с ними связь.
- Господин Оскар в прекрасном здравии, - на радость Озу отозвался алхимик, - он ведёт дела вашего Дома, так как герцог Заи Безариус с недавнего времени выпал из поля зрения Пандоры.
- Меня кое-что настораживает. Отец ведь заодно с Баскервиллями. Почему ещё не действует вместо них? – Оз в задумчивости водил пальцем по узорной ткани дивана.
- Оз, ты знал? – растерялся Гил.
- До Сабри я лишь что-то смутно ощущал, - мальчик посмотрел на поражённого Элиота, который от услышанной новости сперва подскочил с дивана, а потом медленно опустился на него, - но в Сабри, когда увидел его, мне стало это очевидно. И сейчас меня смущает, что отец до сих пор не показался. Возможно, он что-то планирует вместо с Винсентом и Лео.
- Не втягивай Лео в дела Баскервиллей, - болезненно выдавил Элиот.
- Не заставляй себя заблуждаться, - Оз сел ровно и серьёзно, взглядом зрелого мужчины посмотрел на Найтрея, - если Лео с Винсентом, значит, он с Баскервиллями. Тебе нужно это осознать, иначе рано или поздно сомнения заставят тебя ошибиться.
«Оз догадался! – Гил сжал на груди рубашку. – Но он так спокоен… И это не его привычное смирение, это другое. Он взрослеет». Гил должен был радоваться, но почему-то испытывал страх. «Боишься, что Оз изменится, а ты сам останешься позади?». «И почему я именно сейчас вспоминаю слова Брейка? - мужчина начал ходить по комнате, чтобы хоть как-то заглушить гнетущее чувство в груди. - Это всё глупости. Я должен радоваться. К тому же Оз ещё не знает, что именно Заи бросил его в Бездну. Не нужно ему пока этого знать».
Пока Гил мучился от своих мыслей, Элиот растерянно смотрел на Оза. Все эти дни он старательно убеждал себя, что тот свободолюбивый, вечно обидно говорящий правду юноша просто нужен для шантажа. Так было легче думать, потому что Элиот боялся новой боли.
Странно, когда Оз сказал всё в отрытую, когда его слова чётко отпечатались в сознании, Элиот вдруг понял, что бояться было трусостью. Трусость не позволительна для Найтреев, потому что род Найтреев искони славился решительностью и твёрдостью характера. Брейк говорил, что нельзя бежать, нужно сражаться. Значит, надо сражаться.
- Раз так, надо скорее узнать, где они и что замышляют, - сказал Элиот.
Оз улыбнулся и кивнул. Чьи-то ошибки заставляют их повзрослеть раньше времени. Что ж, не так уж это плохо для мужчины.
- Не беспокойтесь, - отозвался алхимик, - герцог Барма со своими слугами занимается этим, поэтому сейчас сосредоточьтесь на нашем плане. Ничто не должно вас отвлекать.
- Да, - кивнул себе Оз и знал, что сейчас кивнули все его друзья, - приём завтра?
- Да, - ответил Мэделин, - Роквелл только что отправил лакеев с письмами. Если ваши персоны его заинтересовали, через час помощники герцога передадут нам приглашения.
- Тогда подождём, - Оз налил себя чая и вдохнул его тёплый сладкий аромат.
Безариус не сомневался, что их всех пригласят. Он, Элиот, Шерон и Гил – иностранцы, дружба с их государствами укрепляет статус. Брейк похож на местного дворянина, но если Ода Роквелл хоть немного им заинтересовалась, а он один из немногих, кто осмелился пригласить её на танец, то письмо придёт и ему.
Ждать долго не пришлось. Не минуло и сорока минут, как запыхавшиеся рыцари Бармы примчались с конвертами. Слуги Рейнсвортов отнесли их адресатам, и те отправились в свои комнаты выбирать наряд к завтрашнему приёму.
Оз всё ещё мучился от внутренних терзаний, но в который раз дал себе сил идти дальше мыслями об общем деле.
Дамы с готовностью отправились выбирать себе наряды. Два раза до этого платье для Алисы выбирала леди Шерил. Взяв отложенное для неё платье, цепь подумала, что в следующий раз выберет себе наряд сама.
Вечером следующего дня в пузырьках с настойками для изменения голоса стало меньше жидкости.
Вечер шёл по стандартному образцу, только в этот раз вино подали в широких бокалах с невысокими чашами, и юноши нашли это прекрасным решением.
Уже легко Оз и Элиот нашли Шерон и Гила. Принцесса, как обычная гостья, заняла место у стены, чтобы не привлекать внимания. Надо сказать, не привлекать внимания для неё было невозможно.
- Самая настоящая природная царственность, а не попытки её сыграть, - восхищённо заметил Элиот, - она словно из заграничной сказки.
- Это ты верное подметил, Уинн, - Геймблер похлопал Найтрея по плечу, отчего тот едва подавил желание сбросить его руку со своего плеча, - миледи Вилладсен здесь как настоящая принцесса. Поговаривают, - и Геймблер перешёл на шёпот, - что Роквелл почти перестал общаться с маркизами Брамбрин и Чеверил, а это уже о многом говорит. Взгляни, ей только короны не хватает.
Роскошное оранжевое платье Шерон украшали вышитые драконы, синие, зелёные, красные, фиолетовые облачка, цветы и бабочки. Небольшие уши украшали длинные объёмные золотые серьги, а в причёску вставлено необычное золотое украшение из бусин, бисера и цветов. Ниточки бусин и бисера свисали почти до плеча.
