Когда в стране полицейских больше волнует живой, способный «дать на лапу», человек, а не лежащий в нескольких шагах труп, когда влиятельный капиталист может заказать неудобного профессора университета и завладеть его уникальным патентом, когда невозможно найти никакой информации о своей матери, бывшей рабыней состоятельного семейства отца, тогда приходится становиться кем угодно, лишь бы сохранить себя, сына и уехать вместе с ним подальше от этой, ненавидящей тебя, власти. Как, например, Армандо Солимоес, заведующий кафедры технического университета, запатентовавший технологию создания литиевых батарей и вошедший в конфликт с попечителем своего ВУЗа. И всё бы ничего, только на дворе 1977 год, а широты бразильские. При таких обстоятельствах надо учитывать многие детали, в том числе продажных служителей порядка и повсеместное беззаконие. Поэтому Солимоес решает переехать подальше от места работы, забрать сына и покинуть родину.
Бразильское кино, колоритное во всех смыслах, сочное и непредсказуемое. Оно в последние годы взяло моду рефлексировать на тему военной диктатуры и переходного периода во время либерализации в семидесятые годы прошлого века. Это понятно, нормально и даже предсказуемо. Прошло достаточно лет, чтобы беспристрастно оценить тот период и одновременно остаться на связи с очевидцами событий. В данном случае, помимо очень точных и ёмких иллюстраций бразильской действительности, перед нами открывается настоящее произведение искусства, в котором каждая деталь важна, но вместе они образуют потрясающую картину. А стилизация под грейндхаус делает фильм ко всему прочему постироничным и служит как будто лишним напоминанием о дешевизне всего в то время, в том числе и человеческой жизни. Получается некий срез эпохи в отдельно взятой стране, когда можно читать кипы газет и смотреть сутки документальных хроник, а можно ознакомиться с настоящим кино и остаться вполне на равных с историками и летописцами.
Авторы Агента избрали совсем не простой способ повествования своей истории. Они, делая несвоевременные вкрапления, опережающие предстоящую сцену, дают зрителю дополнительную твердь под ноги и вместе с этим некую подпитку для разгадывания туманной сущности героя (чуть тревожный и магнетически великолепный Вагнер Моура). Поначалу такая манера кажется нервозной, рваной. Однако со временем, а его предостаточно, свыкаешься со стилистикой и публика уже в ожидании следующей вспышки из будущего ленты. И это не искусственное нагнетание фимиама на объём фильма. Это неотъемлемая часть цельной истории, которая и рада бы обойтись без таинственности и скрытности, но в силу обстоятельств и происходящего на улицах никак не может этого сделать. Это само по себе увлекает, хоть и до финальной трети мало что можно понять. До этого создатели творят атмосферу, создают настроение и понимание о том, что и как происходило в стране в ту неспокойную годину.
Сам процесс сокрытия личности, все явки, конспиративные квартиры и офисы, поиск документов матери, флэшбэки о пытающемся сокрушить Армандо Солимоеса капиталисте, всё это упорядочивается по мере развития, как на экране, так и в сознании аудитории. Параллельно с этим нарастает беспокойство и о судьбе протагониста, хоть до определённого момента, почти до конца, объективных причин для этого нет. Отдельные сцены, имеющие накопительный тревожный эффект, говорят о недобром, о том, что здесь могут «пришить» всякого не моргнув глазом. Именно поэтому кино длится 160 минут, каждая из которых использована по назначению и для пользы общего дела. И даже скачущая мужская нога из пасти белой акулы подчёркивает электричество эпохи, когда на ночных аллеях душных пляжных городов Бразилии происходили достаточно отвратительные вещи.
Секретный агент настоящее произведение кинематографического искусства. Этот постироничный референс жанру грейндхауса умещает в себе намного более широкие идеи, чем и завораживает на всё время просмотра. Нам хочется понимать его каждую следующую сцену, но режиссёр сотоварищи не торопятся раскрываться. И самое невероятное, одну из главных линий они так и оставляют засекреченной от нас, и это тоже имеет свой шарм и свою цель. Выросший сын Армандо, Фернандо (тот же Моура, только в совершенно ином образе), говорит, что не помнит отца, а все воспоминания того времени сводятся к фильму Челючси, на который водил его родной дед. И работает он в том же кинотеатре, только теперь это клиника, а он врач. Нам словно внушают, мол, вся пролитая тогда кровь, все лишения, они были необходимы для того, чтобы мы теперь существовали в относительном покое, мире и согласии. И нам только остаётся поминать добрым словом тех, кто жил перед нами сто-двести лет назад.