Утро восьмого марта началось не с запаха мимозы и не с кофе в постель. Оно началось с грохота. Такого, будто в спальню пытались затащить банкомат.
Лена открыла глаза. Над кроватью нависал Вадим. Он был бодр, свеж и до неприличия доволен собой. В руках он держал огромную коробку, перевязанную аляповатым красным бантом. Коробка занимала половину свободного пространства комнаты и выглядела угрожающе бытовой.
– С праздником, любимая! – гаркнул Вадим, водружая этот картонный гроб прямо Лене на ноги. Одеяло под тяжестью подарка натянулось, придавив лодыжки. – Вставай, страна зовет! Смотри, какую вещь я тебе урвал!
Лена села, с трудом высвобождая ноги. Сердце пропустило удар, но интуиция уже шептала: «Беги». Полгода она методично, как дятел, обрабатывала мозг мужа ссылками на нишевый парфюм. Скидывала в телеграм, оставляла открытые вкладки на его ноутбуке, даже подводила к витрине в торговом центре. Флакон стоил прилично, но не критично для их бюджета. Она хотела пахнуть сандалом и морской солью, а не…
Она сорвала бант. Картонная крышка откинулась.
На Лену смотрел черный глянцевый глаз. Мультиварка. «Chef-Pro 3000». С функцией копчения, варки холодца и управления со смартфона.
Внутри у Лены что-то оборвалось. Словно перегорела последняя лампочка в подъезде, оставив только темноту и запах сырости.
– Ну? – Вадим сиял, ожидая оваций. – Крутая, да? Последняя модель. Хватит тебе деньги тратить на эту вонючую воду, которая выветривается за час. А это – вещь! Инвестиция в быт! В ней рулька получается – пальчики оближешь. Томленая, как в ресторане.
Он потер руки, и этот звук напомнил Лене шуршание сухого таракана.
– Рулька? – переспросила она. Голос был ровным, плоским.
– Ага! Я уже и мясо купил, – Вадим подмигнул. – Свиная рулька, жирненькая, два кило. Маринад взял. Друзья к пяти придут, Санька с женой и Толян. Надо успеть загрузить, там программа часа четыре идет. Давай, Ленусь, подъем. Испробуем агрегат!
Он не подарил ей подарок. Он подарил себе вкусный ужин, который она должна была приготовить. Он подарил ей вторую смену на кухне в её законный выходной.
Лена взяла телефон. Приложение банка открылось по Face ID. История операций. Списание в магазине электроники. Сумма ровно такая, какую Вадим откладывал «на подарки». Он потратил всё. До копейки. На кастрюлю с проводом.
Ей захотелось взять этот агрегат и проверить его аэродинамические свойства, выкинув в окно с девятого этажа. Но Лена вдохнула. Выдохнула. Вспомнила лицо Санькиной жены, которая вечно хвасталась подарками мужа.
– Конечно, дорогой, – сказала она. Губы растянулись в улыбку, которая больше напоминала спазм. – Раз рулька, значит рулька. Будет тебе праздник.
Следующие три часа Лена провела на кухне. Вадим лежал на диване, смотрел стримы и периодически кричал:
– Лен, ты там чеснока побольше нашпигуй! И перца не жалей!
Лена возилась с мясом. Свиная нога была скользкой, холодной и неприятной на ощупь. Жир лип к рукам. Лена втирала специи с остервенением мануального терапевта, вправляющего позвонки ненавистному пациенту. Она запихнула кусок мяса в чашу мультиварки, как улику в мешок для трупов.
Нажала кнопку «Старт». Агрегат зажужжал.
– О, процесс пошел! – Вадим заглянул на кухню, почесывая живот. – Видишь, как удобно? Нажала и свободна. Можно полы пока протереть, гости скоро будут.
Лена посмотрела на него. В её взгляде не было ничего, кроме пустоты. Вадим не заметил. Он был слишком занят предвкушением жратвы.
Вечер превратился в бенефис Вадима. Гости нахваливали мясо, которое разваливалось на волокна. Жир стекал по подбородкам. Вадим сидел во главе стола, раскрасневшийся, довольный, и разливал напитки.
– Это я удачно зашел в магазин, – вещал он, накладывая себе добавку. – Думал, чего Ленке купить? Тряпки – сносит, духи – выльет. А мультиварка – это тема. И ей легче, и мне вкусно. Грамотно надо бюджетом распоряжаться, мужики! Бабские хотелки – это бездонная бочка. А техника – это актив.