Когда девушка в сопровождении худосочного Гила прошествовала в зал, она поприветствовала хозяина и отошла в сторону побеседовать с другими гостями. Роквелл больше не следил за парадными дверями, а только внимательно наблюдал за девушкой. Оз видел, как граф несколько раз порывался подойти к ней, но долг хозяина заставлял его стоять на месте и приветствовать входивших гостей. Юноша подивился, как на самом деле Шерон искусно манипулирует людьми, если хочет.
Брейк пожаловал скоро. Одет он был аккуратно, достаточно сдержанно. Пока Боурин по привычке пересказывал сплетни, Оз украдкой наблюдал за Шляпником. Пока он не пытался ухаживать за Одой. Это хорошо, спешить нельзя, слишком напористых дамы тоже не любят.
Зал гудел голосами. Слуги сновали тут и там, разносили бокалы с вином, убирали пустые бокалы, двигали для дам стулья.
Сегодня Ода Роквелл как обычно внимательно следила за ходом приёма. Она спокойна, как и всегда, одета неярко, но в дорогие ткани. Девушка приветствовала гостей, улыбалась, поддерживала светские беседы, но взгляд её невольно искал кого-то среди гостей графа. Ещё утром, когда залы только начали украшать, Ода выбирала платье, и вдруг ни одно ей не показалось подходящим. Всё казалось или слишком ярким, или слишком бледным. Девушка сама не понимала, почему вдруг стала такой придирчивой. После долгих поисков в своём гардеробе она выбрала нежно-оранжевое платье с золотыми вышивками на корпусе и прозрачными вуалями, пришитыми к лямкам вместо рукавов в виде накидки. Просто наряды важны для дамы - это её лицо - так оправдывала Ода свои действия.
Когда настал вечер и парадные двери открыли для гостей, Ода раньше обычного спустилась в общий зал и вместе с братом внимательно следила за входившими.
- Ты как всегда необычайно мила, - пропела ей виконтесса Финси, - что ты делаешь с волосами, отчего они такие мягкие?
- Ничего особенного, - Ода пожала плечами, - просто цветочная вода.
- А какие цветы…
Ода старалась не спускать глаз со входа, но стайка девушек настоятельно требовала её внимания, поэтому пришлось подробно рассказывать им, какие именно цветы растирают и добавляют в воду для мягкости волос.
Кажется, прибыли все гости. Слуга на входе несколько раз стукнул своим специальным посохом. Да, все приглашённые гости в зале. Ода забыла о цветочных настойках и в волнении оглядела зал. Его не было. Настроение сразу же поблёкло, и даже её милое платье показалось скучным и бледным.
Для Роквелла сигнал слуги наоборот был большой радостью. Все прибыли, больше не нужно по-хозяйски встречать гостей, можно без зазрения совести наслаждаться вечером. Недолго думая, граф широкими шагами направился к иностранной маркизе. Девушка беседовала с графиней Цезари Лейрон. Слуга держался на почтительном расстоянии, скромно глядя в пол. Роквелл уже думал, чем переманит внимание маркизы, поэтому даже не заметил вопросительные взгляды маркиз Брамбрин и Чеверил.
- Как это понимать? – маркиза Брамбрин недовольно вздёрнула брови. – Милорд Роквелл хочет нас оскорбить?
- Кем возомнила себя эта дама, что так неуважительно на нас смотрит? – фыркнула маркиза Чеверил.
Роквелл совершенно не замечал яростные взгляды двух величественных дам, хотя раньше видел малейшее их недовольство. Привыкшие, что их требования граф выполнял сразу, маркизы фыркали всё громче, и их лица всё больше скрючивались от недовольства.
- Вы хорошо добрались? – Роквелл широко улыбнулся маркизе Вилладсен.
- Достаточно, благодарю, - ответила ему Шерон и снова обратилась к графине Лейрон, - я слышала, что сейчас среди дам в вашем государстве модно приобретать тренированных коней для прогулки.
- Совершенно верно, миледи, - сказала дама с роскошными локонами, - специально обученные люди тренируют породистых скакунов. Самых быстрых покупают мужчины для скачек, а остальных продают девушкам.
- Погода стала холодная. Надеюсь, вы не замёрзли? – снова предпринял попытку Роквелл.
- Нет, милорд, моя карета сделана мастерами из особых материалов, в ней не холодно даже зимой, - вежливо ответила Шерон и опять обратилась к графине, - со скольких же лет у вас девушки садятся в седло?
- Благодаря новой моде, девочек учат держаться в седле с того момента, как они научатся ходить, - объяснила графиня.
Ещё несколько раз Роквелл пытался привлечь внимание Шерон, но девушка лишь коротко учтиво отвечала, но снова переносила своё внимание к графине Лейрон и другим дамам.
Оз и Элиот для приличия посетили мужскую залу, где Геймблер и Боурин познакомили их с отпрысками виконта Жикета и графа Принсона. Порция сплетен тут же выросла в два раза, и Оз по лицу Элиота понял, что если они сейчас же не сбегут в общую залу, Элиот поделится с ними своими впечатлениями с уровнем голоса в 110 децибел.
Сбежать было не так уж и сложно, потому что компания сплетников увлеклась свежими сплетнями. Гул общего зала казался приятнее их трескотни. Юноши взяли бокалы с ароматным вином и отошли к лестнице.
Время танцев дамы ждали с нетерпением. По залу уже полз шёпот, пригласит ли Оду на танец тот самый мужчина. Наконец-то музыканты заиграли вальс. Первыми, как и вчера, в центр зала вышли супруги Кокберн. За ними ещё несколько решительных пар, а потом уже те, кто стеснялся выходить первыми.
