— На Бульварное, — сказал я, когда уселся на заднее сиденье. Спину ломило после суматошного дня.
Водитель кивнул в зеркало. Его затылок, коротко стриженный, показался уж слишком знакомым.
— Сашка, что ли? — услышал я собственное имя.
Он обернулся. И лицо его, взрослое, серьёзное, вдруг сморщилось в той же ухмылке, что и 20 лет назад.
— Батрин? Серьёзно?
Сергей, мой сосед по студенческой общаге. Мы не виделись сто лет.
Первые пять минут пролетели как обычно бывает при таких случайных встречах — начали перебирать давних знакомых. Кто женился-развёлся, кто уехал, кто начальником стал, кто своё дело открыл или спился. Машина неслась по вечернему городу.
– Как ты вообще за руль такси-то подался? — спросил я наконец.
— А что такое? — он хитро прищурился. — Работа как работа. График свободный, ну относительно свободный. На людей посматриваю. Хотя народец, скажу я тебе, тот ещё.
Он перестроился, чтобы ловко славировать между потоками.
Я спросил:
— А что, мамаши достают?
— Ой, да если бы они. Сейчас их всё меньше стало, ведут себя более-менее цивильно. Вот, например, «Телефонный тиран», как я таких называю. Садится и минут… тридцать орёт в трубку. «Ты мне чтоб отчёт к утру! Никаких оправданий!» Потом кладёт трубку, смотрит на меня и тонким голосочком: «Извините за беспокойство, хорошего вечера». Потом выходит, будто меня здесь нет.
— Или та самая, которая садится в такси, только чтобы со своими подругами потрындеть. Причём она как бы не задумывается, что я могу всё слышать, про их парней, какие все козлы и арбузеры.
Улыбаюсь:
— Да такие всегда существовали.
— Ну да, я порой внимания на них не обращаю, прошу только потише, потому что они меня отвлекают. Или музыку громче делаю, тогда замолкают, ха-ха-ха!
Мы оба рассмеялись вслух.
— Меня в последнее время добивают эти, «Гении навигатора», – продолжал Сергей. – Сидит с телефоном и учит меня жить, особенно пенсионеры всякие любят придираться. «У вас карты устарели, тут пробка. Поверните тут… ой, мы проехали». Как будто я не знаю, что в семь вечера на Левобережном делать нечего.
Он хлопнул руками по рулю, как будто его такими претензиями в самом деле достали.
— Ну, может, они помочь тебе хотят, чего ты сразу — засмеялся я.
— Помочь? — чуть ли не начал кривляться Сергей. — Хотят почувствовать себя главными хоть где-то.
Он набрал скорость на свободном участке.
— Но это ещё не всё. Мой любимый тип пассажиров, клиентов — «Молчаливый судья». Он почти всю дорогу молчит, но постоянно вглядывается ко мне вот сюда в навигатор [показывает пальцем на телефон] и на каждом повороте, цыкает, вздыхает. Как будто каждое мое решение его разочаровывает. Выходит, потом ставит в приложении три звезды, комментарии не пишет, что самое главное.
– И что в этом плохого? Молчал, дорогу тебе не испортил, ты ехал как твой душе угодно. Хорошо же.
— Нееет, – закатил глаза Сергей. – Это игра в одни ворота. Он меня оценил, а я его нет. Несправедливо.
– Но есть один тип, – вдруг сказал Сергей тише. – Самый странный. Он меня добивает. Не крикун, не задний диспетчер, не вздыхатель.
Я ждал.
– Он всю дорогу мирно молчит, смотрит в окно или в телефон свой уткнётся. И где-то за километр до его точки назначения вдруг говорит спокойно: «Остановите здесь, я выйду». Вот просто посередине дороги. Ещё оправдывается, «мне так удобнее». Я почти всегда останавливаю, это его дело, но что, ему мешало сразу выбрать нужную точку на карте. Мы же не можем остановиться где угодно, нас за это штрафуют вообще-то. Вот там [показывает пальцем на какой-то тротуар и магазин рядом] я уже не смогу тебя высадить, мне придётся очень долго петлять. А им хоть бы хны.
Сергей развёл руками.
– Ну да, они не хамят. Но после них чувствуешь себя неуютно.
Машина плавно остановилась у моего дома.
– Ну вот и всё, приехали, – сказал Сергей, в его голосе снова зазвучали обычные, бытовые нотки.
— Было здорово повидаться, Серёга.
– И тебе, – он кивнул. – Заходи в гости, если что. Я в том же районе.
Я вышел. Авто Сергея, бесшумное и тёмно-синее, сразу же растворилась в вечернем потоке.