Санька одобрительно кивал, набивая рот. Его жена, Кристина, бросала на Лену сочувственные взгляды, но молчала.
– Ленусь, принеси огурчиков соленых, а? – скомандовал Вадим, не вставая со стула. – И хлеба подрежь.
Лена встала. Пошла на кухню. Она чувствовала себя официанткой на банкете, где чаевые не предусмотрены даже в теории.
Вернувшись с тарелкой солений, она услышала конец фразы:
– ...так что я уже присмотрел. Японская, карбоновая! Чувствительность бешеная. Ленка мне на днюху через неделю подарит. Да, зай? – он повернулся к ней, и его лицо лоснилось от жира. – Спиннинг тот самый. Я тебе ссылку кидал. Стоит, конечно, ползарплаты, но я же заслужил? Вон какой подарок тебе сделал!
Лена поставила тарелку на стол. Звякнуло стекло.
– Конечно, Вадик, – сказала она мягко. – Ты заслужил. Самый лучший подарок заслужил.
– Во! Слышали? – Вадим обвел стол победным взглядом. – Золотая баба. Воспитание!
Когда гости разошлись, квартира напоминала поле битвы. Гора грязной посуды, пятна жира на скатерти, запах перегара и тяжелой мясной пищи.
Вадим, сытый и пьяный, похлопал себя по животу.
– Ну, спасибо, мать. Уважила. Я спать, завтра на работу. Ты это... горшок от мультиварки помой сразу, чтоб блестел. Не запускай технику.
Он ушел в спальню. Через минуту оттуда донесся храп, похожий на работу дизельного генератора.
Лена осталась на кухне. Она не стала мыть тарелки. Она подошла к мультиварке.
Вытащила чашу. Жир застыл на дне белесыми разводами. Лена взяла самую мягкую губку. Самое дорогое средство для мытья посуды. Она мыла чашу не как посуду, а как драгоценность. Тщательно, с любовью маньяка, стирающего отпечатки пальцев.
Потом она вытерла её насухо бумажными полотенцами. Просушила феном, чтобы ни капли влаги не осталось в пазах. Протерла корпус спиртовой салфеткой. Черный пластик засиял первозданной чистотой. Ни царапинки. Ни пятнышка.
Лена пошла на балкон. Там, за лыжами, стояла коробка. Вадим не успел её выкинуть. Пенопласт, пакетики, инструкции – всё было на месте.
Лена начала упаковку. Это был ритуал. Мультиварка вошла в пенопластовые пазы с мягким щелчком. Пленка облегла корпус. Провод был скручен той же проволочкой, что и при покупке. Лена закрыла коробку. Скотч лег идеально ровно, шов в шов.
Никто в мире не догадался бы, что этот агрегат уже видел свиную рульку.
Лена посмотрела на дело рук своих. На часах было три ночи. Спать не хотелось. Хотелось справедливости.
Неделя пролетела как один затяжной прыжок в бездну. Вадим ходил гоголем, напоминая всем и каждому, что скоро его день рождения и скоро он станет обладателем «той самой» удочки. Он даже купил новый тубус для спиннинга, заранее освободив место в кладовке.
– Лен, ты заказала? – спрашивал он каждый вечер. – Там доставка два дня, смотри не опоздай.
– Не волнуйся, – отвечала Лена, не отрываясь от книги. – Всё под контролем. Приедет вовремя.
День рождения Вадима выпал на субботу. Сценарий был тот же, что и восьмого марта, только масштабнее. Те же гости, плюс коллеги с работы. Стол ломился. Вадим, как именинник, решил не готовить («Я в свой праздник отдыхаю!»), поэтому Лена строгала салаты и запекала курицу в духовке с шести утра.
К семи вечера градус веселья достиг пика. Вадим уже принял поздравления: конверты с деньгами, бутылку виски от коллег, набор блесен от Толяна. Но он ждал главного.
Он ерзал на стуле, бросая нетерпеливые взгляды на Лену.
– Ну что, – громко сказал он, постучав вилкой по бокалу. – Переходим к десерту? Леночка, не томи. Где мой главный приз?
В комнате повисла тишина. Все знали, чего ждет Вадим. Он прожужжал уши про этот спиннинг всем присутствующим.