Ода не ждала кавалера, хотя несколько мужчин нерешительно на неё поглядывали. Девушка разглядывала платья и причёски дам, когда её взгляд выхватил среди гостей иностранного мужчину с необычной причёской. Сердце подпрыгнуло в груди, и Ода не могла оторвать от него взгляд. Он не видел её и с интересом следил за танцевавшими парами.
- Кто это? – спросила Ода виконтессу Финси и указала взглядом на мужчину.
Виконтесса быстро проследила за взглядом Оды.
- Не знаю, но он очень симпатичный, - протянула она.
Расспрашивать всех подряд было неприлично, поэтому Ода быстро высмотрела в толпе брата. Граф Роквелл стоял рядом с иностранкой в удивительном оранжевом платье с драконами.
- Эрлинг, кто этот мужчина? – Ода указала на иностранца. – Я видела его уже у нас.
- А? – Роквелл глянул на сестру рассеянно и раздражённо. – Это? Граф Танко Нандхард. Музыка вам нравится? – обратился граф к иностранке.
- Непривычная, но под неё так и хочется танцевать, - оценила Шерон, - графиня, вы ещё не выбрали себе кавалера?
- Нет, - смущённо ответила Ода, густо покраснела и тут же мысленно отругала себя за это.
Шерон профессиональным чутьём светской львицы определила причину смущения. Так может себя вести только та дама, которой кто-то уже нравится. Очень хорошо. Кажется, Брейк грамотно действует.
Не прошло и пяти минут, как к юной графине подошёл темноволосый мужчина с синими лентами на рукавах и сказал:
- Миледи, прошу, станцуйте со мной.
Ода не решалась ответить. Она быстро и нервно огляделась. Иностранный граф всё ещё смотрел за парами, но сам не танцевал. Что если он увидит её с этим мужчиной?
Дамы уже начали шушукаться за спиной, и девушка поняла, что тянуть дальше уже было неприлично. Нехотя она выдавила улыбку и насильно кивнула. Мужчина бережно принял её протянутую руку и повёл в центр зала.
- Вы не очень похожи на брата, - заметил мужчина, когда они уже кружились в вальсе.
- Он похож на отца, я унаследовала черты лица мамы, - объяснила девушка.
- Интересно, - улыбнулся кавалер, - я же похож на старшего брата.
Девушка улыбнулась, а сама украдкой бросала взгляды на иностранца. В груди похолодело снова, его вновь невидно. Танцует с кем-то? Только бы не с виконтессой Финси! Она, конечно, неплохая, но относится к мужчинам слишком легко и небрежно.
- Что с вами? – спросил кавалер. – Вы так усердно кого-то ищите среди гостей.
- О нет, вам показалось, - спешно сказала девушка, и ей снова стало неловко, - чудесный вечер.
- Ущипни меня, - Оз таращился на пару поверх бокала, - он что, за один день стал мастером бальных танцев?..
- Это ж каких размеров должен быть веер, чтобы он так постарался?.. – ахнул Элиот. – Что-то мне воды захотелось.
Элиот отошёл, а Оз продолжал, как зачарованный, глядеть на Брейка и Оду. Нет, это поразительно! Вчера он танцевал более-менее сносно, но сегодня он двигался так уверенно, будто давно освоил ремесло танца. Только Ода всё время отвлекается и смотрит на кого-то. Кто эта досадная помеха?
Оз проследил взглядом и обнаружил того самого иностранца, с которым у него похожи причёска и одежда. Соотечественник Ретберна, ещё один гость из Вартнанда. Почему Ода всё время на него поглядывает? Нет-нет, соперников нам не надо! Будь внимателен, Брейк!
Танцевавших пар стало так много, что гостей оттеснили к стене. Оз начал вертеть головой, но Элиота не нашёл. Опять разминулись. Юноша протиснулся между дворянами, чтобы занять более удобное место и замер на месте. Словно бы смеясь, судьба привела его к баронессе Йоншим.
Как и в прошлые дни, она лишь наблюдала за танцами, а Оз наблюдал за ней. Он долго смотрел на удивительно прекрасное лицо со строгим взглядом синих глаз, а потом шагнул к ней и протянул руку.
- Позвольте вас пригласить?
Девушка удивлённо посмотрела на него, словно вообще не ожидала приглашения, а потом протянула худую изящную руку. Безариус повёл даму в центр зала, поклонился, и вот уже нежно-розовое платье с вышитыми пионами закрутилось вокруг него. Оз не видел ничего, только эти большие синие глаза.
Они кружились в вальсе среди других пар. Оз ничего не помнил, не видел, не замечал. Пусть только музыка не замолкает.
В зале стало душно. От вина хотелось пить ещё больше, и юный Найтрей хотел обычной воды. Рядом её не оказалось, так что юноше пришлось вернуться в мужскую залу, где стояли графины с водой. Утолив жажду, он вернулся в общий зал и с удивлением обнаружил танцевавшего в центре Оза с русоволосой девушкой в розовом платье. «Кажется, на прошлом вечере он говорил с ней», - вспомнил Элиот.
Безариус не сводил глаз с дамы, и Элиота это заставило нахмуриться. «Что ж, это его выбор. Я не в праве вмешиваться», - решил про себя юноша и тоскливо огляделся.
Она снова здесь. Удивительно, даже вишнёвое платье не делает её вульгарной, наоборот, более серьёзной и солидной. Может, пригласить её? Элиот, о чём ты только думаешь? Так нельзя. Хотя с чего я себе отказываю? Я не клялся в верность, я вообще ничего не обещал. Именно.
С такими мыслями Элиот шагнул к баронессе Вивиан Гринфилд. Девушка с улыбкой приняла его приглашение, и через минуты их пара кружилась в вальсе в центре зала.
