Бабушка пережила голод и смену эпох, но сохранила непоколебимую, древнюю, как мир, веру во всякого рода духов. Казалось, она знала о них все. Различала озорного от домового, аука от лешего, злобного банника от тоскующей кикиморы. Но больше всего в детстве меня поражали ее словечки. Это были не то молитвы, не то заклинания, которые якобы имели магическую силу и вмиг ставили всю нечисть на место.
Мне особенно помнятся летние ночи в старой деревенской избе бабы Вари. Меня укладывали спать на русской печи, и едва я начинал дремать, как из тесной щели между кладкой и стеной начинал доноситься звук. Это был не скрип и не стук, больше напоминало возню. Будто кто-то маленький ворчал себе что-то под нос. «Баба Варя, кто это там за печкой шуршит? Мышь?» - спросил я однажды. «Нет, домовой расшалился. Но мы сейчас его приструним», - ответила прабабушка.
Она подошла к печке и твердым голосом, словно делала выговор, громко произнесла: «Не стучи, не вертись, угомонись. Не мешай, не путай, иди прочь в ночь, за мой порог, где семь дорог». Удивительно, но шум тотчас прекратился. «Ты что, колдунья?» - восхищенно спросил я. «Вовсе нет. Просто мир наш не один, - объяснила баба Варя. - И если кто разбушевался, то ругаться нельзя. Надо просто напомнить им порядок».
Прабабушка Варвара умерла в 1998 году, не дожив совсем чуть-чуть до своего столетия. Я тогда только окончил институт и подался в Москву. Устроился на работу и снял квартиру в старом доме с лепниной и скрипучим паркетом по цене значительно ниже рыночной. Но очень быстро понял, почему жилье стоило так дешево. Сначала было просто неприятно: холодные сквозняки в комнатах, какие-то скрипы. затем стал отчетливо доноситься шепот из пустого угла. я ощущал, что за мной наблюдают. Однажды ночью я проснулся от того, что кто-то дышал мне в затылок. Но то были еще цветочки, ягодки пошли потом, когда книги начали сами падать с полок, открывались краны и гремела посуда.
Пожилой сосед, встретив меня однажды в подьезде, поинтересовался: «И как вы, молодой человек, не боитесь? В этой квартире люди дольше месяща не задерживаются.
Последняя жиличка и вовсе в ночи вещи собрала и сбежала, дрожа от ужаса». Да я и сам бы сбежал, вот только куда? Деньги за жилье были уплачены за месяц вперед, а накоплений у меня не было. Впрочем, я был уже готов идти на вокзал.
Как-то ночью, когда из коридора в комнату поползли черные тени и донесся тихий мерзкий смешок, я схватил чемодан и принялся кидать туда вещи. И тут в голове всплыли словечки прабабушки Варвары. Я четко произнес: «Не стучи, не вертись, угомонись. Не мешай, не пугай, иди прочь в ночь, за мой порог, где семь дорог». И - о, чудо! - все стихло! Тени растаяли и наступила блаженная тишина. В тот раз я проспал как убитый до обеда. С тех пор я постоянно проговаривал прабабушкины словечки, если незримый хулиган опять начинал распоясываться. Жить стало на удивление спокойно. Пожилой сосед только ахал: «Столько народу отсюда сбежало, а ты живешь и радуешься».
Моя жизнь действительно вошла в спокойное стабильное русло до той поры, пока на работе не появилась Юля. Она была не просто красива, она была магнетически привлекательна. Вокруг нее вился рой ухажеров. Бизнесмены, художники, спортсмены приглашали Юлю в модные бары, вернисажи и дорогие рестораны. Я понимал, что на этом поле мне их не переиграть. Тогда мне пришла в голову рискованная идея. Я пригласил Юлю не в кино или кафе, а за грибами в лес. «А ты оригинал!» - сказала она.
В осеннем лесу было сказочно красиво. Все шло превосходно: мы болтали, смеялись и даже нашли парочку подосиновиков. Я держал Юлю за руку и уже внутренне гордился собой и своим гениальным планом. Все было как в романтическом фильме, пока мы не поняли, что заблудились. Знакомая поляна куда-то исчезла, деревья стали однообразными и мрачными. Мы кружили уже битый час, а так и не могли выйти на дорогу. Солнце тем временем уже клонилось к закату.
Юля больше не шутила. Она ежилась в тонком плаще, и в ее прекрасных глазах затаилась тревога.
Да я и сам был растерян, но всеми силами старался не выдать свое беспокойство. «Ты только не переживай, я обязательно найду дорогу. Мы просто слегка потерялись»,
- бодрился я. «Слегка? Я уже три раза видела эту поваленную березу. Мы ходим по кругу!» - сказала Юля, и в ее интонации я почувствовал укор. Она отпустила мою руку и смотрела на меня разочарованно. Липкая паника начала подбираться к горлу. Мало того, что я подвел девушку мечты и выглядел полным идиотом, так еще перед нами явственно замаячила перспектива ночевки в лесу. Тогда от отчаянья я сделал то, на что вряд ли бы решился в здравом рассудке.
Я остановился, положил руку на шершавый ствол сосны и, глядя вглубь леса, громко и четко, как прабабушка Варвара, произнес: «Батюшка леший, ты нас не путай, не кружи, не верти, а уйди с пути». Надо было видеть лицо Юли в этот момент! Она смотрела на меня как на сумасшедшего. Тем временем в лесу наступила гробовая тишина. Казалось, даже ветер замер. А потом где-то вдалеке с ветки упала шишка, прямо перед нами будто спала пелена, и проступила узкая, но явная тропка. Мы шли по ней молча минут пятнадцать, пока она не вывела нас на знакомую грунтовую дорогу, откуда была видна железнодорожная станция. Уже в электричке Юля спросила меня: «Что это было?» Терять мне уже было нечего, и я выложил все как на духу. Рассказал ей про свое детство, про удивительную прабабушку Варвару, ее словечки и про свою квартиру с полтергейстом. Я был готов к скепсису, иронии и вообще к чему угодно. Но Юля слушала с неподдельным интересом. «Я должна это увидеть! Поехали к тебе прямо сейчас!» - сказала она, словно речь шла о походе в музей диковин. Я исполнил ее просьбу. Ту ночь мы провели вместе и больше уже не расставались. А через год
Юля стала моей женой.
Однажды, когда у нас уже подрастали наши сорванцы, я спросил у нее: «Признайся, что тебя во мне привлекло?» - «Ты покорил меня, когда говорил с лешим на его языке.
Вот тогда я поняла, что ты не такой, как все, и с тобой не соскучишься», - ответила жена. Выходит, что прабабушка Варвара мне в наследство оставила не просто защиту от нечисти. Она оставила ключ от сердца любимой женщины.