Лена встала. Она выглядела великолепно. Новое платье, укладка, макияж. И шлейф духов. Тех самых. Сандал и морская соль. Вадим, правда, ничего не заметил – его нос был забит запахом майонезных салатов и предвкушением халявы.
Лена вышла в коридор и вернулась с огромной коробкой, упакованной в брутальную синюю бумагу.
Глаза Вадима загорелись.
– О-о-о! – выдохнули гости.
Лена поставила коробку перед мужем.
– Вадим, – начала она. Голос её был мягким, обволакивающим, как патока. – Мы с тобой живем вместе уже пять лет. И за это время я поняла главное: в отношениях важно слышать партнера. Важно дарить то, что приносит истинное, неподдельное удовольствие.
Вадим кивал, как китайский болванчик, уже протягивая руки к бумаге.
– Ты на восьмое марта показал мне пример, – продолжала Лена. – Ты подарил мне не просто вещь, а возможность радовать тебя вкусной едой. Ты сказал, что готовка в мультиварке – это счастье. Что это инвестиция в быт.
Улыбка Вадима чуть дрогнула, но жадность пересилила. Коробка была тяжелой. «Может, там катушка в комплекте? Или чехол профессиональный?» – пронеслось у него в голове.
– Я много думала, – Лена положила руку ему на плечо. – И поняла, что не имею права лишать тебя этого счастья. Твой комфорт для меня – закон. Открывай.
Вадим рванул бумагу. Картон треснул.
Он откинул крышку.
Из коробки на него смотрел черный глянцевый глаз. Мультиварка. «Chef-Pro 3000». Та самая. Идеально чистая. В заводской пленке.
Вадим замер. Его руки зависли в воздухе. Лицо начало медленно менять цвет – с празднично-розового на землисто-серый.
В комнате стало так тихо, что было слышно, как муха бьется о стекло, пытаясь покинуть это помещение.
– Это... что? – выдавил Вадим. Голос его сел.
– Это мультиварка, милый, – звонко ответила Лена. – С функцией шеф-повара. Ты же сам сказал: «Ленка, это вещь! В ней готовить – одно удовольствие!». Вот я и решила подарить тебе это удовольствие. Теперь ты сможешь готовить свои любимые рульки сам. Каждый день. Автоматизированно.
Вадим поднял на неё глаза. В них плескался ужас пополам с бешенством.
– А... спиннинг? – просипел он. – Японский... Карбон...
– О, насчет спиннинга, – Лена улыбнулась. – Деньги, которые мы откладывали на удочку, пошли на благое дело.
Она демонстративно поправила волосы, и волна аромата накрыла стол.
– Я купила те самые духи. И годовой абонемент в спа-салон. И ещё осталось на курс массажа. Ты же хотел, чтобы я была счастлива? Вот я и сделала себя счастливой. Грамотно распорядилась бюджетом, как ты учил.
Санька хрюкнул, пытаясь сдержать смех. Его жена Кристина смотрела на Лену с нескрываемым восхищением.
Вадим смотрел в черное нутро пустой чаши. Удар по бюджету был нанесен с хирургической точностью. Удар по самолюбию был смертельным.
– Ты... – начал он, багровея. – Ты что, издеваешься? Гости голодные! Я ждал...
– Гости не голодные, салатов полно, – перебила Лена. – А если хотят горячего – инструкция внутри. Мясо в холодильнике. Ужин готовит именинник! Это теперь твоя игрушка. Наслаждайся.
Лена взяла со стула свою сумочку.
– А я, пожалуй, пойду. У меня такси. Девочки ждут в караоке. Празднуйте, мальчики.
Она развернулась и пошла к выходу. Стук её каблуков звучал как удары молотка, забивающего гвозди в крышку гроба их брака.
– Ленка, стой! – заорал Вадим, вскакивая. – Куда?! А ну вернись! Ты что устроила?!
Дверь хлопнула.
Вадим остался стоять посреди комнаты. Перед ним на столе возвышалась черная мультиварка, отражая в своем глянцевом боку его перекошенное лицо и растерянные физиономии друзей.
– Ну что, Вадюха, – нарушил тишину Толян. – Загружай рульку. Инвестиция в быт, сам говорил.
Вадим с размаху ударил кулаком по столу. Вилка подпрыгнула и упала на пол. Но Лена этого уже не слышала. Она ехала в такси, пахла дорогими духами и впервые за пять лет чувствовала себя абсолютно, невероятно свободной.