Роквелл не приглашал Шерон на танец. Все знали, что граф не выбирает даму, чтобы не выделить одну гостью из прочих и никого не обидеть. Поэтому Шерон и не ждала от него приглашения на танец, что, собственно, её не огорчало. Гил и вовсе был крайне доволен своей ролью, потому что девушки не бросали на него восторженных взглядов, не окружали стайками и не тянули танцевать. Время танцев вызывало у Найтрея нервную дрожь, потому что его умения превосходят умения Брейка. То есть он вообще безобразно двигается.
Арфа задавала тон другим инструментам. Её переливы трогали и успокаивали сердце. Шерон держалась величественно, как подобает её статусу, но тень грусти мелькала в её глазах. Гил, конечно, хороший помощник, но так не хватает сейчас братика Зарксиса с его дурашливой улыбкой и искрящимся взглядом.
На другом конце зала невыносимо скучал Рэндольф Авертира. Танцы нагоняли на него тоску. «И почему отцу приспичило сблизиться с Роквеллом? Был бы сейчас на конной прогулке или охоте», - со вздохом думал юноша. Хорошо хоть верный друг Хэймонд согласился составить ему компанию. Только сейчас эта вредина умчалась строить кому-то глазки.
Надо сказать, в своих взглядах на общество Роквелла и внешний вид дам Рэндольф удивительно походил на Элиота. Маркиз уступал положением, но воспитание и образование он получил блестящее. В Латвидже то и дело говорят о юноше, который досрочно закончил курс обучения, сдав блестяще все экзамены. Маркиз уже даже всерьёз задумался о женитьбе сына, но Рэндольф наотрез отказался до тех пор, пока не найдёт достойную девушку. Очень часто на важных приёмах маркиз сокрушается, что сын слишком разборчивый, своими отказами он упускает выгодные партии. Но Рэндольфу Авертира претила сама мысль о браке ради выгоды. Он не грезил о восторженной любви, как младшеклассники в Латвидже, но хотел найти девушку умную и порядочную, а не претендентку на титул.
- Милорд Авертира, вы не хотите кого-нибудь пригласить? – около юноши уже крутились расфуфыренные дамочки.
- Нет, - коротко и резко ответил Рэндольф.
- Почему же? Здесь столько достойных претенденток.
Грубить дамам – бесчестие, но ответить им сейчас без ругани было очень тяжело, поэтому Рэндольф предпочёл тактично промолчать.
С другого конца зала Шерон наблюдала за молодым маркизом. Его отказы дамам заставляли девушку гордиться Рэндольфом. Он не разочаровывал. Всё так же верен своим убеждениям и не поддаётся на льстивые речи.
***
Мелодии сменяли друг друга. Пары танцевали, отдыхали, снова танцевали. «Оз, что ты делаешь? Что же ты творишь? Остановись наконец!», - кричал самому себе в душе Безариус. Он сам не понял, как пригласил баронессу Йоншим на танец, не помнил, как это случилось, только когда музыканты на секунду остановились, чтобы перевести дух, юноша вздрогнул, будто очнулся, но не мог остановиться. «Да что же ты делаешь??? А как же Алиса?!», - отчаянно кричал он себе, но руки лишь сильнее сжимали тонкие ладони баронессы.
Музыка стихла совсем, и хозяин поместья подошёл к дверям обеденной комнаты, чтобы пригласить гостей на трапезу. Оз и баронесса остановились. Она быстро выхватила свои руки из его и отодвинулась на почтительное расстояние. Вид её не был смущённым, она просто соблюдала правила приличия.
Сделав реверанс, девушка удалилась вслед за другими гостями в трапезную залу. Оз сжал на груди рубашку, потому что сердце разрывалось в груди. «Что же я делаю?..», - Оз закрыл глаза, вдохнул и выдохнул, но мысли не приходили в порядок. Почти бездумно он двинулся за толпой на ужин.
Элиот нашёлся там же. Он уже сидел на своём привычном месте, и вид у него был немного взволнованный.
- Где ты был? – быстро спросил Найтрей, когда Оз занял своё место.
- В общем зале, - глухо отозвался Безариус.
- А, - протянул Элиот и больше ни о чём не спрашивал.
Он вообще не смотрел на Оза. Ни о чём не думая, он просто смотрел на баронессу Гринфилд. Девушка мило беседовала со своей подругой, иногда смотрела на гостей, и когда её взгляд касался Элиота, тот непроизвольно улыбался.
***
Прохладное утро несло весть о приближении зимы. Природа удивительна. Зная, что скоро суровый мороз покроет всё прозрачным хрусталём, она всё равно до последнего мгновения радуется жизни. Холодный ветер уже стелется по земле, а в парках, на задних дворах ещё буйно цветут розы, пионы, анемоны, гортензии, глориозы, герберы и глицинии.
Пока Ода Роквелл причёсывала мягкие каштановые волосы, наслаждалась сладким ароматом, который принёс в приоткрытое окно утренний ветер. Девушка смотрела на себя в зеркало и думала о вчерашнем вечере. Граф Танко Нандхард.
Гребень остановился посреди пряди, потом медленно закончил свой ход, и Ода положила его на стол. Она не мечтала об одинокой жизни и не представляла себе любовь по пафосным женским романам, но сердце быстро бьётся, когда девушка видит графа Нандхарда. Может, это…
Девушка прижала руки к груди. Она не была уверена, ведь о любви она только читала. Нужно убедиться.
Дверца гардероба тихо скрипнула, с вешалки снялось домашнее платье цвета слоновой кости, и Ода, закончив домашний туалет, спустилась на первый этаж, где уже должен быть завтракать её брат.
За длинным столом из тёмного лакированного дерева сидел хозяин поместья. Перед ним уже стояла чашечка ароматного кофе, плотный завтрак с десертом. Как только Ода покинула свою комнату, слуги тут же засуетились, так что когда девушка вошла в обеденную комнату, на столе рядом с графом уже стояли блюда с завтраком, чашечка с кофе и десерты с пылу с жару.
Бодрящий запах кофе придал Оде уверенности, ведь ей нужно было кое о чём спросить брата.
Его блюда оставались нетронутыми, ароматный напиток стыл в своей чашке. Эрлинг держал в руках утреннюю газету, но взгляд его был пустым от сильной задумчивости.
- Эрлинг, завтра ведь будет приём? Всё как обычно? – Ода решила зайти издалека, чтобы не выдать себя.
- М? – отозвался граф и нехотя обратил внимание на сестру. – Да, разумеется.
Девушка отпила кофе, вдохнула его аромат и снова обратилась к брату.
- Иностранных гостей ты всех пригласишь?
- Естественно, - граф вдруг нахмурился, - разве может быть иначе?
Ода больше не стала ни о чём его расспрашивать. Ей достаточно было знать, что граф Нандхард будет на завтрашнем приёме. К тому же Эрлинг чем-то озадачен и раздражён. В такие моменты его лучше не трогать.
Ответив на вопросы сестры, Эрлинг Роквелл вновь погрузился в свои размышления. «Почему же маркиза Вилладсен не удостаивала меня внимания? – ломал он голову. – Я что-то сделал не так? Какое-то моё слово или действие для её культуры показалось оскорбительным? Нет, такого не должно быть. Я специально изучал брошюры о культуре Альбина, Вартнанда, Хагихари, Тегейриана, Адельбурга, Нортмана и Мадальбальда, чтобы случайно не показаться невежей. Может, кто-то из гостей невежливо себя повёл? Нет, такого тоже не может быть. Все, кого я приглашаю на приёмы, уже известные в обществе своим статусом и манерами люди. Они бы не посмели подставить меня. Тогда, может, ей что-то не понравилось? В чём же причина?».
Роквелл незаметно для себя проглотил завтрак, свернул газету и быстро направился в приёмные залы. Хуже не стало. Бокалы-пионы он приобрёл, слышал, как гости ими восхищаются. Что же тогда?
Мужчина курсировал по дому в поисках изъяна. Он толком ничего не нашёл, а потому твёрдо решил узнать у маркизы напрямую, что вызвало у неё недовольство. Как только узнает, сможет моментально всё исправить. На всякий случай он велел штатным слугам, которые обычно в часы приёма ухаживают за остальной частью поместья, быть наготове.
***
Гил лежал на кровати и с тоской смотрел в потолок. Он уже невероятно скучал по проказам Оза, его вечной неуёмной энергии, по воплям и пинкам Элиота, шипению и рёву Алисы и даже по выкрутасам Брейка.
Алхимик поселил его одним. Все, кого он мог увидеть, были слугами Рейнсвортов. Сейчас даже дотошный герцог Барма скрасил бы одиночество. Покончить с пустыми днями могло только завершение плана. Шерон умело продвигалась вперёд, а Брейк? Тот мужчина, который уже дважды танцевал с Одой, неужели это он?
- Брейк, слышишь? – позвал Гил.
- Разумеется, - отозвался Шляпник.
- Это же ты на радость сплетникам очаровываешь Оду Роквелл?
- Естественно.
Гил невольно схватился за ухо, потому что треск разгрызаемой конфеты стукнул по уху, как молотком.
- Хорошо, а то я уже беспокоился, - вздохнул мужчина.
- Не так уж и хорошо, - произнёс Оз, - Брейк, если ты не заметил, у тебя появился конкурент.
- Конкурент? – встрепенулся Элиот. – Кто?
- Как кто? Ты не заметил? – Оз удивлённо посмотрел на юного Найтрея. – Помнишь, я говорил о мужчине с похожей на мою причёской? Ода слишком часто смотрела на него.
- С похожей на твою? – оживилась Алиса. – А какая у тебя причёска? Глубинная связь очень слабая, я не могу тебя найти.
Оз молчал.
- Эй, Оз? Чего ты молчишь? Слышишь меня?
- Слышу.
Алиса раздражённо сложила руки на груди и пожалела, что Оза нет рядом, а то бы дала ему пинка от души.
- Алиса, не старайся, - вступила Шерон, - нам нельзя рассказывать друг другу о своих ролях. Я тоже не знаю, как выглядишь ты или Оз.
- Этот маскарад мне надоел! – буркнула цепь. – Если бы сила была при мне, махнула бы раз косой, и этот толстоносый граф быстро отдал камень!
- Быстро и по делу, - усмехнулся Брейк.
- К сожалению, все цепи парализованы, - Шерон отложила свою золотую заколку с бусинами и бисером, - поэтому мы вынуждены носить чужие имена.
- Тогда поторопитесь! – воскликнула Алиса. – Чем быстрее вы достанете камень, тем скорее я смогу носить своё родное имя.
- Здесь ты совершенно права, - согласилась Рейнсворт, - не беспокойся, я думаю, на следующей неделе мы закончил наш план.
«Хорошо бы, чтобы было так», - подумал Оз.
***
Приём начался в назначенный час. Парадные двери распахнулись, а слуги заняли свои места по обе стороны от входа. Первый дилижанс прибыл уже через десять минут. Самыми нетерпеливыми оказались супруги Линдсей. Когда пара вошла в общий зал, гостей, конечно же, приветствовал хозяин и его сестра.
Чуть начало вечереть, Ода ринулась к своему гардеробу и начала одно за одним отбрасывать платья. И почему же всё не то? Она ведь только вчера заглядывала сюда, кажется, платья были хороши. Разве за день они могли стать хуже? Девушка долго придирчивым взглядом оценивала каждый наряд, пока не остановилась на нежно-голубом закрытом платье с немного прозрачными рукавами, бело-голубыми узорами и вышивками.
Её необычайно ранний приход удивил брата, но тот счёт это удачной возможностью показать радушие гостеприимных хозяев. И граф, и графиня с нетерпением ждали каждого гостя, но каждый по своим причинам. Бароны и баронессы, графы и графини, виконты и виконтессы, баронеты и баронетессы. Залы заполняли мужчины и женщины в самых разных одеждах от скромных платьев, до кричаще ярких нарядов с перьями и огромными драгоценными камнями.
Лёгкое нетерпение вполне естественно для юных дам, но на душе было ещё почему-то волнительно. «Мне нужно его увидеть, чтобы всё понять», - сказала себе Ода. Она иногда поправляла прядь каштановых волос и надеялась, что сегодня выглядит достаточно хорошо.
Слуга стукнул своим посохом и объявил:
- Миледи маркиза Сандра Вилладсен!
Роквелл вытянулся по струнке, словно военный перед Его Величеством. Гости смолки и устремили взоры к парадному входу. Оз и Элиот, прибывшие чуть раньше Шерон, присоединились к любопытным гостям. Появление Рейнсворт уже стало особым событием приёмов. Кавалеры хотели полюбоваться обворожительной красотой гостьи, а дамы ждали приёмов ради её необычных нарядов.
То, что маркиза Сандра Вилладсен сегодня снова будет в центре внимания, очевидно и бесспорно. Беловолосая дама словно укуталась в звёздное небо. Сверкающе-синее, оно точно сливалось с мириадами сияющих звёзд. Загадочное и романтичное, придавало девушке сходство со сказочной Леди Звездой, чьи серебряные волосы струятся по мерцающим тканям.
Союз арфы и скрипки провожал прекрасную гостью к хозяину, которому дорога от центрального входа до его места у лестницы показалась невероятно длинной.
- Миледи, вы очаровательны! – Роквелл не забыл о комплименте. – Ваше появление снова делает мне честь.
Шерон сдержанно улыбнулась и сделала реверанс.
- Миледи, быть может, - Роквелл старался казаться ненавязчивым, - я чем-то невежественно вас обидел на прошлом приёме?
- Отнюдь нет, - девушка покачала головой, - ваши слова и действия всегда галантны.
- Мне показалось, вы были не очень довольны, - аккуратно заметил мужчина.
- Я была уже на нескольких приёмах, вы проводите их достаточно часто, поэтому, мне интересно, - Шерон в задумчивости коснулась тонким пальчиком губ, - все прочие вечера будут такими же?
Роквелл замялся, и по его глазам было видно, он не совсем понимает, о чём идёт речь.
- Прошу прощения… - растерянно пролепетал он.
- Я хочу сказать, вы даёте много приёмов, но все они похожи. Разве гости не заскучают?
Улыбка сползла с лица Роквелла. Очевидно, эта мысль его совершенно не посещала. Он испуганно посмотрел на Шерон, потом быстро осмотрел гостей. Теперь к растерянности добавилась намечающаяся паника.
- Если бы я устраивала вечера так, как делают в Альбине, - многозначительно начала Шерон и приготовилась к тончайшему намёку, - я бы приготовила нечто необычное, нечто потрясающее, чего точно ни у кого нет. Загадку для особенных гостей.
Шерон внимательно следила за малейшими изменениями в выражении лица графа. Он задумался, на секунду в глазах мелькнуло то самое, чего девушка и добивалась.
- Пожалуй, вы правы, - осторожно сказал он, - да, мне следует периодически удивлять гостей.
«Как я и думал, - Гил незаметно поправил коричневую ленту, всё время норовившую развязаться, - он понимает ценность камня, но очень осторожен. Хотя наживка брошена, и он плавает возне неё, принюхивается».
- Думаю, если бы меня чем-то поразили, я бы, несомненно, удостоила всяческих почестей хозяина, - как бы между прочим заметила Шерон.
Глаза Роквелла загорелись, он начал лихорадочно соображать. По лицу было видно, что внутри у него боролось желание поразить гостью и страх обнаружить и потерять своё сокровище. Шерон не стала давить. Опасно. Она не знала принципов рыбалки, зато хорошо знала принципы манипуляции, хотя милую леди Рейнсворт в этом трудно было заподозрить. Леди Шерил хорошо понимала, что высшее общество при своём названии ещё не образец благородства и благонравия, поэтому учила своих дочку и внучку азам интриг для того, чтобы девочки могли спокойно обходить подводные камни в течении взрослой дворянской жизни.
Пока Роквелл мучился от пока что неразрешимых проблем, беловолосая леди в звёздном платье с величественным спокойствием наслаждалась чарующими переливами арфы.
Ода тоже заслушалась. У арфы есть удивительное свойство очаровывать, успокаивать, уносить далеко от тревог и печалей, дарить покой и тёплое чувство гармонии. Хочется, чтобы мягкие переливы, нежно касающиеся душу, никогда не прекращались, всё лились и лились, лились и лились.
Под нежные перезвоны прозвучало имя:
- Граф Танко Нандхард!
Ода смотрела, как под звуки арфы в зал входит мужчина с необычной причёской, спокойный, с мягкой улыбкой на губах. Он поприветствовал хозяина и отошёл в сторону, чтобы поприветствовать и своих знакомых лордов. Девушка смотрела на его приятное лицо, вежливые поклоны, и ей было всё равно, сколько гостей ещё придёт, главное, что пришёл он.
Вечер превратился в одну мелодию очарования. Да, арфа умеет разбудить чувства. Оттого Оз и стал задумчивым. В другой раз Элиот побеспокоился о друге или попытался над ним подшутить, но юный Найтрей тоже поддался чарам арфы и с бокалом в руке задумчиво глядел на арфистку в жемчужном платье. Всё же это подлость? Нет. Разве он делает что-то плохое? Но почему же на душе так тоскливо и нехорошо?
Хорошо ли смотреть вот на эту девушку? Рыжеволосая леди в сером платье с едва уловимыми серебристыми узорами. Может, всё-таки это была подлость, но он продолжать смотреть на неё.
Не стоит забывать о задаче, которая стояла перед командой, перед всей Пандорой. Но сейчас всё показалось таким пустым и далёким. Он не хотел думать о камнях, печатях и Баскервиллях, когда рыжеволосая леди была перед его глазами. Как хочется, чтобы всё стало далёким, ведь имеют же они право на счастье.
Озу было тревожно. Ненужные мысли снова прорывались в его душу. В попытках отвлечься он начал бродить по залу, приветствовать новых знакомых. Можно ещё последить за Одой. Шерон и Гил заняты её братом, Лиам следит сразу за несколькими залами, даже ему всего не ухватить. Стоит присмотреть за сестрой Роквелла. Иногда девушке нужны посторонние намёки, чтобы она обратила внимание на мужчину.
Считающаяся здесь хозяйкой младшая сестра Роквелла была одна. Брейк прибыл, но пока ещё не походил. Девушка слушала музыку и всё время смотрела куда-то. Что же её так заинтересовало?
Оз проследил за её взглядом и почувствовал раздражение. Девушка не любовалась платьями гостий, не искала взглядом Брейка, она смотрела всё на того же иностранца, что и в прошлый раз. Это очень плохо! Нельзя, чтобы Ода успела им серьёзно заинтересоваться. Если Брейк сегодня не будет действовать активнее, придётся завтра утром ему сказать пару добрых слов. На вечере у Ислы Юры он просто так разбазаривал свой талант, а здесь не может справиться с одной девушкой.
- Рет, куда ты пропал? – рядом нарисовался любопытный Геймблер. – Идём, виконт Жикет подумывает завтра устроить охоту.
- Как интересно! – Оз изобразил крайнюю степень заинтересованности. – Охота – это прекрасное увлечение для дворян.
Геймблер активно закивал и вдохновенно залепетал про масти лошадей и собак, подходящих для охоты. Оз мастерски поддерживал беседу, создавая себе репутацию отличного собеседника. Как однажды сказал Брейк, если бы Оз родился не дворянином, то ему стоило стать актёром в королевском театре. Забавно, его природные навыки, которые обычно осуждали тётки и няньки, постоянно пригождались в последнее время.
Из-за светской беседы с Геймблером Оз потерял из виду Оду Роквелл, а Ода потеряла из виду иностранного графа. Искать его было неприлично, но это было ни к чему. Кажется, девушка нашла ответ на свой вопрос.
Она слушала музыку и думала, что вечер перестал быть скучным, серым и однообразным, поняла, почему многие девушки стремятся попасть сюда. Внутри, в душе, тоже играла арфа.
Гости потихоньку перемещались. Гостьи посещали дамскую залу, возвращались в общую, беседовали с кавалерами, которые периодически исчезали в мужской зале и снова приходили в общую.
- Непросто быть хозяйкой вечера? – прозвучал рядом мягкий голос.
Ода повернулась, а арфа в душе зазвучала громче. Иностранец с необычной причёской стоял рядом с ней.
Девушка сделала реверанс, он учтиво ей поклонился.
- Не так сложно, когда любишь своих гостей, - ответила Ода, - вы из Вартнанда?
- Верно, - сказал мужчина, - граф Танко Нандхард.
Граф стоял рядом, а Оде казалось, что звёздное небо с платья прекрасной маркизы Вилладсен разлетелось, окутало зал, сияло здесь и там.
- Вам у нас нравится? – робко спросила девушка.
- Признаюсь честно, убранство дома мне не по вкусу, - ответил мужчина, - слишком много золота. Оно везде, слепит глаза. Богатство не только в золоте. Хотя цветочные украшения довольно милы, создают тёплую атмосферу. Ими приятно любоваться. Стоило сделать больше цветочных украшений.
- Убранством дома занимает Эрлинг, но эти цветочные украшения он разрешил делать мне, - застенчиво улыбнулась Ода.
- Правда? – удивился мужчина. – Они прекрасны. Островок живой красоты. Я несколько раз смотрел на вас. Вы всегда одна. Неужели в большом зале у вас нет подруги?
- Есть, конечно, хотя, пожалуй, мы не очень близки, - в этот раз улыбка девушки была грустной.
- Отчего же так? – снова удивился граф.
- Они милы и добры, но я плохо понимаю их желания.
Именно так. Они думают по-разному о разных вещах. Из одного круга, но вкусы их редко совпадали. Ода сама не знала, почему разговоры виконтессы Финси и баронессы Ишервуд её не интересовали и заставляли скучать.
- Может, то чего хотите вы, выше того, чего хотят они? – мягко спросил мужчина.
- Я никогда не думала, что лучше их, - честно ответила девушка, - просто мы разные.
- Да, пожалуй, - кивнул граф, - я могу спросить вас?
- Да, спрашивайте.
- На вечера каждый раз приглашено много дам, но, кажется, милорд Роквелл не выбирает себе даму сердца. Он ведь приглашает много девушек, чтобы скрасить вам досуг, если я не ошибаюсь?
- Верно, - Ода с любовью посмотрела на своего большеносого брата, который с увлечением беседовал со звёздной маркизой, - он может казаться заносчивым и вычурным, но на самом деле Эрлинг очень заботливый. Чтобы я не заскучала, он приглашает юных дворянок, ведь не так часто нам удаётся выбраться.
- Вам не нравятся прогулки в парке? – поинтересовался мужчина.
- Нравятся, но Эрлинг занят на службе, - с тоской ответила Ода, - он не может часто меня вывозить. У меня нет родственниц, а одной даме не положено бродить по паркам.
- Разве дамы из этого зала не могут составить вам компанию?
Оде стало немного неловко.
- Наверное, я слишком привыкла к домашней жизни.
- Очень жаль, - сказал граф, - я успел заметить, что у вас прекрасные парки. Иногда там прогуливаются целые семьи. Если бы вы с милордом посетили парк, думаю, смогли оба отдохнуть от суеты и каждодневных обязанностей.
- Я не думала об этом, спасибо, - тепло ответила Ода.
Заботливая речь графа тронула её сердце. Уже давно никто из кавалеров не беспокоился о ней и о её брате.
- Прошу прощения, - из толпы вышел темноволосый мужчина, тот самый, который уже дважды приглашал Оду на танец, - вы украли уже очень много времени у нас от общения с миледи, - обратился он к графу Нандхарду, - миледи, уже время танцев. Пожалуйста, не мучайте сердце уязвлённого мужчины, подарите и мне немного вашего внимания.
Ода нерешительно посмотрела на мужчину, потом на графа Нандхарда.
- Прошу прощения, я был невнимателен, - граф ещё раз поклонился Оде, вежливо кивнул темноволосому мужчине и удалился.
Ода подала руку кавалеру, но сама подумала, что хотела бы закружиться в танце под переливы арфы с иностранным графом с мягкой тёплой улыбкой.
Время танцев вновь собрало кавалеров и дам в центре зала. Роквелл улучил момент, когда все гости заняты, и отправился справляться об ужине. Шерон осталась одна, но передышка от интриг нужна была и ей. Она отправила Гила за освежающим напитком, потому что в зале стало душно и потому что кухня – это котёл информации, где слуги без присутствия и пристального внимания хозяев могли обсуждать высший свет сколько душе угодно. Неплохой шанс подсобрать информацию. Ею не стоит пренебрегать.
Цветные юбки дам кружили тут и там. Шерон тоже хотелось закружиться в вальсе, но кавалеры не решались подойти к роскошной звёздной даме.
- Вино? – слуга с поклоном протянул поднос с бокалами.
Сразу две руки устремились к бокалам. В неловкую паузу Шерон увидела немного смущённое лицо Рэндольфа Авертира. Сердце бешено забарабанило в груди, но девушка быстром едва заметным вздохом заставила его успокоиться, чтобы не выдать себя.
- Прошу меня простить, - юноша склонил голову, - я был неучтив, - он распрямился, посмотрел в глаза Шерон и замер.
- Не беспокойтесь, это всего лишь случайность, - Шерон взяла бокал.
- Кажется, вы из другого государства, - заметил юноша.
- Верно, Альбин.
- Страна, которая славится учёными мужами, - вспомнил Рэндольф.
- И не только мужами, - Шерон многозначительно повела бровями, - науки доступны и прекрасному полу.
- И вы ими заинтересованы? – удивился юноша, хотя в голосе прозвучала приличная доля сомнения.
- Разве это неприлично для дамы? – заметила Шерон. – Ум ещё никого не стыдил.
- Да, вы правы, - согласился Авертира.
- Прошу меня простить, - Шерон слегка склонила голову, - я обещала немного внимания гостьям графа.
- Да, конечно.
Шерон шла к женской зале, а сердце так и подпрыгивало в груди. «Успокойся, Рейнсворт, - твердила себе девушка, - помни: спокойствие, выдержка и честь», но сердце эти разумные вещи слышать не хотело. Как легко было учить Алису и как сложно этому же научить своё собственное сердце.
Скольких сердец сегодня коснулась арфа? Все сердца Пандоры сегодня зачарованы одним мотивом. Для каждого он звучит по-разному, но всё же он один. Как это? Об этом спорят, ломают голову столетиями.
Оз уже подумывал найти Элиота, от которого он незаметно сегодня отделился. Арфа играла и его струнами души. Как бы твёрдо ни решал Оз заниматься общим делом, но бело-красное платье захватило его взгляд. Бело-красное, красный, как цвет плаща Алисы, но владелица его баронесса Йоншим. Стыд и угрызения совести снова накинулись на Оза. Он насилу заставил себя оторвать взгляд от прекрасной леди и быстрыми шагами направился в мужскую залу. Безариус был рад, что Элиот сейчас не рядом и не видел его.
Оз сел на роскошный диван. В памяти промелькнули слова, сказанные им Элиоту в первый вечер у Роквелла. «Она… для меня особенная, неповторимая». Оз схватился за длинную прядь чёрных волос, свисавшую на лицо. «Безариус, что же ты делаешь?..». Оз изо всех сил сжал на груди рубашку, под которой была печать контрактора. «Что же ты делаешь?..».
Лиам наблюдал за юным Безариусом со своего места и с тоской подумал, что алхимик втянул их всех в дело, способное разбить любое, даже самое стойкое сердце. Выйдут ли они из этой истории такими же, какими были?